Юрий Ра – Всем сестрам по серьгам (страница 4)

Что характерно, зафиксированный и уложенный на пол участковый не кричит, как это принято у нормальных граждан: «Караул! Грабят! Милиция!», шипит только, уподобившись утюгу, на который плюнули. С другой стороны, зачем ему звать милицию, когда он сам и есть она? Сумбурно излагаю? Зато правду. И мне понятно, почему он не кричит: соседей привлекать неохота к разборкам, дочку будить тоже не хочется. И это не потому, что детям спать полагается в ночное время. То есть, да, полагается спать. Но более всего я бы на месте Сидорова боялся, чтоб дочка из разряда спящих не попала в свидетели. Кто нас знает, отморозков тупых, вдруг мы свидетелей не оставляем?

— Мужик, ты всё понял уже. — Тихонько и проникновенно говорю клиенту, сидя на нём. Сижу не унижения ради, а исключительно для пользы дела. Сдавленное тело не может в полной мере напитывать мышцы кислородом, а они на голодном пайке перестают на какое-то время нормально функционировать. На этом принципе действуют всякие удавы, дзюдоисты и прочие борцы-самбисты. Слабый переговорщик — лёгкая добыча.

— Мужики землю пашут, сучёныш. — И тоже шёпотом, понимает ситуацию вражина.

— Хорош врать, твоя фамилия не Сучёныш, а Сидоров. И коза твоя Сидорова. Кстати, о козах: подумай сначала, как на их психике отразится лужа крови в прихожей и твой труп в ней. Это если мы не поймём друг друга. А если сильно не поймём, то твоя дочка станет круглой сироткой с двумя трупами в квартирке. Для вашей двушки два трупа перебор, не находишь?

— Кишка тонка у тебя человека убить, — хрипит из-под моей задницы рэкетир доморощенный, — а еще за сотрудника МВД тебе вышак моментом выпишут.

— Ой, я вас умоляю! Не пробуй брать меня на слабо. В плане упокоения всякого дерьма я уже давно не девственник. И за тебя высшую меру то ли выпишут, то ли нет, тем более, у меня смягчающие обстоятельства. Ты ж оборотень. Слыхал такой фразеологизм? Оборотень в погонах. Ну если жив останешься, еще услышишь. А коли сдохнешь… так уже услышал. На тебе и вымогательство, и похищение человека, и превышение полномочий вкупе с использованием служебного положения в личных целях.

— Гладко говоришь, — делает мне комплимент моё сиденье, — грамотный?

И что характерно, совсем не боится меня. Нас. Не то бессмертным себя ощущает, не то уверен, что погоны спасут. Как-то надо его того… выводить из зоны комфорта. Я коротко и по-деловому изложил по печени пациента свою точку зрения. Он тоненько взвыл, а на кухне кто-то чем-то громыхнул негромко. Видать, жена хотела посмотреть, но там Ярл, он не допустил слабую женщину до участия в беседе.

— Сидоров, я анатомию учил в школе жизни. Мне её знание тебе демонстрировать или ты на слово поверишь? Я ж пытать тебя стану, а ты будешь терпеть молча, прикинь. И всё затем, чтоб дочка не проснулась и наши лица не увидела. Вдуплил тему? — Дернувшееся подо мной тело дало понять, что оно всё осознало. — Сейчас ты добровольно скажешь, где наш кореш, а потом мы поедем и его заберем. Ферштейн?

— Только моих не трогайте. Скажу. В гараже он лежит.

— Живой хоть?

— Чего ему сделается? Помяли слегка, чтоб знал, как на милицию пасть разевать.

— Ну тогда поехали. Поднимайте его на ноги.

— А одеться? Я в трусах буду привлекать ненужное внимание. — Что-то быстро он на сотрудничество пошёл, не нравится мне этот момент.

— Сам же сказал, что в трусах ты особо привлекательно выглядишь. Кто мы такие, чтоб покушаться на твою неотразимость. Так скатаешься. Ключи от гаража где?

— Вы не найдете, мне их надо самому…

— Думаешь, совсем дурачки? Скажи, а мы посмотрим, всё выгребем, чтоб с гарантией.

Ключи от гаража нашлись ровно в том ящике комода, на который указал хозяин квартиры. Если эта конструкция называется комодом. А вот в соседнем ящике нашелся тот сюрприз, который я заподозрил от ушлого участкового. Пистолет «ТТ» лежал под стопкой трусов с полным магазином в рукоятке, рядом лежал запасной магазин, тоже полный. Даже гадать не стану, насколько ствол легальный, не полагаются ментам старые пистолеты, тем более, когда они без памятной гравировки «За спасение Родины». Нормальный подгон, эдак еще пару участковых ограбить, и наша банда станет полноценной силовой структурой.

Когда пациента увели из квартиры в чём мать родила, то есть в трусах и майке, я прошёл на кухню, где Паша заблокировал жену оборотня. Нам повезло, что сейчас луна ущербная, дамочка ни в кого не перекинулась.

— Гражданка Сидорова, вы же в курсе противоправных деяний вашего супруга? — Мне не требуется её подтверждение, про пистолет в комоде хозяйка дома знать не может. — Вы стали свидетелем операции, проводимой Управлением собственной безопасности МВД.

— И что, посадят теперь Сашу?

— Есть вероятность, что оставим на свободе. Если он станет сотрудничать.

— Вы его так и увели, раздетого. Может, можно ему что-то в дорогу дать?

— Не положено. А впрочем, давайте. Штаны, носки, ботинки, свитер. Чтоб в одну сумку поместилось.

— Бутербродов можно нарезать? Я быстро. Заодно и вы перекусите, небось всю ночь не ели.

Вот как я мог отказать простой русской женщине, которая до сих пор не может понять, кто свои, а кто чужие? Взяли мы и мужа её, и шмотки, и пакет с бутерами. Пригодятся, ночь длинная.

Глава 3

Дела бандитские

Всё-таки «Лада» неплохой автомобиль, если не требовать от него многого. Он и отвезет в нужное место, и не сломается, скорее всего, и сделает всё это достаточно споро. Лишь бы дорога не подводила, не через танковый полигон шла, и не была слишком ровная. Когда едешь по качественному шоссе, начинаешь понимать, что нормальная тачка здесь бы уже сто восемьдесят выдала.

А еще в моём Шерхане достаточно комфортно четырем взрослым мужчинам. Во всяком случае тем, кто сидит в её салоне. А мнение участкового, засунутого в багажник, никого не интересует. А ведь да, с почином тебя, Жорж! Нарисовался твой первый клиент, который едет на переговоры в багажнике. В неотапливаемом, что характерно и по весеннему времени критично. Так что торопимся и давим на газ. Ой, а это что такое, откуда тут явление Христа народу? Я настолько офигел от вида голосующего на дороге ночного мотылька, что в самом деле оттормозил свой болид и даже сдал чуток назад, чтоб милиционеру с жезлом было меньше идти до меня.

— Сержант мы спешим! — И сую в открытое окошко своё красное удостоверение.

— Всего хорошего! — И даже козырнул хмырь такой. Кто его просил отдавать честь тачке с четырьмя отморозками внутри?

— Локи, что ты ему такое показал, что он аж в струнку вытянулся?

— Внушил, что я ответственный товарищ из райкома комсомола. Комсомол рулит!

— Точно, ты же в их структуре числишься.

— Но-но! Не числюсь, а созидаю на благо! Объединяю и направляю молодежь на новые свершения.

— Во ты шпаришь!

— А что, что-то неправильно сказал? Вот вас разве не организовал, не направил? Насовершали уже всякого, а сколько еще впереди.

— Ну если так. Слышите, мент в багажнике долбится.

— Ничего, почти приехали, сейчас вытащим. Будет дорогу показывать к гаражам. И сам гараж тоже.

На подъезде к гаражному кооперативу мы и в самом деле вынули задубевшего клиента из багажника. Развязали руки, дали поприседать с готовностью сделать подсечку, если он попытается рвануть от нас. Куда там, с его телом, замёрзшим и скукоженным не до стометровок. Он и сам это понимал, даже спасибо сказал, когда мы кинули ему под ноги сумку с одеждой. Естественно, она была предварительно проверена на предмет отсутствия любых предметов, способных быть использованными в качестве оружия. Бутерброды мы тоже приравняли к травмирующим предметам и переложили в салон автомобиля.

Когда Сидоров оделся, хитрый Ярл для гарантии его стреножил, точнее сдвуножил — подвязал веревкой колени, чтоб ни прыгнуть, ни длинный шаг сделать было невозможно. Откуда эти реконы таких специфических знаний набираются? Так и пошли к гаражу — впереди семенящий мент не при исполнении, а сзади и по бокам мы.

Дошли, никого не встретив по пути. Хотя, было бы странно, если бы глухой ночью нам кто-то попался — сто процентов, это был бы какой-нибудь преступник. Не такая пока в Москве концентрация криминала, чтобы друг на друга нарываться возле гаражей. Ментов встретили на дороге, когда еще одного в багажнике везли — этого совпадения на сегодняшнюю ночь достаточно.

Калитка гаража открылась без сюрпризов, и ключи подошли, и участковый никаких фортелей выкидывать не стал. Впрочем, сложно изображать ниндзя с подвязанными коленями перед вооруженными бандитами, плюющими на принадлежность героя к органам внутренних дел. Я вернулся и подогнал машину к воротам, заодно сразу развернувшись. Если что случится, то лучше не тратить драгоценные секунды на лишние маневры. Свет от подфарников позволял худо-бедно ориентироваться у самого входа в гараж, а дальше лезть никто не хотел. Всяк знает, что классический гараж любого нормального мужчины изнутри представляет собой помесь свалки с капканом. Там и при свете дня чужому лазить опасно, а уж в темноте и сам хозяин рискует напороться на что-нибудь летальное. Да даже элементарно споткнуться и упасть — уже смертельный номер. Хорошо, если упадешь на покрышки, а если на разобранную коробку передач или еще какое железо?