Юрий Петросян – Древний город на берегах Босфора (страница 47)
Даже в поведении султанов кое-что изменилось. Российский дипломат К. Базили, хорошо знавший Стамбул первой половины XIX в., отмечая перемены в устоявшихся привычках жителей столицы, приводил пример самого султана Махмуда II. Он сравнительно просто одевался, Босфор пересекал без прежнего эскорта из двух десятков разукрашенных гондол на скромном восьмивесельном каике. Лишь традиционный пятничный выезд султана в мечеть сохранял некоторую пышность. Уменьшилось и число придворных и дворцовой челяди, хотя содержание султанского двора по-прежнему дорого обходилось казне.
Перемены, однако, не ограничились внешними проявлениями. В середине XIX в. Стамбул стал центром формирования турецкой интеллигенции, влияние которой в скором времени начало ощущаться во всех сферах политической и культурной жизни столицы. Формированию интеллигенции особенно способствовало развитие светской школы. В 1826 г. в Стамбуле было открыто военно-медицинское училище. Несколько позже были созданы несколько новых военных училищ, а также учебные заведения для подготовки чиновников гражданских ведомств. В 1846 г. в предместье Стамбула была открыта Сельскохозяйственная школа, а в 1850 г.— Ветеринарная школа. К середине столетия появились и первые общеобразовательные светские начальные школы.
В 1848 г. в столице было открыто первое в Турции мужское педагогическое училище. К 1874/75 г. в Стамбуле насчитывались уже 264 светские начальные школы, в том числе 25 женских; в них обучалось 13 тыс. детей. Если принять во внимание, что мусульманское население Стамбула составляло примерно 600 тыс. человек, то на 40—50 жителей приходился всего один учащийся светской школы. И все же это были важные для турецкого общества сдвиги.
В 40—50-х годах изменения в жизни столицы Османской империи, связанные с проведением танзиматских реформ, происходили в условиях ожесточенной борьбы между реформаторами и консерваторами при дворе султана и в ведомствах Высокой Порты. Уже весной 1841 г. противники реформ, поднаторевшие в дворцовых интригах и заговорах, сумели настроить султана против министра-реформатора Решид-паши. Лично ему приписали противники реформ действительные неудачи в изменении налоговой системы, на первых порах заметно уменьшившие доходы казны. И хотя главными виновниками недостач были провинциальные власти, столичные ретрограды добились смещения Решила с поста министра иностранных дел. Награжденного в марте 1841 г. бриллиантовой звездой (за успешное урегулирование конфликта с Египтом), Решид-пашу в июле того же года назначили послом в Париже, где он пробыл, с небольшим перерывом, до октября 1845 г., когда султан вернул ему свое благоволение и вновь назначил министром иностранных дел, а через год великим везиром.
Годы опалы Решила были периодом торжества противников реформ, стремившихся оставить лишь на бумаге все положения Гюльханейского указа. В этот период большое влияние на султана оказывал Риза-паша, ставший военным министром и начальником гвардии. Консерваторы отменили новый порядок сбора налогов и восстановили в правах откупную систему их взимания. В то же время они продолжали начатую их противниками реформу армии, предусматривавшую упорядочение набора рекрутов, введение воинских уставов европейского типа, улучшение подготовки офицерских кадров. Из Пруссии были приглашены военные инструкторы.
Борьбу против Решида и его сторонников консерваторы продолжали и после октября 1845 г. Правда, идеолог реформаторов давал поводы для нападок и интриг: он приобрел много домов и земельных угодий, его внучка стала женой султана. Пользуясь этим, противники реформ наводняли Стамбул слухами о несметных богатствах Решид-паши, добытых якобы путем злоупотребления властью.
В 1850 г. в Стамбуле произошло событие, ставшее важной вехой в истории развития турецкой культуры. 28 июля вступительной речью великого везира Решид-паши началась церемония торжественного учреждения прообраза академии наук—научного общества «Энджумен-и даныш» («Комитет знаний»), организованного по образцу французской Академии. Члены общества выполнили ряд работ по турецкой истории и турецкому языку.
В 1853—1855 гг. жизнь турецкой столицы оказалась связанной с Крымской войной, в которой Англия и Франция выступили на стороне Османской империи. Русские войска одержали ряд побед на суше и на море (знаменитое Синопское сражение). 1854— 1855 годы были ознаменованы героической обороной Севастополя. В результате затяжной войны Турция лишилась значительной части армии, а также истощила свои материальные ресурсы. Бремя войны легло на народные массы. Ощутили его во всей полноте и жители Стамбула. К обычным тяготам — дороговизне и нехватке продовольствия — прибавилось недовольство хозяйничанием англо-французских союзников Порты в столице империи. Английские и французские должностные лица открыто вмешивались в дела управления городом, Стамбул был превращен в гигантский лазарет и перевалочный пункт для солдат союзников. Один из очевидцев жизни Стамбула в ту пору отмечал, что «на улицах видны одни французские и английские мундиры, а турки стараются спрятаться в своем городе». Зимой 1854/55 г. обстановка в столице стала взрывоопасной. Цены на муку росли с каждым днем, народ голодал, и все более росло недовольство Портой, допустившей в столицу иностранцев. Дома высших сановников охранялись. В английских и французских казармах то и дело вспыхивали пожары, что явно было делом рук доведенных до отчаяния жителей столицы. Когда на рейде в Золотом Роге появилась англо-французская эскадра, был срочно выпущен специальный номер правительственной газеты «Журналь де Константинополь», в котором разъяснялось, что эскадра находится здесь временно, так как следует к театру военных действий.
18 февраля 1856 г., за неделю до открытия мирного конгресса в Париже, был опубликован новый указ о реформах, суть которого заключалась в подтверждении гарантий Гюльханейского указа 1839 г. о льготах и привилегиях немусульманских подданных султана и их полном равенстве с мусульманами перед законом. Этот указ стимулировал дальнейшие реформы в сельском хозяйстве, законодательстве, административной системе, в области просвещения и культуры.
В 70-х годах XIX в. в Стамбуле появились первые светские средние школы, 1 сентября 1868 г. был открыт Галатасарайский лицей. Его выпускники — школьные учителя, офицеры армии и флота, чиновники— пополняли ряды молодой турецкой интеллигенции. Галатасарайский лицей был привилегированным учебным заведением, ему покровительствовали султан и Порта. Значительную помощь в его создании оказала Франция, направившая в лицей опытных преподавателей. С помощью Франции там были созданы библиотека и несколько лабораторий.
Крупным событием в культурной жизни Стамбула стало открытие университета. В начале 60-х годов было в основном завершено строительство университетского здания, создана библиотека (около 4 тыс. томов на различных языках), в европейских странах были заказаны оборудование и наглядные пособия. Организации первого турецкого университета немало способствовала деятельность учрежденного в 1861 г. в Стамбуле Османского научного общества, которое ставило перед собой широкие задачи просветительского характера. Общество создало в Стамбуле публичную библиотеку с читальней, организовало курсы по изучению английского и французского языков. С июля 1862 г. оно начало издавать ежемесячный «Журнал наук» — первый в Турции научно-популярный журнал. В нем в течение четырех лет публиковались статьи по гуманитарным и естественным наукам, очерки о политическом положении в различных странах. Не случайно именно члены общества стали первыми лекторами университета.
Официальное открытие университета состоялось 20 февраля 1870 г. Но еще 31 декабря 1863 г. там состоялась первая публичная лекция, собравшая немалую по тому времени для Стамбула аудиторию — 300 слушателей. Лекцию по физике читал Дервиш-паша, получивший образование в Европе. Публичные лекции были прочитаны и по ряду других дисциплин— по естествознанию и математике, астрономии и истории. Лекции по истории читал видный историк и деятель турецкого просвещения Ахмед Вефик-эфенди. Правда, большинство слушателей имело явно недостаточную подготовку. Например, опыты, которыми сопровождались многие лекции, воспринимались ими как фокусы или чудеса.
Судьба первого в Стамбуле университета была незавидной. Вскоре выяснилось, что нет ни преподавателей, ни достаточного числа учебников. Университет был низведен фактически до положения среднего учебного заведения, а в конце 1871 г. в результате резких нападок реакционного мусульманского духовенства его вообще закрыли. В 1874 г. возобновились попытки открыть университет, на этот раз на базе Галатасарайского лицея. Но они тоже кончились неудачей из-за серьезных трудностей с кадрами преподавателей. Наконец, в 1900 г. в Стамбуле был открыт Султанский университет с тремя факультетами— теологическим, литературным и техническим. На этот раз университет стал постоянно действующим высшим учебным заведением, хотя в условиях диктатуры султана Абдул Хамида II он был, по выражению одного из турецких историков просвещения, учреждением «весьма худосочным и безмолвным».