Юрий Петросян – Древний город на берегах Босфора (страница 48)
Как бы ни был сложен и труден путь светских учебных заведений Стамбула, их существование изменило культурную атмосферу в столице, привело к созданию прослойки образованных людей.
В формировании молодой национальной интеллигенции огромную роль сыграла и стамбульская турецкая пресса. Развитие ее происходило быстрыми темпами. С 1 ноября 1831 г. начала издаваться первая официальная газета на турецком языке — «Таквим-и векаи» («Календарь событий»). А в 1876 г. в Стамбуле выходили уже 13 газет на турецком языке, в их числе 7 ежедневных. В том же году в столице Османской империи выходили 34 газеты на других языках: по 9 — на греческом и армянском, 7 — на французском, 2 — на английском, 1—на немецком, 3 — на болгарском, 2 — на еврейском и 1 — на арабском языке.
Значительную роль в жизни Стамбула играла армянская община, уже в начале XIX в. состоявшая почти из 200 тыс. человек. В Стамбуле, являвшемся центром общественной жизни западных армян, находилась резиденция патриарха западных армян. В середине 30-х годов армянские дети, как и дети из других немусульманских семей, учились исключительно в школах своих религиозных общин. Позже, после танзиматских реформ, некоторые дети из немусульманских семей стали учиться в турецких государственных средних школах. Правда, их было очень мало. Так, в конце XIX в. в такого рода школах обучалось по всей империи всего 300 армянских детей. Надо отметить, что светское образование среди армян в Османской империи начало развиваться на уровне начальной школы на полвека раньше, чем у турок. На несколько десятилетий раньше, чем у турок, появились в Стамбуле и армянские светские средние школы. Например, уже в середине 30-х годов XIX в. в Хаскёе (под Стамбулом) действовала школа Нерсесяна, где по программе средней школы обучалось 600 детей. В 1874 г. в армянских школах Стамбула училось около 20 тыс. детей. В первой половине XIX в. в городе выходило шесть периодических изданий на армянском языке.
К концу 70-х годов XIX в. Стамбул превратился в крупный книгоиздательский центр. В то время в городе насчитывалось несколько десятков государственных и частных типографий. Они поставляли на книжный рынок десятки тысяч экземпляров различных книг. В столице печатались не только религиозные мусульманские сочинения (ограничения на их издание постепенно отмерли к концу 60-х годов), но и школьные учебники, памятники арабской и персидской классической литературы, сочинения турецких литераторов. В стамбульских книжных лавках можно было купить турецкие переводы произведений Мольера и Ламартина, Гюго и Дюма-отца, Дефо и Свифта. Печатались переводы извлечений из сочинений Монтескье, Вольтера и Руссо.
Определенную роль в культурной жизни Стамбула играли иностранные учебные заведения. Еще в XVI в. французские католические миссионеры при поддержке правительства Франции начали создавать свои школы в Османской империи. К середине же XIX столетия в одном только Стамбуле было более 40 французских католических школ, из них половина женских; более двух третей учащихся составляли местные жители-католики. Действовало также несколько бельгийских и итальянских школ. С середины XIX в. активно стали создавать свои школы в Османской империи, в том числе в столице, протестантские миссионеры, поддерживавшиеся правительством США. В сентябре 1863 г. в Стамбуле, в квартале Бебек, был открыт американский «Роберт колледж», который с годами стал чрезвычайно популярен в среде турецкой интеллигенции. Будучи наиболее крупным в Османской империи центром пропаганды протестантизма, этот колледж содействовал укреплению политического и культурного влияния США во владениях султана. Впрочем, аналогичные цели преследовали все иностранные школы в Османской империи. В конце XIX в. в Стамбуле,, с ростом германской экспансии на Ближнем Востоке, появилось несколько немецких и австрийских школ. В 1879 г. была открыта русская женская школа, а в 1892 г.— русское училище; эти учебные заведения были рассчитаны преимущественно на детей русских дипломатов. Несмотря на вполне определенную политическую и культурную ориентацию большинства иностранных школ, они в немалой степени содействовали формированию различных национальных групп стамбульской интеллигенции.
В начале 60-х годов Стамбул стал местом зарождения турецкого профессионального театра. В 1858 г. в армянской школе возникла любительская труппа «Театр Хаскёй», которую создали Мартирос Минакян и Томас Фасульджян. В 1861 г. на основе этой труппы был создан профессиональный «Восточный театр», где ставились спектакли на армянском языке. С 1863 г. здесь начали ставить и пьесы Гольдони, Мольера и Ростана в переводе на турецкий язык. В 1867 г. режиссер Акоп Вартовян открыл «Театр Гедик-паша», в котором все спектакли шли на турецком языке. Его создание положило начало истории турецкого профессионального театра. В этом театре играли армяне и турки. Здесь ставились пьесы Гольдони и Мольера, Гюго и Шекспира. На сцене «Театра Гедик-паша» была поставлена и первая турецкая пьеса — драма Намыка Кемаля «Отечество, или Силистрия». Театр просуществовал до 1885 г. и был закрыт по приказу султана Абдул Хамида II, усмотревшего в его спектаклях опасные идеи.
В 60—70-х годах Стамбул стал центром общественно-политической деятельности турецкой интеллигенции, в среде которой возникло движение за превращение Османской империи в конституционную монархию. Пробуждению общественного мнения во многом способствовала созданная писателем-просветителем Ибрагимом Шинаси газета «Тасвири эфкяр» («Изображение идей»), первый номер которой вышел в Стамбуле 28 июня 1862 г. Эта газета сыграла большую роль в пропаганде передовых воззрений буржуазного Запада, в идейном формировании первых турецких конституционалистов. В 60—70-х годах видное место в стамбульской прессе занимали газеты, издававшиеся лидерами этого общественного движения — Али Суави («Мухбир» — «Корреспондент», 1867 г.) и Намыком Кемалем («Ибрет» — «Назидание», 1872—1873 гг.).
В июне 1865 г. в пригороде Стамбула Еникёе состоялось первое собрание тайного «Общества новых османов», деятельность которого подготовила почву для борьбы за конституцию. Через два года руководители этого общества вынуждены были бежать в Европу. Там — в Париже, Лондоне и Женеве—«новые османы» издавали газеты на турецком языке, в которых требовали проведения конституционных реформ. Эти газеты тайно переправлялись в Турцию. Спрос на них был столь велик, что, например, цена одного экземпляра газеты «новых османов» «Хюрриет» («Свобода») доходила в Стамбуле до одной турецкой лиры (6 руб. золотом). Стамбульский книготорговец француз Кок осмеливался даже выставлять номера газеты в витрине своего магазина, привлекая толпы любопытных.
Стамбул той поры поражал путешественника редкостным смешением стилей, традиций и обычаев, нового и старого. Босфор, как и сотни лет назад, бороздили лодки-каики с живописно одетыми гребцами. В то же время между европейской и азиатской частями Стамбула курсировали пассажирские пароходы. В 1875 г. через Золотой Рог был перекинут широкий мост. Но вековая пропасть, разделявшая старый турецкий Стамбул и город иностранцев — Перу и Галату, сохранилась. Пожалуй, она даже стала еще шире, ибо изменения, происшедшие в мусульманских кварталах старого Стамбула, не шли ни в какое сравнение с переменами в Пере и Галате, где появилось множество фешенебельных ресторанов и дорогих магазинов, в которых продавались европейские товары, в том числе самые модные одежды и обувь, предметы роскоши. В Пере и Галате в конце XIX в. невозможно было обнаружить, по словам турецкого историка нашего времени, что-либо турецкое, кроме иногда появлявшихся там карет турецких вельмож, приезжавших за покупками или отправлявшихся на прогулку.