Юрий Окунев – Лавка Сновидца (страница 34)

Мы поднялись с пола, чуть пошатываясь и опираясь друг на друга. Нас обоих пробирал нервный смех.

– Скорее из-за меня, – раздалось из дверей, и мы увидели Андрея, бледного и кусающего губы. – У вас такой грохот стоял, что я не мог не заглянуть.

Любопытно… Он смог выломить небольшой, но всё же металлический засов на внутренней стороне двери. Надо попросить Нестора с Михаилом приварить что-то понадёжнее. Чуйка подсказывала, что ещё пригодится.

– Очень было интересно? – тяжело дыша спросил я.

– Не, просто хочу получить зарплату. Даже если она небольшая, – подбежав, ответил он и потащил на своих плечах и меня, и Аба. – А за помощь начальнику, в смысле, начальникам, – он усмехнулся, – может ещё и премию дадут.

Мы остановились в коридоре, и я посмотрел на него. В его лице не было улыбки, издевательства, подобострастия. Он смотрел серьёзно и оценивающе.

– Получишь. Как и все.

Чуть позже меня ругала Пакхус, что я своим присутствием разрушаю тонкий баланс системы этой Лавки, подвожу людей под риск и роняю всем потолок на голову. После просьбы говорить потише, потому что у всей команды болит голова, она крепко обняла меня и прижалась к плечу:

– Ваш отец гордился бы вами. – Она отодвинулась и посмотрела в сторону, пряча слёзы. – Но вашей матери ни слова. Иначе она сама придёт и доломает машину. Она ещё прошлый раз не простила.

– Вы про Норну? – усмехнулся я.

Она нахмурилась:

– И про неё тоже.

Валентина Павловна за свой счёт вызвала знакомого частного врача. Тот осмотрел всех и убедившись, что мы отделались лишь синяками и ссадинами, попросил вместо оплаты один сон. На что Андрей ловко перехватил у меня инициативу, и предложил покупку с пятидесятипроцентной скидкой. Когда док согласился, Андрей получил уважительный взгляд от Пакхус и клятвенное заверение от меня, что без премии он не останется.

Когда страсти понемногу улеглись, ко мне подошёл Абрафо и, приобняв за плечи, сказал:

– Ты молодец, Демон. Я о таком слышал только из семейных легенд – искры из глаз и пальцев! И когда успел научиться? – Я промолчал, и он тихо добавил. – И спасибо. Ты уже второй раз помогаешь нашей семье, в прямом смысле, спасая от смерти. Сделка – отработаю.

По рукам прошла тёплая волна – он дал не просто обещание, а заключил сделку души!

– Ты тоже полон сюрпризов. – Он поморщился и прижал руку к щеке. Видимо щипало после перекиси. – Тем более, вы также сильно помогаете моему отцу.

– Я слышал, что ему стало хуже.

– Это временно, – подмигнул я, вызвав у Аба ещё больше удивления. Но спросить он не успел, к нам подошли Нестор и Михаил.

– Мастер Сновидец, что дальше? – прохрипел дядя Нестор. Он выглядел как минный тральщик, успешно обыгравший в морской бой эсминец и рвущийся теперь в новый поход.

– Гулять. Всем гулять. И отдыхать. Я привезу всё необходимое и мы отметим это достижение. Мы заслужили!

– Хорошая идея, – поддержал Аб. – А после – мы с тобой поедем ко мне в гости. Хочу, чтобы ты показался перед отцом.

– Это разве будет прилично? – меня пронзило беспокойство. – Всё-таки мы с ним не так близки, я так и не стал нормальный работником, плюс расследование по тому поводу ещё не закончено. Комиссия и всё такое… – вспомнились слова Оскола, главы безопасности.

– Нашёл из-за чего переживать, – легко отмёл мои возражения друг. – Всё гораздо проще, поскольку моя мама сама пригласила вас к себе. И, как она мне сказала: в любое время дня и ночи! Так что давай, погуляем с твоей командой, а потом ко мне. Заодно и заночуешь. Хорошо?

Я неуверенно кивнул, и он пошёл на выход, доставать телефон. Через десять минут он спросил лишь об одном:

– Свою маму брать будешь?

И это был очень страшный вопрос – который мог стоить не только настроения, но и всей сделки.

Глава 19

– За яркие сны! – выкрикнула Валентина Павловна, похожая сейчас на скандинавскую валькирию.

– За яркие сны! – подхватили мужчины хором, после чего опрокинули в себя стаканы и кружки с красным вином.

Заканчивалась третья бутылка. Отпускало напряжение, становилось веселее, разговоры и смех звучали громче – вечеринка у Сновидца была в самом разгаре. Мы отлично сработали и теперь самая тяжёлая, в прямом смысле слова, часть работы позади.

Несколько раз звонила мама, но я ответил, что сегодня не приду домой, решаю дела. Сказала, чтобы не лез снова в неприятности. Какие неприятности? У нас праздник!

– За мастера Сновидца! – предлагала очередной тост Пакхус и высокая причёска тряслась, словно на ветру. Женщина гуляла неожиданный корпоратив так, словно в последний раз. Хотя, по чесноку, скорее всего так оно и будет.

– За Сновидца! – отвечали все мы, но каждый подразумевал что-то своё: кто отдавал дань уважения всему роду, кто моему отцу, а кто – и лично мне.

– У вас всегда такие вечеринки? – спросил Андрей, надевая куртку у входной двери – мы с Абрафо вышли его проводить. Брат Лекс принял на грудь две кружки, поскольку стакана на него не хватило, и теперь говорил чуть заплетающимся языком. – Это приятный бонус к интересной работе.

– Смотри, не потеряйся, – хихикнул Абрафо, выпуская того на улицу.

– Да куда я денусь, – ответил он, подергивая плечами. – В крайнем случае наберу сестру – она меня найдёт и упадёт на голову, как снег с крыши. И будет ругать за то, что меня будет ругать отец. За такое состояние.

Он замер и покачал головой, словно поняв свою перспективу. Но беспечно махнул рукой, попрощался и поплёлся из тупичка Летней улицы.

– Нам тоже нужно потихоньку собираться, – уже серьёзно добавил Аб, провожая Андрея взглядом. – Часик можем потусить, и чтобы к восьми добраться до нас.

Тут подошла завсклада, посмотрела на нас чуть расфокусированным взглядом. Усмехнулась. Стащила с вешалки пальто. Я подхватил его, помог надеть.

– Какие-то манеры у вас остались, Дементий. – Валентина Павловна ловко застегнулась, поправила волосы. – И то, что вы сделали сегодня для… всех нас. Это заслуживает уважения. – Она подошла ближе, положила руку на плечо и тихо, чтобы Аб не услышал, добавила: – Жаль, что не станете продолжать в том же духе – ведь это не в ваших интересах.

Она похлопала меня по плечу и молча вышла из Лавки.

– Она в курсе? – спросил друг.

– Да. Единственная из команды.

– Понимаю её чувства. Видел таких у отца: всю жизнь на одном месте, а потом что-то заканчивается – или место, или старая жизнь, – и не могут отпустить. Иногда это плохо заканчивалось.

– Хочется верить, что они справятся.

Мы вернулись на склад, где стоял стол с закусками и выпивкой. Вино почти кончилось, как и сок. От закусок оставались только маринованные огурцы, да банка нашего местного деликатеса —Золотых шпрот. К сожалению, не то, что способно порадовать душу на долгий срок.

– Так, – сказал я, упирая руки в бока. Все замолчали. – Сейчас я смотаюсь до магазина, принесу ещё чего-нибудь к столу. А потом оставлю вас. Михаил, Нестор, справитесь?

Они внимательно посмотрели на меня, потому на свои стаканы-кружики.

– Один вопрос, мастер Сновидец, – по-морскому отдал честь дядя Нестор.

– Слушаю.

– Можно будет поделиться с Кепкой? – он замолчал, а потом оправдываясь добавил. – Он хороший мужик, пусть и чуть с головой у него не так, но…

– Всё в порядке. Конечно, поделитесь. Он тоже вносит свою лепту в нашу работу. – Закивал я. —Но только едой. Алкоголь ему противопоказан. – А потом тихо с улыбкой добавил: – Он вообще-то всем противопоказан, но некоторым из нас не так сильно.

Рассмеялись и работники, и Аб. Друг остался посидеть и потупить в телефон, а я быстро захромал на соседнюю улицу, до магазина. Небольшой супермаркет из сетевых, в котором можно было легко купить и алкоголь, и хлеб, у зубную пасту с туалетной бумагой. Набрав в корзинку хлеба, нарезанного мяса, свежих овощей, а также взяв пару пачек яиц на завтрак Нестору, заглянул в алкогольный отдел. Здесь, как всегда, было много чего, но я выбрал креплённое южное вино по скидке и классический кагор, что бодяжат храмовники, чтобы потом раздавать своей пастве для более крепкого сна.

– Влажные салфетки интересуют? Или может свечи к празднику желаете? – предложила бесцветным голосом девушка на кассе. Она пробивала товары не глядя и складывала неровными кучками продукты в мешок.

– А что сегодня за праздник? – задумался я, выбирая, чем платить: наличностью или картой.

– Не знаю, но судя по тому, что вы выбрали – у вас явно празднество.

– Эй, не отвлекайся! Сегодня салфетки допродаём, – прошипела в сторону девушки начальница смены, оторвавшись от телефона.

Я же хмыкнул:

– Разумный подход. Повышает конверсию на самом деле, – по-доброму поддержал я начинание девушки и, попросив одну маленькую пачку свечей, повнимательнее разглядывая продавщицу.

Та смотрела в сторону кассы, словно ничего больше в мире не существовало. На ней была форменная красная майка магазина, слишком плотно обтягивающая фигуру – видимо не нашли подходящего размера на складе. От напряжения и давления из-под ткани торчали соски. Чуть замутнённый алкоголем мозг не успел остановить язык:

– Ваше место явно не у прилавка, – сказал я и только потом понял, что сморозил бестактность. Стыдливо посмотрел ей в лицо, ожидая увидеть гнев. Но встретил только карие глаза, полные слёз.

– Да уж, – тихо-тихо сказала она и поправила рыжую чёлку.