Юрий Окунев – Боевой Метод Писателя. Том 2 (страница 5)
— Ты же понимаешь, что незаметно исчезнуть и незаметно снять сумку с книгой — это слегка разные вещи?
— Теперь понимаю. Ведь сумка в итоге оказалась на плече. Я просто её не видел и не чувствовал. — Я потряс головой. — Так где мы с тобой разошлись?
Кот махнул лапой и повёл меня через кусты и парк примерно по тому же маршруту, по которому мы пришли тогда. Только в этот раз он двигался медленно, оглядываясь и ступая аккуратно. Мало того, я не видел тех тропок, которые замечал в темноте в прошлый раз.
Понимание пришло неприятным осадком на языке.
— Получается, меня погрузили в атмосферу раньше, чем я думал? Не в кустах, чтобы показать Станиславского, а где-то здесь. — Я обвёл руками небольшую площадку недалеко от мини-парка за третьим корпусом. Именно там я вышел после экзамена с Гидрой.
— Если бы я пошёл с тобой, то сразу бы раскусил чужую атмосферу, — самодовольно сказал Бегемот. — С моим-то опытом!
— Как тогда ты меня потерял из виду?
— Думаешь я всё время оглядываюсь и слежу за своими писателями? — огрызнулся кот, шагая впереди. — У меня куча своих дел, между прочим.
После чего Бегемот заложил лапы за спину и кивком головы пригласил идти дальше. Пару минут мы шли молча, пока не оказались у разваленной каменной беседки.
Она была сложена из крупных камней, соединённых раствором, который большей частью покрылся плотным бледно-зелёным мхом. Парапет примерно мне по пояс, шесть колонн, на которых когда-то была крыша, ныне лежащая грудой прогнившей древесины слева от беседки.
Зато пол выглядел так, словно его недавно заменили, а затем присыпали грязью и прошлогодними листьями, чтобы типа как не бросалось в глаза. Но бросалось.
— Директор с ищейкой были здесь.
— И что с того? — не понял я.
— Они были здесь даже тогда, когда я вернулся обратно, пусть и без тебя, блуждающая звезда литературного небосклона.
— Чай пили? — всё ещё не въезжая уточнил у него.
Бегемот покачал головой, а его глаза превратились в щелки. Затем он вскочил на парапет, забрался на каменный столб и уселся сверху, как горгулья, помахивая толстым хвостом. Убедившись, что я весь внимание, встал на задние лапы, побалансировал, сделал прыжок с переворотом, после чего... кинул шишку на землю.
Точнее, на пол беседки. И тот гулко ответил. Пустота!
Я подскочил ближе, присмотрелся и понял, что ещё меня беспокоило: даже мусор здесь лежал как-то слишком уж художественно, как в кино и на картинках, а не как в реальной жизни.
На всякий случай я ущипнул себя за бок, проверяя, не сплю ли и не нахожусь ли внутри чужой атмосферы. Но нет, боль оказалась реальной и широко раскрывающей глаза. В частности, я заметил кольцо.
— Люк, — констатировал я.
— Неужели, — закатив глаза, сказал Бегемот и быстро слез со столба. — Вот там и тусили директор.
— Странно, если они искали книгу Егора, то почему сразу не пошли в его комнату?
Вдруг под беседкой раздались голоса, заскрипела крышка и на меня уставились подведённые чёрным фиолетовые глаза. Эмо Эд замер с рукой над головой, удерживая тяжёлую крышку люка. За ним я заметил ещё пару человек, в частности девушку с острой серьгой в носу и яркими татуировками на руках — ту, что была на экзамене вместе с Эдом.
— О, Перьев, а тебя какими судьбами? Решил записаться к Бритвам? — спросила девушка, подпихивая Эда, чтобы тот вылезал.
Я успел заметить, что вниз уходит достаточно широкая и пологая лестница, а на глубине горит яркий свет ламп.
— Бритвы? — переспросил я, наблюдая, как троица эмо вылезает на поверхность и отряхивает колени.
— Бритвенно-Острые Манипуляторы Жесткой Иронией, типа юмористы, — пояснила девушка, поправляя свою сумку с кучей значков на ней. От движения они слегка зазвенели. — Решила, что ты решил подтянуть своё чувство юмора.
Второй парень в их компании — высокий, нескладный, с длинными чёрными волосами, в корнях которых явно был виден русый цвет, — хохотнул. Эд остался мрачен, сжимая свою сумку.
— Не, я просто гулял перед занятиями, заметил и решил поглядеть. А что там внизу?
— Подземный клуб по интересам, — просто ответила девушка. Я вспомнил, что её зовут Анастасия. Анастасия Пешкова. — Вот у нас закончилась встреча Братства Мёртвых Писателей.
— Вас только трое?
— Нет, нас больше! — резко ответил Эд, поправляя прядь, чтобы она закрывала глаз. — Проваливай!
Эд, слегка толкнув меня плечом, пошёл прочь, второй парень потянулся за ним, наставив на меня палец, как пистолет и «выстрелил». Анастасия покачала головой.
— Ты оттоптался на любимой мозоли нашего Эдуарда, так что сам виноват, — легко заметила она. — Он, как и многие, — она многозначительно подмигнула, — ждут, когда смогут вызвать тебя на дуэль. Не часто люди без сильных связей проходят в Сепию.
— Ты тоже через связи сюда попала? — спросил я, чем вызвал возмущённое фырканье кота.
— Невоспитанный, — проворчал он в вибриссы.
Анастасия слегка наклонила голову, изучая моё лицо.
— Связи дают силу. Даже если это связь с мёртвыми.
Она пошла прочь, зачитывая стихотворение, но не вкладывая в неё никакую магию:
— «
Когда она скрылась за деревьями, кот задумчиво протянул:
— Что-то знакомое.
Я кивнул. Действительно что-то знакомое. Видимо она тоже из какой-то известной писательской фамилии, только вот не помню никого с фамилией Пешков или Пешкова. Внутри зудело от любопытства, но я подавил это: сейчас есть вопросы и поважнее.
— Ну что, полезли, глянем, что там?
Мы спустились, осмотрелись. Внутри оказалось целое небольшое подземелье с тремя большими залами, кухней, туалетами. Диванчики и кресла стояли вдоль стен, на полках лежали настольные игры и книги, а на кухне остывал электрический чайник модели моего отца. Помню, как он долго вымучивал его из фантазии одного талантливого, но крайне специфически пишущего автора.
Одна комната привлекла моё внимание тем, что здесь стояло оборудование для спорта: тренажёр для нескольких видов упражнений, штанги и гантели, турник и шведская стенка. Неужели не могли открыть нормальный тренажёрный зал в проветриваемом месте? Хотя, возможно это сами студенты натаскали сюда, чтобы заниматься запрещёнными практиками? Вроде как поднятия штанги в одиночку?
На небольшом столике лежала бумажная тетрадь с наклейкой поверх обложки: «Журнал посещений».
Заглянув туда, я быстро понял: Егор часто здесь бывал и тренировался. Только почему директор искал здесь книгу Егора? Или он искал не книгу, а что-то ещё? Меня не отпускала мысль, что это был не просто несчастный случай.
Помотав головой, решил: надо наведаться к Криденсу, узнать, как у него дела.
Закрыв тетрадь, я вылез из подземелья, отряхнулся и пошёл вместе с Бегемотом в сторону столовой. Нужно быстро перекусить и отправляться на занятия.
Проходя мимо здания с надписью «Пу-пу-пу» (здание подпирали несколько балок, надпись ярко сверкала), я размышлял вслух:
— Нападение, чтобы переманить в другую Академию? Честно сказать, у меня была уверенность, что меня хотят убить. Никакого заигрывания, голая агрессия. И если бы не вы с Франком — меня бы знатно погрызли.
Бегемот принял благодарность величественным кивком.
— Но кто-то со мной говорил, погрузил в атмосферу. Кто-то, кто точит на меня зуб? Или просто издевается?
— Жаль, что там никого не было, чтобы посмотреть на ситуацию со стороны, — вздохнул кот.
Я замер от его слов.
— Вообще-то там был кое-кто, — вспомнил я.
Даже странно, что никто из преподавателей не заметил его. Возможно он был достаточно далеко, чтобы оставаться невидимым, но достаточно близко, чтобы слышать нас. Плюс он явно обижен на меня за шутки ниже пояса.
Я тихо засмеялся, вспомнив, как краснеет Гончарова.
— И кто же это? — спросил Бегемот.
— Алексей Достоевский. Старшекурсник, любящий играть со змейками. И с топором своего великого предка.
Бегемот показал зубы, достал свою шпагу, осмотрел клинок, после чего отсалютовал мне. Кто-кто, а этот пушистый комок неприятностей к бою готов всегда.
Главное не вылететь из Академии до этого самого боя. В частности, из-за этого кота, который уже намылился вслед за незнакомым студентом.
Глава 3. Погружение
Допрос старшекурсника из именитой семьи, с собственной музой и дорогими цитатами, как это ни печально, пришлось перенести на попозже. Не потому, что я вообще ни в зуб ногой, как это провернуть, а потому что нужно идти на лекции.