Юрий Кириллов – Будущее уже было (страница 33)

Кроме всего прочего, Сергей с Настей получают и ещё один подарок, только уже от Настиных родителей в виде пары билетов на вечернее представление в Мариинский театр. Подготавливая заранее такой сюрприз детям, они и предположить не могли, что молодёжь вернётся с поездки с такой компанией друзей.

Безусловно, отказываться от билетов никто и не думает. Вновь встретившись всей их дружной компанией, незамедлительно принимается решение, что такой шанс упустить просто преступно, а потому культурно наслаждаться планирует женская часть, а оставшаяся – целиком мужская, учитывая массу различных поводов, едет в гости к товарищу отмечать долгожданную встречу. Обе половины остаются крайне довольны таким спонтанным, но самым что ни на есть удачным решением, и тут же торопливо расходятся, каждая из которых, стараясь не опоздать к началу своего развлечения.

***

Не забыв заглянуть по дороге в магазин, мужчины с большими пакетами в руках весело и шумно вышагивают по проспекту Декабристов. Не доходя пары шагов до Набережной Пряжки, компания ныряет в боковую дверь старинного здания. Стремительно поднявшись на нужный этаж, друзья осматриваются по сторонам, и на одной из дверей натыкаются на табличку с надписью «А.А.Блокъ».

– Похоже, что нам явно не сюда, – с удивлением замечает Олег. – Если, конечно, Виталик не сменил фамилию.

– А я ещё такую же табличку у дверей подъезда заместил, – подтверждает Михаил.

– Парадной!.. – почти в голос поправляют молодого парня Сергей с Олегом.

В этот момент распахивается квартира напротив, из которой с распростёртыми руками и искрящейся улыбкой появляется жизнерадостный Бероев. С восторгом и нескрываемой радостью шумной гурьбою все вваливаются в раскрытую дверь.

Через пару часов вся эта мужская компания, уже изрядно захмелев и подкрепившись начинает более тщательное изучение нового жилища Виталия. Каждого интересует что-то своё. Олег к своему стыду впервые видит книги своего друга, с удивлением пытаясь перелистывать страницы и жадно выхватывать частичные фразы настолько, насколько ему позволяет его состояние. Тарас тщательно всматривается в происходящее за окном, за прогуливающимися по Набережной. Неподготовленный к такому количеству излияний организм молодого «беркутовца» явно не выдерживает, а потому Михаилу выделяется отдельная комната, где парень моментально переключается в состояние полного покоя.

Сергей пристально рассматривает различные безделушки на полках друга в виде статуэток, рамок с благодарственными надписями и брошюры неизвестных ему авторов. Неожиданно среди этого ценного барахла он натыкается на до боли знакомый ему предмет. Дрожащей рукой он поднимает с полки отполированный серебряный портсигар, который сам же когда-то отдал другу на хранение, чтобы не будоражить память. Весь этот вечер друзья, словно специально, деликатно обходили стороной эту душещипательную для каждого тему их злосчастных приключений. Но, тут уже не окунуться в воспоминания оказывается просто невозможным.

– Мужики, – лишь повернувшись к друзьям со старинной вещью в руках, не произнося больше ни слова, все вмиг замолкают, сразу понимая, что после столь долгого молчания на эту тему даже полусловом, всё же пришло время вновь вспомнить всё.

Лишь Тарас смотрит на друзей с непонимающим взглядом, но вполне догадываясь, что речь о чём-то очень серьёзном и деликатном. Сергей кратко излагает ему ту самую, приключившуюся с ними историю пятилетней давности, когда ребята неожиданно оказались в далёком 42-ом в самом пекле на передовой. Затем также кратко уже Виталию рассказывают их повторившееся приключение уже годом позже, в котором оказался и присутствующий здесь украинский гость. Таким образом, вся компания прекрасно понимает друг друга, а потому, следующее однозначно и многозначительно звучит: «За победу!»

Только сейчас мужчины обнаруживают, что все запасы алкоголя в доме полностью закончились, и на самый важный тост выжаты последние капли.

– Ну и кто рассчитывал, сколько брать бухла? – возмущается Олег.

– Старинная русская поговорка гласит – «Сколько водки не бери, всё равно не хватит», – ухмыляется Тарас.

– И это украинский наш брат будет учить нас русским пословицам? – не без скрываемого сарказма подшучивает друг.

– Не надо, мужики, возмущаться, – с трудом выговаривая каждое слово, встревает в разговор хозяин квартиры, оборачиваясь в сторону прихожей. – Сейчас что-нибудь придумаем.

– Куда ты собрался? – пытается ему вслед прокричать Филатов. – За полночь ведь. Ни в одном магазине алкоголь уже не продают.

Ничего не желая слушать, Виталий настойчиво направляется к двери и… от неожиданности шарахается назад, упёршись спиной о стену. От испуга, словно молнией, прошибает его насквозь, и в ушах, казалось бы, даже слышатся громовые отзвуки раската. Помотав головой и пытаясь проморгаться, он вновь всматривается в сторону входной двери, полагая, что при тусклом свете ему могло всё привидеться. Но, там, как и прежде действительно стоит женщина преклонных лет в светлых одеждах с большой доверху наполненной бутылью в руках.

– У вас, смотрю, дверь открыта, – первой начинает старушка. – А я тут в соседях у вас, и слышу, как вы громко что-то отмечаете. Вот и дай, думаю, загляну, авось ведь спиртным, наверное, захотят добавиться, а у меня завсегда своё – натуральное, чистейшее.

– Захотим, мать. Конечно, захотим, – неожиданно в прихожую выскакивает Олег. – Да, ты проходи, бабуль, не стесняйся.

Он с осторожностью проводит женщину в гостиную, где за небольшим до этого наспех сооружённым общим столом из сдвинутых воедино, что имелись в квартире, и располагается компания.

– Сколько мы должны за такой эликсир? – уже откупорив бутыль и затяжно внюхав содержимое, спрашивает подвыпивший молодой человек.

– Да, что вы, ребятки. Мне от вас денег то совсем надо, – спокойно отвечает странная гостья, и неожиданно заявляет. – Мне бы лишь вещицу вот эту, что вы для меня нашли…

При этом женщина указывает на тот самый портсигар, что в руках у Сергея. Побледнев и обомлев, все разом пристально всматриваются в лицо старушки и тут же узнают в ней ту самую, из-за которой и приключилась их та первая история. Холодная дрожь проскакивает у каждого по спине.

– Нашли мы, мать, твоего сына, – первым приходит в себя Филатов, протягивая серебряный портсигар.

Дрожащими руками и, не скрывая слез, хлынувшим по морщинистым щекам, эта, преклонного возраста женщина, осторожно, словно хрусталь, берёт памятную ей вещицу. Мужчины тут же бросаются на помощь, пытаясь усадить старушку на стул. Олег вкладывает в руку салфетки, чтобы вытереть накатившиеся слёзы, Виталий протягивает стакан воды.

– Огромное спасибо вам, ребятки, – несколько отдышавшись, тихо молвит гостья. – Вы сделали для меня такое, что и не передать словами…

После небольшой паузы и пристально всмотревшись в глаза каждого, она еле слышно спрашивает:

– Скажите, как он там, сынок мой?..

У изрядно подвыпивших мужчин уже у самих подкатывает к горлу, и накатываются слёзы. Чтобы хоть как-то скрыть свои волнения от нахлынувших воспоминаний, они враз опускают глаза, словно повинившиеся школьники.

– Погиб ваш сын…, – с трудом выжимает из себя Олег. – Вы, простите нас…

– Он геройски погиб, – подтверждает Сергей.

– Только благодаря ему мы сами остались живы, – уже почти сквозь слёзы добавляет Виталий.

– Да, что вы, ребятки?.. Я ведь тоже понимаю… Война. Она забирает без разбора, – теперь уже начинает успокаивать прослезившихся мужчин сама старушка. – Вы лучше выпейте – помяните сынка моего. Пусть ему там будет спокойно. А, чтобы закусить приятно, у меня для вас и соленья в припасах имеются. Глянь-ка там, в прихожей осталось.

Виталий тут же кидается к входным дверям и возвращается с трёхлитровой банкой домашнего разносола. Открывается дверь одной из комнат, откуда появляется молодой с растрёпанным видом парень. Быстро сходив до уборной, и уже освежившимся, Михаил присаживается к импровизированному столу.

Разлив чистейшей прозрачной по рюмкам, друзья, наконец, приглашают присоединиться и Тараса, всё это время с интересом и удивлением наблюдающего за происходящим со стороны, стоя у окна. Не чокаясь молча, друзья опрокидывают по рюмке, смачно закусывая хрустящим огурцом.

– Ещё раз, прости нас, мать, что не уберегли сына твоего, – вновь пытается оправдываться Олег. – Но, мы нашли захоронение его, вот только не знали, кому известие отправлять. Мы ведь – поисковики. Пытаемся находить и помогать всем, потерявшим своих родственников. Так что, проси, мать – кого хочешь найдём.

– Да, знаю, я сынки, каким благородным делом вы занимаетесь. И, за сына вам огромная моя человеческая благодарность, – старушка, перекрестившись, почти до пола клонится головой.

Мужчины дружно подхватывают её за руки и вновь усаживают на стул:

– Да, что ты… Что ты, мать.

– Хочу я вас просить ещё об одной просьбе, ребятки. Смотрю, вы – мужчины ответственные, слов на ветер не бросаете…

– Проси, что хочешь для тебя сделаем, кого хочешь найдём. Проси…, – не унимается Олег.

Женщина ловко вынимает что-то из-за пазухи и медленно разжимает ладонь.

– Взамен одной памятной вещицы, я хочу поменять её на другую, – неожиданно произносит она.