Юрий Иванов – Хрестоматия успеха (страница 22)

Передача «зажигалки» осуществлялась на явочной квартире близ порта.

Иногда «доставщик» вез две или три «зажигалки», если требовалось подстраховаться. Не все снаряды были стопроцентно надежными, учитывая кустарные условия их изготовления. Нервные нагрузки, которые испытывали участники диверсии были огромными. Больше всех переживал «Артур», который болел за исход очередной операции по закладке. Поэтому для него стало железным правилом: после очередной операции – проведение встречи с «Бланко» и разбор, шаг за шагом, ее хода, критических ситуаций, нестыковок в действиях людей, особенно на последнем, самом ответственном этапе – при закладке заряда в трюм с грузом.

Первое время «зажигалки» проносили в порт в сумках с едой. «Зажигалки» прятали среди грузов, очередное судно выходило в море и через несколько дней пути в его трюмах неожиданно вспыхивал пожар. Команды были подготовлены для всех чрезвычайных ситуаций военного времени, в том числе для борьбы с огнем. Чаще всего с ним удавалось справиться, но ценой потери значительной части грузов. Судя по отчетам «Артура», поджоги привели к полной гибели не более двух-трех судов. Пожары на судах с грузами для стран немецкой коалиции возникали часто. После каждой диверсии портовая стража ужесточала меры безопасности.

Эти меры вынуждали совершенствовать конструкцию «зажигалки», изменять размеры и формы термитных снарядов. Так появился «плоский» заряд, внешне напоминавший грелку уменьшенных размеров. Его привязывали к внутренней стороне бедра бинтом, что позволяло с успехом проходить самые пристрастные досмотры.

Иногда непредвиденные обстоятельства заставляли «временно лечь на дно».

Немецкие агенты и их союзники пытались обнаружить штаб-квартиру советского резидента в Буэнос-Айресе, его командный пункт, откуда он руководил своей сетью, но безуспешно.

В октябре 1942 года группа Иосифа активизировала проведение диверсионной работы. Одной из целей стал портовый склад селитры, которая отправлялась в Испанию и дальше в Германию. Со второй попытки операция удалась. В утреннем выпуске газеты «Ла Насьон» сообщалось, что в огне погибло около 40 тысяч тонн селитры. Во время Великой Отечественной в результате диверсионной деятельности группы Григулевича в портах Южной Америки и на судах, перевозивших грузы для Германии, было уничтожено более 1 миллиона тонн стратегического сырья, предназначавшегося нацистам. За что Иосиф Григулевич был награжден орденом Красного Знамени.

В конце 1944 года из-за случайных арестов нависла опасность над всей сетью «Артура». Он запросил разрешение Центра на переезд в Монтевидео. Разрешение было получено быстро: в Москве понимали опасность создавшейся ситуации.

Прибыв в Монтевидео, «Артур» отчитался о проделанной работе перед нашим резидентом, сотрудником советского посольства в Уругвае Рябовым.

Рябов выслушал устный отчет «Артура». Не сдержав эмоций, Рябов воскликнул: «А ты здесь не скучал. Вкалывал, как стахановец!»

С этого и началась «отчетная страда» «Артура». Раз в неделю он приходил на конспиративную квартиру и исписывал десятки листов бумаги, восстанавливая шаг за шагом этапы своей разведывательной эпопеи в Южной Америке. В июле 1945 года Григулевич вылетел из Монтевидео в Сантьяго для свертывания дел и оформления нового паспорта.

Коста-риканский писатель-коммунист Хоакин Гутьеррес Мангель, близкий друг посла, организовал получение настоящего коста-риканского паспорта «Артуру» на имя Теодоро Боннефила Кастро.

Через две недели «Артур» с паспортом гражданина Коста-Рики отправился в Бразилию.

В Рио-де-Жанейро Теодоро Кастро, следуя рекомендациям Центра, открыл книжный магазин, доходов от которого вполне хватало на жизнь. Сам «хозяин» вел внешне размеренный образ жизни человека, занятого устройством собственного благополучия.

До прибытия в страну представителя Центра «Артуру» было запрещено ведение агентурной работы. Он был предельно осторожен.

Командировка «Артура» в Латинскую Америку завершилась в ноябре 1947 года – его отозвали в Москву. «Артур» закрыл книжный магазин. Он поместил несколько объявлений об оптовой распродаже книг в газетах, чтобы оставить след, который позже можно будет легко проверить. Ну а соседи Теодоро и его жены считали, что обаятельные супруги уезжают в Европу из-за пережитой ими семейной трагедии: смерти их полугодовалого сына Хосе. У него было больное сердце.

В Москве Григулевичей поселили в служебной квартире в центре столицы. «Московская пауза» в разведывательной работе Григулевича длилась около полутора лет.

В середине 1949 года семья Кастро отправилась в Италию. На годы, проведенные в Италии, пришелся пик разведывательной карьеры Иосифа Григулевича (новый псевдоним «Макс»). Его работу в Италии не раз называли «высшим пилотажем нелегала».

Въехали они в страну по туристическим визам и поселились в скромной гостинице неподалеку от центра Рима. Предстояло создать прикрытие, обеспечивающее финансовую независимость и свободу действий. Свой переезд из Бразилии в Италию супруги Кастро объясняли сугубо личными обстоятельствами – смертью сына. Связей в стране у них не было.

После прибытия в Рим супружеская пара нанесла визиты в консульства Коста-Рики и Уругвая. Уругвайский консул оказался человеком внимательным и контактным. Теодоро Кастро сразу же заинтересовал консула коммерческими перспективами. Через свои связи в полиции консул получил для четы Кастро разрешение на постоянное проживание в стране. Потом оформил Теодоро Кастро на работу в консульство в качестве секретаря, но, конечно, номинально. Консул рассчитывал на паевое участие в бизнесе Кастро.

«Макс» отыскал поставщиков из Центральной Америки и получил пробную партию кофе.

Его первыми компаньонами стали уругвайский консул (через подставное лицо) и итальянский майор – бывший военный, без левой руки, что в условиях экономического кризиса обрекало его на нищету. Предложение «Макса» войти в долю майор воспринял как спасение.

Через майора зарегистрировали фирму в местных органах, подыскали помещение для конторы, арендовали склады, наняли технический персонал, приобрели легковую машина для директора Теодоро Б. Кастро и трофейный немецкий грузовик для переброски товара из портовых городов в различные пункты на территории страны. Для придания большего размаха делу «Макс» периодически приглашал из Уругвая в качестве контрагента одного из бывших членов своей разведывательной организации, владельца экспортно-импортной фирмы. Он помог «Максу» с приобретением клиентуры не только в Италии, но и во Франции. Были заключены прибыльные сделки, и счет в банке стал увеличиваться.

В номенклатуру товаров, которыми торговала фирма Кастро, помимо кофе входили швейные машинки, химические продукты, автопокрышки, рыбные и мясные консервы.

Связь с Центром была на первых порах нерегулярной. «Максу» дали возможность развить бизнес, обзавестись полезными контактами, вжиться в итальянскую среду. Встречи с курьерами проводились в Вене и Париже.

По просьбе «Макса» часть его заработка пересылалась отцу. Резидент в Буэнос-Айресе организовал вручение денежных переводов через «Бланко». Несколько раз тот ездил в Консепсьон-де-Уругвай, чтобы навестить старика. Ромуальдо был тяжело болен.

В октябре 1950 года в Италию приехала группа политических деятелей из Коста-Рики, и у некоторых из них был коммерческий интерес. Состоятельные люди, владельцы кофейных плантаций подыскивали в Италии надежного коммерсанта. Среди приезжих выделялся бывший президент Коста-Рики Хосе Фигерес. И вот кто-то из консулов вспомнил о Теодоро Б. Кастро. Ведь он – именно тот человек, которого ищут Фигерес и его спутники. Преуспевающий коммерсант, к тому же – соотечественник!

Итак, Теодоро Кастро стал соучредителем торговой фирмы, занимающейся реализацией в Европе костариканского кофе. С помощью Кастро Фигерес распродал имевшиеся у него кофейные резервы, присылая ежемесячно по 300–350 мешков стоимостью до 50 тысяч долларов за партию. Костариканский кофе постепенно вошел в Италии в моду.

Кофе любили и в Ватикане. Кастро передал мешок кофе для личного стола Пия XII. Подарок не остался незамеченным. На костариканца обратил внимание нунций Коста-Рики при Святом престоле, а по родственной линии – племянник папы. В первой же беседе Кастро и Пачелли нашли точку соприкосновения: коммерция! С его помощью «Макс» продал Ватикану первую партию кофе по льготной цене (с солидным наваром для Пачелли) и затем стал постоянным поставщиком папского престола. Почти как в дореволюционной России – «Поставщик Двора Его Императорского Величества».

Так, шаг за шагом советский резидент осваивался в Ватикане. За годы своего пребывания в Италии Кастро 15 раз целовал перстень на руке Пия XII. Наверное, не было в Ватикане структур, в которых не появились бы у «Макса» устойчивые контакты. Даже в полицейской службе Ватикана Кастро считали «своим» человеком.

Чтобы упрочить свое положение в Риме, «Макс» с санкции Центра предпринял шаги по переходу на дипломатическую службу Коста-Рики.

В июне 1951 года Теодоро Бонефиль Кастро, стараниями Хосе Фигереса став Чрезвычайным Посланником в ранге полномочного министра Республики Коста-Рика, вручил верительные грамоты президенту Италии Луиджи Эйнауди, главе Ватикана Папе Пию XII и президенту СФРЮ Иосипу Броз Тито…