Юрий Иванов – Хрестоматия успеха (страница 20)
Иосиф Ромуальдович Григулевич родился 5 мая 1913 года в городе Вильно (ныне Вильнюс, Литва) Российской империи в семье аптекаря. Он принадлежал к одной из самых малочисленных народностей – караимам.
В 1924 году отец в поисках лучшей доли и, спасаясь от репрессий за свою революционную деятельность, уехал в Аргентину. Мать, находясь в стесненных финансовых условиях, одна воспитывала Иосифа.
Еще в гимназические годы у Иосифа проявились литературные склонности. Он писал не только революционные прокламации, но и стихи, а иногда и рассказы. А в богатой гимназической библиотеке Иосиф мог сидеть и читать все подряд сутками напролет.
Каждые полгода Григулевичам приходилось продлевать разрешение «на жительство», и Иосиф воспринимал это как унизительную дискриминационную процедуру.
Рано столкнувшись с несправедливостью, юноша стал проявлять интерес к коммунистической идеологии.
В середине декабря 1931 года за Иосифом пришли агенты польской контрразведки (с 1920 года Вильно находился под польским управлением).
Прямых улик против Иосифа не было, он успел уничтожить всю нелегальщину на квартире задолго до обыска. Но обширный компрометирующий материал на него был получен от полицейской агентуры.
Находясь в тюрьме, в апреле 1933 года, он узнал о смерти матери, у которой от переживаний за сына не выдержало сердце.
13 мая 1933 года суд признал его виновными и осудил на 2 года тюремного заключения условно.
Выйдя на свободу, Иосиф снова включился в подпольную партийную работу, но в августе 1933 года был неожиданно вызван повесткой в прокуратуру, где ему предложили в двухнедельный срок покинуть Польшу. К тому времени Иосиф уже был настолько заметен и в Польше, и в Литве, что переход на нелегальное положение не гарантировал ему безопасности. Поэтому по рекомендации Литовского коммунистического бюро он выехал через Варшаву в Париж, где находился один из польских центров эмиграции.
В Париже представители польской компартии во Франции взяли новичка под опеку. Польская коммунистическая эмиграция в этой стране была хорошо организована, получая всестороннюю поддержку от компартии Франции.
Иосифу помогли поступить в Высшую школу социальных наук Сорбонны и ввели в польскую редколлегию журнала Международной организации помощи революционерам (МОПР), но при этом попросили овладеть французским языком. Удивительно, но тем не менее, уже через несколько недель Григулевич доложил руководителям о выполнении этого задания. Довольно часто двадцатилетний Иосиф выступал на митингах солидарности с народами, находящимися «под пятой фашистских диктатур». Представляли его как жертву фашистского террора в Литве и Польше, что казалось Иосифу некоторым преувеличением. Но, тем не менее Иосиф колесил по французской столице и ее пролетарским предместьям, совершенствуя свое ораторское мастерство.
В августе 1934 года Иосиф командируется Коминтерном в Аргентину для включения в оргработу по линии МОПР.
Иосиф был на вершине счастья от проявленного к нему доверия и встречи с отцом.
Через две недели в порту Буэнос-Айреса его встречали отец и Франсиско Муньос Диас, член ЦК компартии Аргентины, с которым Григулевичу доводилось встречаться в Париже по делам МОПР.
Иосиф пока еще не знает испанского языка, и отец помогает ему как переводчик.
Несколько недель Иосиф провел у отца в селении Ла-Кларита провинции Энтре-Риос, в задней части маленькой аптеки, в которой его отец Ромуальд Григулевич зарабатывал скромные песо. Законченного фармацевтического образования у отца не было, поэтому он жил в провинции, подальше от инспекторских проверок министерства здравоохранения.
Иосиф начал брать уроки испанского языка у учителя начальной школы, активно общался с местными жителями, среди которых было много еврейских переселенцев из Восточной и Юго-Восточной Европы, решивших посвятить себя продуктивному аграрному труду. Он зачитывал до дыр газеты, переводя статьи с помощью затрепанного испанско-польского словаря.
Благодаря способностям к языкам Иосиф изучил испанский за несколько недель.
Прошло несколько месяцев, и на подпольной конференции в городе Росарио Иосиф Григулевич был избран в исполком МОПР Аргентины и членом редколлегии нелегального журнала «Красная помощь». Ему дали партийный псевдоним «Мигель».
Несколько месяцев Иосиф в Росарио налаживал партийную работу.
«Мигеля» хорошо знали в партийных кругах и ценили как надежного товарища, энергичного организатора, предприимчивого «сборщика» денежных средств на нужды политзаключенных. Культ знаний был его характерной чертой. Иосиф посещал различные партийные курсы, настойчиво занимался самообразованием,
совмещал революционную и трудовую деятельность. Он был продавцом радиоаппаратов, страховым агентом, электриком, журналистом.
Вечером 19 июля 1936 года Иосиф был арестован. Всего по доносу осведомителя было задержано 109 человек. Иосифу этот арест грозил серьезными неприятностями. Он не прошел натурализации и, как иностранец, был весьма уязвим. Иосиф понимал, что он дешево отделается, если его просто вышлют из страны. Обычным исходом для таких, как он, была отправка в каторжную тюрьму. Но Иосифу очень повезло – его опрашивал малоопытный новичок, который поверил, что разговорчивый «арестант» ничем кроме девушек и танцев не интересуется. Однако, рано или поздно, полиция начнет выяснять, почему литовец не удосужился за два года пребывания в Аргентине легализовать свое пребывание. Поэтому дальнейшее пребывание в Аргентине стало для Иосифа небезопасным: полицейские сыщики «навестили» несколько его бывших адресов, в том числе в Ла-Кларите, чем изрядно взволновали отца. Служба безопасности партии получила данные от своего источника в полиции, что «Мигелю» грозит неминуемый арест.
С помощью руководства компартии Аргентины Иосиф получил в испанском посольстве в свой литовский паспорт въездную визу.
В начале сентября 1936 года Иосиф поднялся на борт греческого парохода, который отправлялся в Антверпен. Чтобы приберечь свои скудные сбережения, Иосиф нанялся помощником повара. Из Антверпена Иосиф на поезде приехал в Париж, где получил необходимые инструкции товарищей из Центра по переброске добровольцев. После чего на поезде доехал до Тулузы, а оттуда – самолетом до Барселоны.
Иосиф рвался на фронт, но сначала был военно-учебный центр. Месяц Григулевич учился стрелять из разных видов оружия, бросать гранаты из окопов и водить машину, потом с оценкой «отлично» окончил двухнедельные курсы младших командиров. А через день ему доверили уже командовать небольшой интернациональной группой в боевой оборонительной операции. Боевое крещение коминтерновец Григулевич выдержал успешно, слава о его боевой группе мгновенно распространилась по всему Центральному фронту. Вскоре после этого его перевели на должность помощника начальника штаба Мадридского фронта. Но Григулевич хочет на передовую, и, назначенный командиром роты, он принимает участие в самых жарких боях.
Вскоре Иосиф попал в поле зрения советнического аппарата НКВД и был внедрен в комиссариат госбезопасности Хунты защиты Мадрида, так называемый Сигуридад.
Он возглавил группу боевиков, которая вела вооруженную борьбу с бандами разного политического толка, занимающихся разбоем. Только в Мадриде их насчитывалось более двухсот. Эти банды использовались врагами для компрометации правительства Народного фронта и органов правопорядка. С бандами уголовников расправлялись безжалостно, как правило, под покровом ночи. К выявленному месту их базирования спецотряд прибывал на двух-трех легковых автомашинах. Бойцы забрасывали бандитов гранатами и открывали ураганный огонь из автоматического оружия. Через несколько минут отряд исчезал в «неизвестном направлении», а на место предполагаемого «боя» прибывало подразделение регулярной милиции «для выяснения обстоятельств».
Иосиф участвовал и в других операциях по борьбе с врагами республики.
После десятимесячной работы в Испании, в середине июля 1937 года из-за возникшей угрозы вся группа была переправлена во Францию, а затем в Москву.
В сентябре эта группа отдыхала в санаториях НКВД в Гаграх и Сочи.
В октябре 1937 года Григулевич был вызван в Москву и зачислен в Школу особого назначения (ШОН) Главного управления государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР. Под кодовым именем Макс он постигал шифровальное дело, работу на «ключе», способы передачи информации через тайники, методы вербовки и другие премудрости разведывательного ремесла. В учебном центре все было организовано так, чтобы не допустить общения курсантов: нелегалы все-таки! Но остроглазый Иосиф несколько раз издалека замечал друзей, которые зарекомендовали себя в Испании хорошими боевиками.
Позже Григулевич скажет: «Меня готовили для проведения ликвидации. Солидными знаниями о ведении резидентуры я не обладал. Мне до всего приходилось доходить самому: методом проб и ошибок».
Из аттестации курсанта Макса:
В процессе обучения обнаружил незаурядный интеллект, феноменальную память, невероятную работоспособность. Имеет вкус к риску и принятию авантюрных решений, обладает богатым воображением.
Доминантный и властный человек с выраженными лидерскими наклонностями. Стиль действий характеризуется быстротой и энергичностью. В поведении присутствует безусловная ориентация на успех.