Юрий Иванов – Хрестоматия успеха (страница 13)
Бурков попросил не сообщать о ранении матери, так как в письмах, чтобы она меньше переживала, он писал, что играет на гитаре в офицерском ансамбле, и иногда ездит с концертами по гарнизонам.
Лечение было нелегким: были госпитали в Ленинграде, в Подольске; Валерий Бурков перенес пять операций. Но как бы тяжело не было, он твердо верил, что станет полноценным человеком.
Тяжелей всего ему было научиться ходить.
Бурков так вспоминает то время: «В Питере я на полгода задержался. Учился ходить. Когда впервые надел протезы, шагу не мог ступить. Даже держась за параллельные поручни. Ноги разъезжались в стороны. И просидеть полчаса был не в состоянии. Зажатые ремнями культи начинали неметь, ныть, болеть.
Стал заставлять себя ходить без помощи костылей. Сажал кого-нибудь в кресло-каталку, а сам пристраивался сзади. Толкал и держался одновременно. Народ смеялся: битый небитого везет. Так мы и кружили по коридорам госпиталя. Научился держать равновесие, на том этапе это было самым важным. Тренировался я упорно, но прогрессировал медленно, поскольку продолжал себя жалеть. Устал – тут же присел, сделал перекур. И тогда я понял: нужно исключить лазейку для любой поблажки, загнать себя в условия, где некуда отступать. В то время я уже лечился в Подмосковье и попросился в Питер на протезный завод. Мне полагался сопровождающий, но я решил ехать один. Правая рука по-прежнему не работала, а на левой во время очередной операции передавили нерв.
На машине «скорой помощи» доехал до Ленинградского вокзала, а дальше-то надо было идти самому. И я с палочкой поплелся к поезду.
Добрался до купе. В нем – попутчики. Снимать при них протезы? Неловко. А ноги гудя-я-т! Ночь промучился, утром еле встал, кое-как выполз из вагона, дохромал до стоянки такси. Поехал на окраину города к знакомым, у которых собирался остановиться. Таксист доставил до места и – поминай, как звали. А дома никого. Рядом ни метро, ни остановки автобуса, к людям надо идти через большой парк. Делать нечего, побрел. Думал, не доползу, упаду в сугроб без сил. Но совестно офицеру вот так помирать. Отключил чувства и тупо переставлял ноги. Шаг за шагом. В полуобмороке. И ведь дошел! Победил!
И ситуация переломилась. Уже через неделю на Украине, куда приехал в санаторий, врач в приемном отделении не понял, что у меня вместо ног – протезы. Думал, хромаю после ранения. Как же я ликовал в тот момент!
А еще через месяц знакомые мужики позвали в ресторан. Пока все плясали, сидел за столом. Потом какая-то дивчина пригласила на танец. Встал и пошел. Без палочки. Не будешь же с ней вальсировать, правда?
Когда вернулся в Москву, плясал так, что у протеза отвалилась стопа, резьба сорвалась! За полтора месяца я избавился от палочки. Ходил, и люди хромоту не замечали».
В 1985 году Валерий Бурков вернулся в строй и попросился в Афганистан, но главком ВВС направил на учебу в Военно-воздушную академию имени Гагарина.
Окончив Академию в 1988 году, Валерий Бурков продолжил службу в Главном штабе ВВС. Ему присвоили звание полковника.
После ухода из армии несколько лет занимался бизнесом, управлял торговым центром в Крылатском.
5 августа 1991 года Валерия Буркова назначили советником президента РСФСР по делам инвалидов.
Во время августовского путча 1991 года он ездил по воинским частям, призывал не применять оружие против мирных людей.
Звезду Героя Валерий Бурков получил 7 ноября 1991 года. Награждение инициировал Александр Руцкой, который был в то время вице-президентом России.
В апреле 1994 года в Кубинке на празднике, посвященном 60-летию учреждения звания Героя Советского Союза, с инструктором прыгнул на протезах с парашютом.
С 1994 по 1998 год учился в Академии Генштаба.
В 2004 году Бурков стал депутатом Курганской областной думы.
У Валерия Буркова в жизни сложилось все наилучшим образом: карьера, награды, почет и уважение, семья, сын. В администрации президента его рассматривали в качестве одного из основных кандидатов на пост губернатора.
Но что-то пошло не так: сломалось в сознании, сломалось в душе. Он научился зарабатывать на своем бизнесе большие деньги, но они не приносили ему удовлетворения. Наступил кризис в семейных отношениях. Бурков начал пить. Пил сильно. Жена оставила его, многие друзья отвернулись. Только через 5 лет понял, что погибнет, если что-то не изменит в себе. Не лечился, не кодировался, не завязал, а исцелился от бесов, которые используют человеческие слабости. Постепенно приходил к вере.
6 июля 2016 года Валерий Бурков принял монашество с именем Киприан. Монашескую службу несет в православном мужском монастыре в Киргизии.
Получил педагогическое образование в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном унирерситете; психологическое – в Российском православном университете и на миссионерском факультете.
3 сентября 2019 года по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла зачислен в братию Высоко-Петровского монастыря в Москве.
С начала специальной военной операции монах-герой выезжает на Донбасс, встречаясь с участниками СВО, также посещает регионы, беседуя с семьями военнослужащих, ранеными бойцами, а также курсантами военных учебных заведений и кадетами.
Вартанян Геворк Андреевич
Геворк Андреевич Вартанян (1924–2012) – разведчик-нелегал, сотрудник Службы внешней разведки, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза, полковник.
Нелегальная разведывательная деятельность Геворка Андреевича Вартаняна и его жены Гоар Левоновны продолжалась в десятках стран мира на разных континентах около 45 лет. Если считать со льготами (год за три), получается больше 120 лет.
Имя Геворка Андреевича Вартаняна было рассекречено лишь в 2000 году. Но, даже и сегодня, их основная деятельность остается еще засекреченной. Широко известна только операция по предотвращению покушения фашистской агентуры на руководителей антигитлеровской коалиции в Тегеране в 1943 году. Как говорил Геворк Андреевич: «У нас потом было много очень больших успехов, которые, честно скажу, по своим масштабам даже сравнивать нельзя с Тегераном-43».
Владимир Владимирович Путин, однажды сказал о Вартанянах, что без них история нашего мира могла бы пойти по-другому.
Работая против НАТО в Италии, Германии, Франции, Китае, Индии и США, Вартаняны специализировались в основном на военно-политической разведке. За весь период нелегальной работы Вартаняны трижды меняли все свои персональные данные, включая гражданство.
По оценке коллег Геворка и Гоар Вартанян по нелегальной разведке, «совершенное дуэтом Вартанянов столь многообразно и всеобъемлюще, что никогда не будет рассекречено».
Геворк Андреевич Вартанян родился 17 февраля 1924 года в Ростове-на-Дону. Его мать Мария Савельевна происходила из очень богатой ростовской семьи братьев Мартиросовых, которым принадлежали винные и гастрономические магазины. Его будущий отец Андрей Васильевич Вартанян устроился к ним на работу еще до революции. У него завязался роман с матерью, и они поженились. Со временем отец и сам стал состоятельным человеком. При советской власти работал директором маслобойного завода в станице Степной под Ростовом.
В 1930 году по заданию советской внешней разведки Андрей Васильевич Вартанян уезжает с семьей в Иран. Известно, что на первых порах переехавшего в Иран из Советского Союза коммерсанта Вартаняна подозревали в том, что он – советский агент. Андрея Васильевича арестовывали пять или шесть раз. Однако фактически ничего не могли предъявить – отпускали. В такие тяжелые периоды, когда семья (четверо детей) мучилась от безденежья, на помощь приходила местная советская резидентура: подбадривали, приносили деньги.
Прожив шесть лет в Тебризе, семья перебралась в Тегеран. Здесь Андрей Васильевич развернулся как хороший бизнесмен – создал крупную фабрику по производству и продаже шоколада, который считался лучшим. Став человеком со связями и солидным положением в обществе, Андрей Васильевич тем самым обеспечил себя надежным прикрытием. Постепенно отстала от него и иранская контрразведка. Андрей Васильевич вел активную разведывательную и агентурную работу: занимался вербовкой, поддерживал связи с нелегалами. Он почти никогда не пользовался финансовыми средствами Центра, обходился деньгами, которые зарабатывал сам. В годы войны Андрей Васильевич Вартанян даже собрал значительную сумму денег, которые были переданы в Центр для постройки танка.
В 1953 году Андрей Вартанян вернулся из Тегерана в Ереван, проработав в Иране на советскую разведку 23 года. В Союзе, он еще долго трудился на сугубо официальной гражданской должности, хотя пенсию получал как офицер-чекист. Он был патриотом СССР и в таком же духе воспитывал своих детей. Именно под влиянием отца Геворк стал разведчиком, о чем он с гордостью и благодарностью позже вспоминал.
В феврале 1940 года 16-летний Геворк Вартанян установил прямой контакт с резидентом, легендарным советским разведчиком Иваном Ивановичем Агаянцем, работавшим в Тегеране.
– Был он человеком строгим и в то же время добрым, теплым. Долго я с ним работал, до конца войны, и разведчика из меня сделал он. Занят был, но встречался со мною, учил, натаскивал.