Юрий Головий – Катарсис (страница 1)
Юрий Головий
Катарсис
«Любят люди не за что-нибудь. Любовь не сделка, не договор, не корыстный обмен вещами, не юриспруденция. Любящий любит не потому, что любимое – высоко, велико, огромно. Родители любят детей и дети любят родителей не за высшие добродетели, а потому, что они друг другу родные. Благородный гражданин любит свою Родину также не за то, что она везде и всегда, во всем и непременно велика, высока, богата, прекрасна и пр. Нет. Мы знаем весь тернистый путь нашей страны; мы знаем многие и томительные годы борьбы, недостатка, страданий. Но для сына своей Родины всё это – своё, неотъемлемое своё, родное; он с этим живёт и с этим погибает; он и есть это самое, а это самое, родное, и есть он сам».
Пролетело детство, пронеслась юность, прошла полная забот зрелость. Выросли дети, подросли внуки и появилась маленькая-премаленькая правнучка.
И пришло время задуматься о том, кто же я есть, кем были мои предки, бабушки, дедушки и т. д.
И, задумавшись об этом, я понял, что ничего не знаю не только о моих дальних предках, но и ничего не знаю о своих родителях.
Я знал только, что мой отец родился в Черниговской области, закончил киевский сельскохозяйственный институт и получил специальность экономист-плановик-агроном. Затем работал, воевал и во время войны был направлен в Кировскую область для развития сельского хозяйства.
Матушка родилась в Житомирской области, во время войны была в партизанском отряде, а в 1947 году завербовалась на работы в Кировскую область.
В Кировской области мои родители встретились, и у них затем появился я и мой младший брат Александр.
Всё просто. Никаких секретов.
Жизнь моя протекала ровно, без проблем.
Детство прошло под сенью любви моих родителей ко мне с братом. Я проводил время с друзьями, с которыми мы ходили в школу, занимались спортом, обсуждали произведения, в основном приключенческие, такие как романы Александра Дюма «Три мушкетера», «Двадцать лет спустя», Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок», «Два капитана» Каверина и т. д.
Затем были институт, огромный завод (флагман отечественного сельхозмашиностроения), где я сделал неплохую карьеру, закончив свою деятельность на этом заводе заместителем директора по сбыту, техническому обслуживанию и внешнеэкономическим связям.
Я был хорошим специалистом, и меня часто направляли за рубеж для технического обслуживания и испытания нашей техники.
Но в советское время для поездки за рубеж недостаточно было быть просто хорошим специалистом, нужно было быть ещё политически устойчивым, настоящим патриотом своей страны, а также здоровым физически.
Мы проходили медицинскую комиссию, получали рекомендацию в заводском совете старейшин, собеседование в различных парткомах, вплоть до ЦК КПСС, а также писали свою автобиографию и заполняли различные анкеты, где обязательно должны были указывать, были ли родственники под судом и следствием, отбывали ли сроки в исправительных учреждениях, имеются ли родственники за рубежом.
Я всегда добросовестно писал, что под судом и следствием мои родные никогда не были и за рубежом родственников не имею.
Затем наступила перестройка. Завод практически остановился. Зарплату не платили. И в это время мне поступило два предложения (из Италии и США) от крупных мировых компаний, производящих сельскохозяйственную технику.
Я дал согласие на работу в американской компании.
Затем создал своё предприятие и стал дилером ряда крупных американских, европейских и китайских предприятий.
Со специалистами этих предприятий сложились теплые, доверительные отношения. Это были хорошие специалисты в своем деле, которые стремились продать как можно больше оборудования и организовать его эффективную работу. Им нужно было кормить свои семьи, одевать и учить своих детей. Мы никогда не обсуждали политические вопросы и лидеров своих стран.
Только однажды мне пришлось выслушать горестные высказывания одного из моих партнёров, владельца крупного английского предприятия, производящего сельскохозяйственное оборудование.
Мы сидели в ресторане, обсуждали проекты, хорошо выпили, и вдруг он сказал со слезами на глазах: «Вы, русские, умный народ, у вас огромная страна, сумасшедшие ресурсы, а мы, англичане, сидим на своём маленьком острове, у нас ничего нет. Вы покупаете у нас оборудование, а потом изучите наши технологии, подотрёте нами одно место и дадите нам под зад коленом и сами будете производить это оборудование. А мы останемся на острове ни с чем».
Ещё один случай. Был семинар (в Англии) по финансированию проектов. Начало 2000-х годов. На семинаре присутствовали российские и иностранные специалисты. Доклад делал финансовый директор крупной американской компании (англичанин). Кто-то из присутствующих задал ему вопрос: «Как вы оцениваете будущее российского и английского сельского хозяйства?»
Англичанин ответил: «Российское сельское хозяйство поднимется и будет эффективно развиваться. К тому времени английского сельского хозяйства как такового не будет».
В общем, всё сложилось у меня в жизни неплохо. Работа, семья, дети, внуки. Объездил полмира. Много друзей, которые с детства всегда были рядом.
И вот пришло время, когда я задал себе вопрос: «Кто я? Кто мои предки?».
Вопрос поставлен, нужно искать ответы. Век цифровых технологий, век интернета. Всё значительно упростилось по сравнению с былыми временами.
Степан
Конец 19-го века. Степан служил в армии, и, так как он был хорошо образован, его определили руководителем армейской типографии. Часто к нему заходил армейский товарищ, которого звали Андрей, и они проводили время в неспешных беседах о сельском хозяйстве и о его проблемах, также обсуждали некоторые литературные произведения и, в частности, говорили о поэзии. Оказалось, что они оба являются поклонниками поэта Хомякова, который, как выяснилось, был земляком Андрея и был выходцем из одного с ним сообщества – «Трудового братства».
Андрей рассказывал о братстве, о жизни в нем, о взаимоотношениях между людьми, об образовании и т. д.
Слушая рассказы Андрея, Степан представлял жизнь в братстве почти как в раю. Где среди цветущих лугов, лесов и золотых нив в гармонии между собой и природой живут и трудятся, освобожденные от невежества, замечательные люди.
Однажды Андрей принес Степану труды философа и создателя «Братства» (в братском сообществе его называли «Блюститель») и попросил переплести их.
Просматривая сочинения, Степан так углубился в чтение, что не заметил, как прочитал их полностью.
Его захватила глубина мысли философа. «Как же точно он описывает проблемы общества, – подумал Степан. – И ведь есть люди, которые пытаются что-то изменить, построить новое сообщество, основанное на гармонии и справедливости».
Внутренний голос Степана задавал вопросы: «А смогу ли я жить в таком сообществе? Не будет ли там слишком много ограничений? Но ведь это же возможность изменить жизнь к лучшему, помочь людям жить в гармонии с собой и природой».
Степан размышлял о том, насколько жизнь в «Братстве» соответствует его представлениям и ценностям. Он видел в этом сообществе не только идеал, но и возможность применить свои знания и навыки для блага других. «Может быть, это именно то, что мне нужно, – думал он. – Место, где я смогу быть полезным и счастливым».
Наконец, Степан принял решение. Он хотел увидеть всё своими глазами, почувствовать атмосферу «Братства» и понять, насколько его представления соответствуют реальности. «Я должен это сделать, – сказал он себе. – Это может стать началом новой жизни».
Передавая Андрею переплетённые сочинения, Степан попросил взять его на побывку в «Братство», чтобы он смог увидеть, как же живут люди на этом островке благоденствия.
Посмотрев, как живут люди в «Братстве» и побеседовав с «Блюстителем», Степан окончательно утвердился, что это то место, где он хочет прожить всю жизнь.
Так что же это за «Братство» и кто этот «Блюститель»?
Детство протекало обычно, как и у многих отпрысков дворянства того времени, но особенная чуткость мальчика к проявлениям любви или равнодушия, холодности людей, острое осознание недостатков окружающего его мира проявились очень рано.
«С детства поражала и пугала оторванность жизни от этой святой правды», – размышлял он, погружаясь в чтение Евангелия. Эти слова отзывались в его душе, вызывая глубокие переживания.
Молодой человек, только что окончивший юридический факультет Петербургского университета, получил место при русском представительстве в Мюнхене. Это был его первый шаг в мир, полный интриг и тайн, но он был полон надежд и мечтаний.
В один из вечеров, когда холодный мюнхенский ветер завывал за окнами, а город погружался в сумерки, он впервые увидел её – княжну Наталию М. Её красота была подобна северному сиянию, внезапно озарившему тёмное небо. Он почувствовал, как его сердце забилось в груди, словно птица, попавшая в силки. С этого момента он жил только ею, её улыбкой, её голосом, её присутствием.
Каждый день он ждал её появления с нетерпением. Он мечтал о взаимности, о том, чтобы она посмотрела на него так же, как он смотрел на неё. Но реальность была жестокой.
Однажды, когда они прогуливались по тихим улочкам Мюнхена, он решился. Собрав всю свою смелость, он открыл ей своё сердце. Но её ответ был подобен удару молота по его надеждам. Княжна была влюблена в другого и уже была помолвлена. Её голос дрожал, когда она объясняла ему, что их пути разошлись навсегда.