Юрий Драздов – Возвышение в Городе-Призраке (страница 5)
Он оглядел депо. Алтарь погас, но его присутствие всё ещё ощущалось — как слабое, едва заметное эхо в ритме Элизиума. Александр чувствовал, что это место ещё не исчерпало себя. Что здесь можно найти что-то ещё. Но не сейчас. Сейчас нужно было уходить. Глобальное Событие приближалось, и каждая минута на счету.
— Уходим, — сказал он. — Здесь больше ничего нет. По крайней мере, ничего, что мы можем унести с собой.
Они двинулись дальше, через депо, в дальний тоннель, который, по ощущениям Александра, вёл в сторону «Тихой Гавани». Ритм там, впереди, был тише, спокойнее — обещание отдыха, которое манило его, как свет в конце туннеля.
Сцена 4. Распределение ролей и новая цель
Они нашли убежище в кабине машиниста старого состава, стоящего на запасном пути в дальнем конце депо. Кабина была маленькой, тесной, но относительно целой — стёкла, хоть и покрытые трещинами, ещё держались, а дверь запиралась изнутри на ржавую, но работающую задвижку. Внутри пахло старой смазкой, пылью и чем-то ещё — слабым, почти выветрившимся запахом человеческого присутствия. Когда-то здесь, возможно, прятались другие выжившие. Или не выжившие. Сейчас это было неважно.
Они развели небольшой костёр прямо на полу кабины — дровами служили обломки деревянных ящиков, найденных в депо, и сухие ветки мха, которые Света насобирала по пути. Пламя было жёлтым, почти нормальным, и от него исходило живительное тепло. Света сварила в котелке похлёбку из остатков тушёнки, грибных коржей и каких-то трав. Вкус был отвратительным, но это была горячая еда, и после целого дня пути и боя с Крикунами она казалась деликатесом.
Они ели молча, погружённые в свои мысли. Катерина кормила Надежду — та, проснувшись, капризничала, отворачивалась от ложки, но голод брал своё, и она глотала безвкусную похлёбку, морщась и хныча. Костя, приняв двойную дозу обезболивающего отвара и глоток «зелёнки», чувствовал себя лучше — его дыхание стало ровнее, а лицо порозовело. Зандер чистил арбалет, тихо матерясь сквозь зубы — один из болтов погнулся при выстреле в Крикуна, и он пытался его выпрямить. Лира сидела у двери, положив меч на колени, и смотрела в темноту — её лицо было непроницаемым, но Александр чувствовал её напряжение. Она всё ещё переваривала увиденное.
Александр сидел в углу, привалившись спиной к холодной металлической стене, и смотрел на интерфейс.
[Уровень: 9]
[Характеристики: Сила: 7, Ловкость: 3, Выносливость: 8, Восприятие: 7, Интеллект: 9]
[Мана: 35/120] — медленно восстанавливалась.
[HP: 130/150]
[Свободных очков: 3] — за девятый уровень.
Он смотрел на цифры и думал. Три очка. Три возможности стать сильнее. Три решения, которые определят его дальнейшую судьбу. Интеллект был очевидным выбором — больше маны, больше силы для «Механической Эмпатии», «Искры», «Резонанса Тишины». Сейчас у него было 120 маны — хватало на три хороших заклинания или на поддержание одного механизма в течение двадцати минут. Мало. Катастрофически мало. Если он хочет использовать свой класс эффективно, ему нужно больше.
Но он посмотрел на Лиру — её HP всё ещё был ниже половины, и даже «зелёнка» не могла полностью исцелить внутренние повреждения от вопля Крикуна. Посмотрел на Костю — его рёбра срастались медленно, и каждое резкое движение причиняло ему боль. Посмотрел на Катерину, прижимающую к себе Надежду — она была бледной, измученной, но держалась, потому что не могла позволить себе сломаться. Посмотрел на Зандера — его бравада скрывала глубокую, всепоглощающую усталость, которая накапливалась месяцами.
Они все были на пределе. И если он, Александр, их главная ударная сила, погибнет в бою, они останутся без защиты. Без шанса. Выносливость давала больше здоровья, больше живучести, больше права на ошибку. Интеллект делал его сильнее в атаке, но оставлял уязвимым. А ему нужно было выживать. Не только побеждать — выживать. Ради них. Ради Надежды. Ради обещания, которое он дал.
Решение созрело. Он вложил два очка в Интеллект. Одно — в Выносливость.
[Интеллект: 9 → 11]
[Выносливость: 8 → 9]
[Мана: 35/120 → 45/140 (текущая) / 140 (максимальная)]
[HP: 130/150 → 135/160 (текущий) / 160 (максимальный)]
[Доступно очков: 0]
Эффект был мгновенным. Холодная, текучая энергия внутри стала больше, плотнее, мощнее. Резервуар маны расширился, вмещая больше силы. И одновременно с этим тело налилось новой, свежей энергией — мышцы стали плотнее, кожа — толще, кости — крепче. Он чувствовал, как жизнь возвращается в него, как каждая клетка тела наполняется силой.
— Ты снова изменился, — сказала Лира, не оборачиваясь. — Я чувствую это. Твоя аура стала ярче. Ты вложил очки?
— Да, — Александр кивнул. — Два в интеллект, одно в выносливость. Мне нужно больше маны для новых заклинаний. И больше здоровья, чтобы не умереть от первого же удара.
— Разумно, — Лира наконец повернулась к нему. — Ты учишься. Раньше ты вкладывал всё в силу, как будто хотел стать вторым Ржавым. Теперь ты понимаешь, что твоя сила — не в мышцах. Она в голове. В твоей магии. В твоём умении слышать то, что не слышим мы.
— Я всё ещё учусь, — сказал Александр. — И мне ещё многому предстоит научиться. «Механическая Эмпатия» — это только начало. Я чувствую, что там, впереди, есть что-то ещё. Что-то, связанное с моим классом. С Техномантией. Я не знаю, что это. Но я узнаю.
Он замолчал, глядя на пламя костра. Потом перевёл взгляд на Свету — она сидела в углу кабины, перебирая свои алхимические припасы, и её лицо было сосредоточенным, задумчивым.
— Света, — позвал он. — Ты что-то нашла?
Она вздрогнула, словно он вырвал её из глубоких размышлений, и подняла голову.
— Да, — сказала она, протягивая ему сложенный в несколько раз лист бумаги. — Я нашла это в ящике под пультом управления. Старая карта-схема метро. Довоенная. Смотри.
Александр развернул лист. Это была карта — пожелтевшая, потрёпанная, с обтрёпанными краями, но всё ещё читаемая. Линии метро, станции, пересадки, депо, технические тоннели. Всё было отмечено аккуратным, почти чертёжным шрифтом. И в правом нижнем углу карты, там, где заканчивалась красная ветка и начиналась синяя, была приписка от руки: «Коллекторы. Очистные сооружения. Выход за город».
— Очистные сооружения, — прочитал Александр вслух. — Это там, за городом. Там, где, по моим ощущениям, находится «Тихая Гавань». Если мы пойдём по этому маршруту, мы выйдем прямо к ней.
— Если карта не врёт, — добавил Зандер, заглядывая через плечо Александра. — И если тоннели не обрушены. И если там не живут твари пострашнее Крикунов. И если...
— Зандер, — оборвала его Лира. — Хватит. Мы поняли. Риски есть. Всегда есть. Но это лучший маршрут, который у нас есть. Лучше, чем идти вслепую.
Она взяла карту, внимательно изучила её, потом кивнула.
— Завтра выступаем. Идём по красной ветке до «Площади Восстания», там переход на синюю, и по ней — до конечной. Если повезёт, через два дня будем на месте.
— А если не повезёт? — спросила Катерина тихо.
Лира посмотрела на неё, потом на Надежду, потом на Александра.
— Тогда мы будем сражаться, — сказала она. — Как всегда.
И в этот момент Александр почувствовал это.
Не звук. Не запах. Не вибрацию. Изменение в ритме. Тонкое, едва заметное, но отчётливое. Ритм Элизиума вокруг них начал меняться — становиться агрессивнее, напряжённее, с металлическим призвуком, который он уже научился распознавать. Приближались люди. Много людей. Вооружённые. Враждебные. И они были уже близко.
— Тихо! — прошептал он, вскакивая и сжимая «Резонатор». — Кто-то идёт. Много. Они в тоннеле, со стороны станции.
Все замерли. Лира обнажила меч. Зандер вскинул арбалет. Света схватилась за гранату. Катерина прижала к себе Надежду и забилась в самый дальний угол кабины. Костя, превозмогая боль, натянул тетиву лука.
Александр активировал Техновидение — на полную мощность, не экономя ману.
[Мана: 45/140 → 30/140]
Мир окрасился энергиями. И он увидел их. В тоннеле, метрах в пятидесяти от депо, двигалась группа — человек пятнадцать. Их ауры были красными, агрессивными, с металлическим отливом. «Скитальцы». И не просто патруль — хорошо вооружённый отряд. Он видел ауры автоматов, дробовиков, арбалетов. Видел несколько крупных, злых аур — элитные бойцы, уровни 8-10. И впереди, возглавляя отряд, шёл человек с огромной, пульсирующей тёмно-красным аурой. Сержант. Уровень 15. Командир «Скитальцев». Он был здесь. Лично.
И с ним были твари. Александр увидел их ауры — приглушённые, подавленные, но всё ещё хищные. Ищейки. Твари, прирученные «Скитальцами» для охоты на людей. Они шли на поводках, но их ноздри раздувались, втягивая запахи, а глаза горели голодным зелёным огнём.
Они шли по следу. По их следу.
Техновидение погасло. Александр открыл глаза и посмотрел на группу.
— «Скитальцы», — сказал он. — Пятнадцать человек. Сержант с ними. И ищейки. Они идут по нашему следу.
Повисла тишина. Тяжёлая, давящая, наполненная страхом.
— Откуда они узнали? — прошептал Зандер. — Мы же не оставляли следов! Мы шли тихо!
— Не знаю, — Александр покачал головой. — Может быть, они почувствовали взрыв на заправке. Может быть, у них есть свои способы отслеживать магию. Может быть, кто-то выдал нас. Сейчас это неважно. Важно то, что они здесь. И они найдут нас, если мы ничего не предпримем.