Юрий Драздов – Три метки (страница 4)

Лекс открыл канал связи. Хотелось знать, что происходит снаружи.

Шрам: В пятом секторе чисто. Цель ушла. Проверили цех, подвал — пусто. Следы ведут в дренажную систему.

Векс: Ушла в дренаж? Там же тупик. Все выходы перекрыты.

Рейзор: Может, он не знал? Забежал в панике, теперь сидит где-то в коллекторе и трясётся от страха.

Мантикора: Проверьте все выходы из дренажной системы в радиусе пяти километров. Он не мог уйти далеко.

Палач: Прекратите истерику. Это второй уровень. Даже если он спрятался, далеко не уйдёт. Найдите его к утру. Или я сам займусь этим, и тогда вы не получите ничего.

Шрам: Понял, Палач. Сделаем.

Рейзор: Кстати, о других целях. Троих уже взяли. Четвёртого загоняют в Т-8. Пятый где-то там же, но пока не нашли.

Векс: А остальные?

Рейзор: Разбрелись по трущобам. Ничего интересного. Обычная охота.

Лекс откинулся на стену и прикрыл глаза. Они ищут его. Охотники прочёсывают дренажную систему, не догадываясь, что он уже покинул её и находится в самом сердце их территории. Пока его план работал. Но сколько он продержится? Рано или поздно склад могут проверить. Нужно было найти более надёжное укрытие.

Он продолжал читать канал. Сообщения сыпались одно за другим, охотники координировались, обменивались информацией. В их переписке не было ни тени сомнения в правильности происходящего. Для них это была работа. Способ подняться выше. Естественный отбор в действии.

Шрам: Кстати, слышали новость? Палач взял пятисотую жертву в прошлом цикле.

Векс: Пять сотен? Это ж сколько уровней он поглотил?

Мантикора: Говорят, его реальный уровень уже за три сотни перевалил. И у него полный иммунитет к ментальным воздействиям.

Рейзор: Не только к ментальным. Я слышал, он и от физического урона почти неуязвим. Регенерация, усиленная броня, рефлексы на пределе человеческих возможностей.

Шрам: Идеальная машина для убийства. Вот к чему нужно стремиться.

Векс: Ага, стремись. Только до его уровня тебе ещё сотню жертв валить.

Шрам: Ничего, время есть. Циклы идут один за другим. Рано или поздно каждый получает шанс.

Лекс читал это, и его злость постепенно уступала место холодному, расчётливому спокойствию. Они не видели в нём человека. Он был просто цифрой. Двойкой, которую можно прибавить к своему счёту. Расходником.

Ну что ж. Он покажет им, что расходники тоже умеют кусаться.

Таймер показывал 21:34:52. Прошло почти три часа с момента активации метки. Лекс решил, что пора двигаться дальше. Оставаться на складе было опасно — утром сюда могли прийти за припасами. Он поднялся, осторожно выглянул в окно. На улице по-прежнему было тихо. Ночь в административном ядре проходила спокойно — его обитатели спали или занимались своими делами за закрытыми дверями.

Он вышел со склада и двинулся дальше вглубь административного ядра. У него не было чёткого плана. Только смутное понимание, что чем ближе к центру, тем меньше его будут искать. В центре жили топ-охотники. Элита. Те, кто поднялся выше сотого уровня. Кому придёт в голову, что меченый второго уровня осмелится забраться в их логово?

Он миновал несколько жилых корпусов, стараясь держаться в тени зданий. Пару раз ему приходилось замирать и вжиматься в стену, когда мимо проходили патрули — охранники с модифицированными телами, вооружённые до зубов. Но они не замечали его. Их сканеры, настроенные на поиск высокоуровневых угроз, игнорировали жалкий сигнал от метки второго уровня.

Лекс вышел к небольшому парку. Настоящему парку с деревьями, кустами, скамейками. Посередине парка стоял монумент — высокая стела из чёрного камня с высеченными на ней именами. Он подошёл ближе, чтобы прочитать надпись.

«Вечная память Первым. Тем, кто пал, чтобы другие могли подняться».

А ниже — сотни имён. Те, кто стали жертвами в первые дни после установления нынешнего порядка. Когда правила только формировались, когда каждый день приносил новые смерти, когда сильные пожирали слабых, выстраивая новую иерархию. Это был фундамент, на котором стоял нынешний Котлован.

Лекс провёл пальцем по холодному камню. Расходник. Его имя, возможно, тоже когда-нибудь появится на подобном монументе. Или нет. Может, его просто забудут, как забывают тысячи других. Это был естественный ход вещей. Никто не ставил его под сомнение. Никто не считал неправильным.

Внезапно сзади раздался шорох. Лекс резко обернулся, выхватывая пистолет.

Перед ним стояла девушка. Тёмные волосы собраны в небрежный хвост, на поясе — несколько кинжалов. Глаза — усталые, затравленные, но с огоньком решимости. Над её головой, как и над головой Лекса, пульсировал алый круг с таймером.

Вэйл. Девушка из очереди на регистрацию.

— Ты? — Лекс не опускал пистолета. — Что ты здесь делаешь?

— Прячусь, — ответила она просто. — Как и ты.

Они стояли друг напротив друга посреди ночного парка. Двое меченых. Двое изгоев. Алые круги над их головами пульсировали в унисон, словно два сердца, бьющихся в одном ритме.

— Как ты меня нашла? — спросил Лекс.

— Мой навык, — Вэйл коснулась пальцем виска. — Эмпатический резонанс. Я чувствую эмоции на расстоянии. Страх, злость, решимость. Твои эмоции... они особенные. Я почувствовала тебя ещё в дренажной системе. И пошла следом.

Лекс медленно опустил пистолет. Что-то в её взгляде подсказывало: она не враг. По крайней мере, пока.

— Ты рисковала, — сказал он. — Идти за мной через дренаж. Тебя могли заметить.

— Могли, — согласилась Вэйл. — Но не заметили. Я умею быть незаметной. Это единственное, что я умею. Мой навык не боевой. Он позволяет чувствовать эмоции, иногда — влиять на них. Но против оружия и модификаций он бесполезен.

— Тогда зачем ты пошла за мной?

Вэйл помолчала, словно обдумывая ответ.

— Потому что ты выжил, — наконец сказала она. — Я следила за каналом связи. Охотники потеряли тебя. Ты, второй уровень, сумел уйти от них. Это... необычно. Я подумала, что вместе у нас больше шансов.

Лекс смотрел на неё. Хрупкая девушка с усталыми глазами. Она была напугана — он видел это по тому, как подрагивали её пальцы, как она постоянно оглядывалась. Но в её взгляде было и что-то ещё. Та же холодная решимость, что и у него. Желание жить. Простое, яростное, всепоглощающее желание жить.

— Ладно, — сказал он. — Вместе так вместе. Но учти: если ты меня подставишь, я убью тебя раньше, чем это сделают охотники.

Вэйл усмехнулась.

— Договорились. Взаимно.

Они двинулись через парк, держась в тени деревьев. Вэйл шла быстро и уверенно, явно зная дорогу.

— Куда мы идём? — спросил Лекс.

— У меня есть убежище, — ответила она. — Недалеко отсюда. Старая квартира в жилом корпусе D-7. Она записана на подставное имя. Я подготовила её заранее, на случай, если стану меченой.

— Ты ждала этого?

— Каждый ждёт, — Вэйл пожала плечами. — Каждые двадцать четыре часа выбирают десять новых жертв. Рано или поздно выбор падает на каждого. Глупо не готовиться.

Они миновали несколько жилых корпусов и вышли к зданию с табличкой «D-7». Вэйл достала из кармана ключ-карту, провела по считывателю. Дверь открылась с тихим щелчком. Они вошли внутрь, поднялись по лестнице на четвёртый этаж. Квартира оказалась небольшой, но чистой и уютной — не чета контейнеру Лекса в трущобах. Одна комната, совмещённая с кухней, отдельный санузел, даже небольшой балкон, выходящий во внутренний двор.

Вэйл заперла дверь на все замки, задёрнула плотные шторы и включила устройство, стоявшее в углу. Оно издало тихий гул.

— Глушилка, — пояснила она в ответ на вопросительный взгляд Лекса. — Сбивает работу сканеров и камер наблюдения. В административном ядре камеры повсюду. Без глушилки нас бы уже засекли.

— Откуда у тебя всё это? — спросил Лекс, оглядываясь. — Квартира в административном ядре, глушилка, ключ-карта... Ты ведь девятый уровень. Такие, как мы, не должны иметь доступа к подобным вещам.

Вэйл пожала плечами.

— Девятый уровень — это не второй. У меня есть кое-какие возможности. Я торгую информацией. Эмпатический резонанс позволяет чувствовать, кто лжёт, а кто говорит правду, кто боится, а кто уверен. В мире, где информация стоит дороже еды, это ценный навык. Я накопила достаточно, чтобы подготовиться к худшему.

Лекс сел на стул и наконец позволил себе выдохнуть. Мышцы болели после долгого пути через дренажную систему. Ускоренный метаболизм требовал новых калорий. Вэйл, заметив его состояние, достала из шкафчика несколько банок с концентратами и протянула ему.

— Ешь. Тебе нужно поддерживать силы.

Лекс не заставил себя упрашивать. Он вскрыл банку и начал есть — быстро, жадно, почти не чувствуя вкуса. Серая масса исчезла в несколько глотков. Он взялся за вторую банку. Потом за третью. Вэйл смотрела на него с лёгким удивлением.

— Ускоренный обмен веществ, — пояснил он с набитым ртом. — Проклятие, а не навык.

— Понимаю, — кивнула она. — У каждого свои недостатки. Мой навык позволяет чувствовать эмоции, но я не могу его отключить. Знаешь, каково это — постоянно ощущать страх, боль, отчаяние всех вокруг? Каждую минуту, каждую секунду. Это сводит с ума.

Лекс посмотрел на неё. Теперь он лучше понимал затравленное выражение в её глазах. Она не просто боялась за себя. Она чувствовала страх всех меченых, всех жертв, всех, кто умирал в этом городе каждый день.

— Как ты справляешься? — спросил он.