Юрий Драздов – Нулевой континент (страница 29)

Арс прочитал сообщение. Потом повернулся к своим – шестнадцати уставшим, грязным, голодным людям, которые не убили ни одного человека за двадцать девять дней.

– Волна 2.0, – сказал он. – Пять тысяч новичков. Каждый из них увидит нас как красных боссов с черепами. Система сделает нас врагами. Но мы не враги. Мы – архитекторы. Мы построим Улей больше. Глубже. Умнее. И мы научим новичков тому, чему научились сами: не убивать. Строить.

– А если они не захотят учиться? – спросил Вепрь.

– Тогда они умрут, – ответил Арс. – Но не от наших рук. От рук системы. От рук других мясников. Или от собственной глупости. Мы не можем спасти всех. Мы можем только показать путь.

Он подошёл к стене с Нулевым принципом и добавил новую строчку:

«ДАЖЕ СМОТРИТЕЛЬ УШЁЛ, ПОТОМУ ЧТО НЕ СМОГ УНИЧТОЖИТЬ ТО, ЧТО СТРОИТСЯ БЕЗ НЕНАВИСТИ».

Глина засветилась. В убежище стало теплее.

– Теперь, – сказал Арс, – строим шестой уровень. У нас есть семьдесят два часа до прибытия пяти тысяч гостей. Успеем?

Дима, стоявший у новой схемы, поправил очки.

– Если будем работать круглосуточно – успеем.

– Тогда начинаем, – сказал Арс.

Он взял заострённую пластину и начал чертить.

А в яме на четвёртом уровне Гризли наконец поднял голову. Посмотрел на свет факелов, на глиняные стены, на надпись, которую оставил Арс. И тихо, впервые за много дней, сказал:

– Может быть, ты и прав. Может быть, есть другой путь.

Но Арс его уже не слышал. Он строил.

Глава 7. Косвенное убийство

1. Ноль в квадрате

После ухода Смотрителя зелёное небо стало другим. Нет, цвет не изменился – изменилось отношение. Раньше оно висело над головой как крышка люка, давящая и безысходная. Теперь в нём появилась… глубина. Будто система, признав в них не баг, а новую функцию, позволила себе немного расслабиться.

Арс не расслаблялся.

Он сидел в «Мозге» – дальней комнате пятого уровня, где хранились чертежи и свитки – и перебирал системные логи, которые Женя научилась перехватывать. Не уведомления, нет. Нечто более глубокое: сырой поток данных, который шёл фоном, когда система думала, что никто не смотрит.

– Ты уверена, что это не галлюцинация? – спросил он, не поднимая головы.

– На 87%, – ответила Женя. Сидела напротив, скрестив ноги, с закрытыми глазами. Она научилась «видеть» данные иначе – не как текст, а как структуру. – Остальные 13% – погрешность интерфейса. Но поток реальный. Система что-то скрывает.

– Что именно?

– Открой третий лог. За вчерашний день.

Арс коснулся глиняной стены – она засветилась, откликаясь на его прикосновение. Символы побежали по поверхности, складываясь в строки. Он нашёл нужный фрагмент:

[СОБЫТИЕ: СМЕРТЬ]

[ИГРОК: ВЛАД (РАНГ 11)]

[ПРИЧИНА: НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ]

[ЗАСЧИТАНО УБИЙСТВО: НЕТ]

[СКРЫТЫЙ ОПЫТ: +15 ЕД. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ: АРХИТЕКТОР (НУЛЕВОЙ РАНГ)]

– Влад мёртв? – Арс перечитал строку трижды. – Когда?

– Вчера, через шесть часов после того, как Смотритель ушёл, – Женя открыла глаза. – Он пытался добраться до северного берега. Там обрушилась скала. Случайность? Система говорит, что да. Но я не верю в случайности.

– Скрытый опыт, – медленно произнёс Арс. – +15 единиц. Мне. Хотя я не убивал Влада. Даже не знал, что он погиб.

– Система засчитала тебе опыт за его смерть, потому что ты создал условия, – сказала Женя. – Твои ловушки ранили его. Твоя психологическая атака лишила его концентрации. Твоё убежище заставило его искать другой путь – тот, который привёл к скале. Косвенное убийство, Арс. Система не засчитывает труп в рейтинг убийств – но даёт скрытый опыт.

Арс откинулся к стене. Глина пульсировала у спины – тёплая, живая, понимающая.

– Это меняет всё, – сказал он.

– В лучшую или худшую сторону?

– Ни в ту, ни в другую. Это просто факт. Как гравитация. Как трение. Как то, что вода течёт вниз. Система поощряет убийства явно – классами, рангами, телепортом в Город. Но она поощряет созидание скрыто. Опытом, который мы не видим, но который нас меняет.

– Ты чувствуешь изменения? – спросила Женя.

Арс прислушался к себе. Тело было уставшим – двадцать девять дней копки, беготни, расчётов. Но что-то внутри… изменилось. Он видел глину иначе. Не как материал – как интерфейс. Каждая стена, каждый потолок, каждый пол были не просто конструкцией – они были проводником. Если раньше ему нужно было приложить усилие, чтобы глина стала твёрдой или мягкой, то теперь достаточно было пожелать.

– Да, – сказал он. – Я чувствую. Глина слушается быстрее. И я вижу… линии. Не чертежи. Нечто другое. Словно мир состоит из слоёв, и я могу заглянуть на один слой глубже.

– Это и есть скрытый опыт, – сказала Женя. – Система не говорит о нём, потому что он противоречит главному правилу: «Убивай, чтобы стать сильным». Но он существует. Лазейка.

– Лазейка, – повторил Арс. – Мы искали способ обойти систему – а система сама дала нам ключ. Только спрятала его. Как подарок для самых внимательных.

Он встал, подошёл к стене, где был начертан Нулевой принцип. Провёл рукой по надписи.

– Если скрытый опыт начисляется за косвенные убийства – за смерть, которую мы не совершали, но к которой привели – значит, мы можем стать сильнее, не нарушая принципа.

– Ты говоришь о том, чтобы намеренно создавать ситуации, в которых убийцы убивают друг друга? – спросила Женя. – Мы это уже делали.

– Но теперь у нас есть метрика, – ответил Арс. – Раньше мы действовали вслепую. Теперь мы можем измерять результат. Опыт. Скрытую силу. Валюту, которую система не хочет нам показывать, но вынуждена начислять.

Он повернулся к ней.

– Нам нужно больше данных. Смерти. Не наши. Врагов. Тех, кто убивал и погиб из-за того, что мы построили.

– Ты хочешь превратить Улей в машину смерти? – Женя прищурилась. – Звучит как план мясника.

– Я хочу превратить Улей в машину правосудия, – поправил Арс. – Пусть убийцы убивают убийц. Пусть система поощряет их явно – классами, рангами, телепортами. А мы будем получать скрытый опыт. И станем сильнее. Чтобы однажды построить то, что система не сможет сломать.

– А если скрытый опыт изменит нас? – спросила Женя. – Если мы станем такими же, как они? Холодными, расчётливыми, готовыми жертвовать чужими жизнями ради цифр?

Арс помолчал. Потом сказал:

– Тогда мы вовремя это заметим и остановимся. Инженеры всегда калибруют инструменты. Если инструмент начинает работать против мастера – его переделывают или выбрасывают.

– А если переделать будет нельзя?

– Значит, мы умрём, но умрём, зная, что искали правильный путь, – ответил Арс. – Лёгких ответов нет, Женя. Есть только выбор. Я выбираю строить. Даже если строительство ведёт к косвенным смертям. Потому что прямое убийство – это тупик. А косвенное… может быть, это мост.

Он вышел из «Мозга» и поднялся на четвёртый уровень.

-–

2. Гризли выбирает

Гризли всё ещё сидел в углу, где Арс оставил его после ухода Смотрителя. Система не убила медведя, но и не дала сил двигаться – он был в подвешенном состоянии, как зверь в спячке. Глаза открыты, дыхание ровное, но тело не слушалось.

Арс присел рядом, поставил перед ним миску с водой и горстью растёртых ракушек.

– Система отключила тебя, – сказал он. – Ты для неё – отработанный материал. Сорок девять убийств, но нет пятидесятого. Ты застрял. Как программа, которая зависла.

– Знаю, – голос Гризли был хриплым, но спокойным. – Я чувствую. Как будто меня заморозили. Только голова работает.

– Я могу тебя разморозить, – сказал Арс. – Не системно – инженерно. Глина реагирует на тепло. Если я создам вокруг тебя термальный контур – тело проснётся. Но система может это заметить.

– Зачем тебе это? – Гризли повернул голову – медленно, с усилием. – Я пытался тебя убить.