Юрий Драздов – Нулевой континент (страница 30)
– Ты пытался, но не убил, – ответил Арс. – А теперь ты – информация. Ты знаешь систему лучше, чем кто-либо из нас. Ты прошёл путь от нуля до сорока девяти. Ты знаешь, как система даёт классы, как начисляет бонусы, как думают мясники. Ты – учебник.
– И ты хочешь меня читать? – Гризли усмехнулся. – Ну, читай. Я не против. Всё равно делать нечего.
– Я хочу, чтобы ты работал на нас, – сказал Арс. – Не как убийца. Как консультант. Ты будешь помогать нам предсказывать поведение других мясников. Их тактику, их слабые места, их психологию.
– А что я получу?
– Свободу, – ответил Арс. – Не сейчас. Но когда Волна 2.0 закончится – или когда мы построим достаточно, чтобы система не могла нас тронуть – ты уйдёшь. Куда захочешь. Хоть в Город, хоть в древние тоннели, хоть в море. Только без убийств.
Гризли молчал минуту. Две. Потом сказал:
– Ты странный. Ты предлагаешь сделку человеку, который хотел размазать тебя по стенке. И ты веришь, что я не предам?
– Я не верю, – ответил Арс. – Я строю системы, которые работают даже с ненадёжными элементами. Ты будешь не один. За тобой будут наблюдать. Твои перемещения будут ограничены. Если ты попытаешься убить – ловушки сработают быстрее, чем ты успеешь вдохнуть.
– Ты описал тюрьму, – сказал Гризли.
– Я описал мастерскую, – поправил Арс. – Инструмент не знает, что он инструмент. Пока мастер не покажет ему, на что он способен.
Он протянул руку. Гризли посмотрел на неё – грязную, в глине и царапинах. Потом поднял свою – тяжёлую, с кератиновыми когтями, которые уже начали рассасываться без системной подпитки.
– Ладно, – сказал он, пожимая руку. – Но если я увижу, что ты слаб – я убью тебя. Это не угроза. Это обещание.
– Принимается, – ответил Арс. – Только помни: слабый не строит убежище, которое выдерживает Смотрителя. А я построил.
Он поднялся и пошёл к выходу. Гризли остался сидеть, но в его глазах появилось то, чего не было раньше – интерес.
-–
3. Приключение в древних тоннелях (часть вторая)
Через два часа, когда зелёное небо начало темнеть, Арс собрал разведывательную группу. В неё вошли: Сергей-сапёр (ловушки, мины, подземные проходы), Дима-архитектор (карты, чертежи, пространственное мышление), Женя-программист (анализ данных, интерфейс) и, неожиданно, Гризли.
– Зачем ты берёшь его? – спросил Вепрь, когда они собирались у входа в древний тоннель. – Он же враг.
– Он – бывший враг, – поправил Арс. – А теперь – проводник. Гризли исследовал южные тоннели, когда собирал свою армию. Он знает то, чего не знаем мы.
– И ты ему веришь?
– Я верю в систему сдержек и противовесов, – ответил Арс. – Сергей будет идти первым, с миноискателем. Дима – вторым, с картой. Гризли – третьим, как тяжёлая поддержка. Я – четвёртым. Женя – пятой, замыкающей. Если Гризли попытается что-то сделать – Сергей активирует ловушку, которую мы установили у входа. Тоннель обрушится. Все пятеро погибнут. Включая нас. Так что Гризли заинтересован в том, чтобы мы выжили.
– Ты псих, – сказал Вепрь.
– Я инженер, – ответил Арс. – Инженеры строят системы, в которых все элементы взаимозависимы. Даже враждебные.
Они вошли в тоннель.
Стены древнего хода светились знакомым зелёным – символы, оставленные архитекторами прошлых циклов, пульсировали в такт их шагам. Гризли шёл молча, его массивная фигура занимала почти весь проход. Сергей, с импровизированным миноискателем (две пластины и катушка проволоки), водил им по стенам и полу, выискивая ловушки.
– Здесь были другие, – сказал Гризли неожиданно. – До нас. Не архитекторы – мясники. Они пытались прорыть ход к северу. Наткнулись на систему древних ловушек. Трое погибли. Остальные вернулись.
– Какие ловушки? – спросил Дима.
– Не знаю. Я не видел. Слышал только крики. И запах. Горелой плоти и озона.
– Электричество, – сказала Женя. – Древние использовали электрические ловушки. Более продвинутые, чем наши.
– Или более примитивные, – возразил Арс. – Электричество – это просто поток электронов. Если древние могли управлять глиной так же, как мы, они могли создавать проводящие контуры прямо в стенах. Без проводов, без катушек. Просто рисунок.
Он остановился, провёл рукой по стене. Символы засветились ярче – и Арс почувствовал слабый разряд. Не больно – скорее, щекотно.
– Вот, – сказал он. – Смотрите. Этот символ – не просто буква. Это схема. Замкнутый контур. Если его нарушить – разряд усилится.
– Как мы пройдём? – спросил Сергей.
– Не нарушая, – ответил Арс. – Мы не враги для этой системы. Мы – архитекторы. Глина узнаёт нас.
Он шагнул вперёд – прямо сквозь зону, где символы образовывали сложный узор. Разряд усилился на секунду, но потом стих. Глина будто узнала его.
– Проходите по моим следам, – сказал Арс. – Точно. Ни шага в сторону.
Они прошли. Гризли – последним. Его огромное тело едва помещалось в узком проходе, и он задел плечом стену. Символы вспыхнули красным – но тут же погасли. Глина приняла и его.
– Ты тоже архитектор? – спросил Дима удивлённо.
– Я мясник, – ответил Гризли. – Но глине всё равно. Она не различает. Она только помнит.
Они вышли в большой зал – тот самый, где Арс уже был однажды, с Вепрем. Три прохода: прямо, налево, направо. В центре – алтарь, чёрный, гладкий, с пульсирующей пустотой. Но на этот раз алтарь был не один. Вокруг него – четыре статуи. Те самые, без лиц, без глаз, без ртов. И на каждой статуе – надпись. Не символами – буквами.
Арс подошёл к ближайшей.
«Я – АННА, ЦИКЛ 4. Я ПОСТРОИЛА 47 ЛОВУШЕК. Я УБИЛА 0 ЛЮДЕЙ. Я УМЕРЛА ОТ РУК МЯСНИКА. НО МОИ ЧЕРТЕЖИ ОСТАЛИСЬ. ЕСЛИ ТЫ ЧИТАЕШЬ ЭТО – ПРОДОЛЖИ. НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ».
– Анна, – прочитал Арс вслух. – Цикл 4. Она была здесь. Строила. Погибла.
– Их много, – сказала Женя, обходя статуи. – Анна, Игорь, Лена, Борис. Все – архитекторы. Все – нулевые. Все – мертвы.
– Но их знания живы, – сказал Дима, указывая на стены. Там, на глиняных плитах, были вырезаны чертежи. Сотни чертежей. Более сложные, чем в свитке. Схемы многоуровневых ловушек, системы водоснабжения, вентиляции, даже что-то похожее на генератор.
– Это сокровище, – прошептал он. – Не золото. Знание.
– Забери всё, что сможешь, – сказал Арс. – У нас есть час. Потом возвращаемся. Гризли, ты с нами?
Гризли стоял у третьей статуи – Лены, цикл 11 – и читал надпись. Его лицо было странным – не злым, не агрессивным. Задумчивым.
– Она пишет: «Я ДУМАЛА, ЧТО СИЛА В УБИЙСТВАХ. НО Я ОШИБАЛАСЬ. СИЛА – В ЗНАНИЯХ. ЕСЛИ БЫ Я ЗНАЛА ТО, ЧТО ЗНАЮ СЕЙЧАС, Я БЫ НЕ УБИЛА НИКОГО. НО ПОЗДНО. Я УМИРАЮ. НЕ ПОВТОРЯЙТЕ МОИХ ОШИБОК». – Гризли замолчал. Потом сказал: – Она тоже убивала. Потом пожалела.
– Многие проходят этот путь, – сказал Арс. – От убийства к раскаянию. Вопрос не в том, как ты начал. Вопрос в том, как закончил.
Гризли повернулся к нему. В его глазах не было враждебности – только усталость.
– Может быть, ты и прав, – сказал он. – Может быть, есть другой путь. Но я не знаю, как по нему идти. Я умею только убивать.
– Научишься, – ответил Арс. – Глина научит. Глина не различает мясников и архитекторов. Она учит всех, кто готов строить.
Он протянул Гризли кусок пластика – острый, с ровным краем.
– Начни с малого. Вырежи на стене своё имя. Просто имя. Глина запомнит.
Гризли взял пластик. Посмотрел на него. Потом подошёл к свободному участку стены и начал вырезать. Медленно, неуклюже – его огромные пальцы с трудом удерживали тонкий инструмент. Но он вырезал.
«ГРИЗЛИ. ЦИКЛ 1. 49 УБИЙСТВ. НО Я ХОЧУ НАУЧИТЬСЯ СТРОИТЬ».
Глина засветилась – приняла надпись. И Гризли впервые за многие дни улыбнулся. Не зло, не хищно – грустно.
– Странное чувство, – сказал он. – Будто я что-то оставил после себя. Не трупы – след.
– Это и есть архитектура, – сказал Арс. – Оставлять следы, которые помогают другим. А не пугают их.
-–
4. Система не засчитывает труп
Они вернулись в убежище через три часа, нагруженные чертежами. Дима нёс глиняные плиты со схемами, Женя – расшифровки символов, Сергей – образцы древних ловушек. Гризли тащил на плече обломок статуи – тот, что с надписью Лены. Он сказал, что хочет поставить её в своей комнате, как напоминание.
– Комнаты у тебя нет, – сказал Арс. – Но мы построим. Шестой уровень – жилые отсеки. У каждого будет своё пространство.
– Зачем? – удивился Гризли. – Я привык спать под открытым небом.