Юрий Драздов – Нулевой континент (страница 20)

– Ты не спишь уже вторые сутки, – сказала Женя, садясь рядом. Она держала в руках свой журнал – обрывки ткани, исписанные углём и соком растений. – Система не требует бодрствования. Ты можешь отдохнуть.

– Система не требует, – согласился Арс. – Но Влад требует. Или тот, кто на первом месте. «Мясник» с двадцатью тремя убийствами. Он приближается.

– Откуда ты знаешь?

– Глина помнит, – Арс провёл рукой по стене. Она пульсировала – слабо, едва заметно, но он научился читать эти пульсации. – С юга. Движение. Много людей. Не меньше двадцати.

Женя помолчала. Потом сказала:

– Ты боишься?

– Нет, – ответил Арс. – Я считаю. Двадцать против двенадцати. У них – классы, оружие, системные бонусы. У нас – глина, чертежи и принцип. Шансы – три к одному не в нашу пользу.

– А если считать ловушки?

– С ловушками – пятьдесят на пятьдесят. Но только если они пойдут в лабиринт. А если они просто забросают нас камнями с края оврага? Если подожгут дюны и задымят нас? Если обрушат вход?

– Ты думаешь, они догадаются?

– «Мясник» – не Влад, – сказал Арс. – Влад – психопат, он действует на инстинктах. А «Мясник» – стратег. Он набрал двадцать три убийства не потому, что он сильнее всех. А потому, что он умнее. Он выбирает цели, которые не могут дать сдачи. Он атакует только тогда, когда уверен в победе.

– И он выбрал нас?

– Он выбрал всех, кто ещё жив, – ответил Арс. – Мы – последние нули на этом берегу. Все остальные либо убивают, либо мертвы. Мы – исключение. Исключения раздражают систему. А система, скорее всего, дала ему задание: уничтожить Нулевой оплот.

– Откуда такая уверенность?

Арс достал из кармана клочок бумаги – очередное системное уведомление, которое он перехватил ночью, когда Женя спала.

«Секретное задание для игрока "Мясник" (ранг 23): уничтожить убежище "Нулевой оплот". Награда: +10 к рангу, класс "Палач", доступ к уникальному оружию. Штраф за невыполнение: -50% к эффективности всех действий на 72 часа».

– Система хочет нашей смерти, – сказал Арс. – Не потому, что мы плохие. А потому, что мы – баг. Мы нашли способ выигрывать, не убивая. А для системы это – угроза.

– Значит, мы не просто выживаем, – медленно сказала Женя. – Мы – восстание.

– Мы – доказательство, – поправил Арс. – Доказательство того, что система не всесильна. Что её правила можно обойти. Что убийство – не единственный путь.

Он поднялся. Тело затекло от долгого сидения, но он не позволил себе ни стона, ни гримасы.

– Буди всех, – сказал он. – Сегодня мы не будем ждать у моря погоды. Сегодня мы сами пойдём на разведку. Посмотрим, что за зверь этот «Мясник».

-–

2. Скот и мясники: теория вопроса

Через час все двенадцать сидели в общей комнате. Дима уже начертил на стене новую схему – карту южного побережья, где по данным разведки (той, что успела собрать Вика до ухода) обосновался «Мясник».

– Его зовут Сергей, – сказал Арс, глядя на схему. – Не путать с нашим Сергеем. Однофамилец. Был военным, как и наш. Но не сапёром – пехотинцем. Уволился в запас, работал охранником в торговом центре. В первый же день убил троих. На второй – ещё пятерых. На третий получил класс «Мясник». Сейчас у него двадцать три убийства.

– Откуда ты это знаешь? – спросил Вепрь.

– Женя проанализировала системные сообщения, – ответил Арс. – Каждый раз, когда кто-то получает класс или достигает нового ранга, система рассылает уведомления. Не всем – только тем, кто входит в топ-10. Мы не входим. Но Женя научилась перехватывать эти сообщения. Она – программист, помните?

– Я не перехватываю, – поправила Женя. – Я анализирую паттерны. Система использует один и тот же протокол для всех уведомлений. Если я вижу сообщение «Игрок Х достиг ранга Y», я могу сопоставить его с предыдущими сообщениями и восстановить имя. Это не хакерство. Это статистика.

– И что говорит статистика? – спросил Лёха.

– «Мясник» – не единственный с классом, – сказала Женя. – У нас есть как минимум пять игроков с классами: «Мясник» (23 убийства), «Следопыт» (17 убийств), «Оружейник» (9 убийств), «Медик» (8 убийств) и «Инженер» (6 убийств). Влад, который к нам приходил, – он тоже «Мясник», но у него только 11 убийств, он на втором месте после главного «Мясника».

– Инженер? – переспросил Дима. – Есть класс «Инженер»? И у него всего 6 убийств?

– Чтобы получить класс, нужно 10 убийств, – сказал Арс. – Значит, этот «Инженер» убил не 6, а 10. Просто 4 из них – не засчитаны в рейтинг? Или рейтинг показывает только последние? Женя?

– Рейтинг показывает общее количество, – ответила она. – Но система скрывает имена игроков, кроме первых трёх. Я знаю, что есть «Инженер» с 6 убийствами, потому что он получил класс позже всех. Но его настоящее имя – неизвестно.

– И этот Инженер – потенциальный союзник, – сказал Арс. – Или враг. Человек, который убил 10 человек, чтобы получить класс «Инженер». Вопрос: он убивал, потому что хотел строить? Или он строит, потому что хочет убивать?

– Разница? – спросил Вепрь.

– Вся разница, – ответил Арс. – Если он убивал, чтобы строить – он наш. Потому что цель оправдывает средства? Нет. Но мы можем его понять. Если он строит, чтобы убивать – он враг. Потому что тогда его инженерия – просто другой способ насилия.

– Ты слишком много думаешь, – сказал Вепрь. – В этом мире есть только два типа людей: те, кто убивает, и те, кто ждёт, когда их убьют. Мы – третьи? Я не уверен.

– Мы – третьи, – твёрдо сказал Арс. – Мы – те, кто строит. И это делает нас опасными для системы. Потому что система держится на двух столпах: страхе и убийствах. Если мы уберём страх – система рухнет. Если мы докажем, что можно выжить без убийств – система потеряет смысл.

– Ты говоришь как революционер, – заметил Костя.

– Я говорю как инженер, – поправил Арс. – Революционер хочет разрушить систему. Инженер хочет построить новую. Разница в том, что новая система всегда лучше старой. Потому что она учитывает ошибки.

Он подошёл к стене, провёл рукой по глине.

– «Мясник» идёт сюда не потому, что он злой. Он идёт, потому что система сказала ему: «Убей – получи награду». Он – инструмент. Как нож, как топор, как ловушка. Инструмент не выбирает, кого убивать. Инструмент просто выполняет функцию.

– Тогда кто враг? – спросила Наташа.

– Система, – ответил Арс. – Всегда система. Она создала этот мир. Она дала классы. Она поощряет убийства. Она сделала людей мясниками, а других – скотом. Скот и мясники. Две роли в одной игре. Но мы – третья роль. Мы – архитекторы. Мы строим бойню, но не участвуем в ней.

Он замолчал, давая словам осесть.

– Сегодня мы идём на разведку, – сказал он. – Не все. Пятеро: я, Сергей, Вепрь, Женя и Дима. Остальные – заканчиваем третий уровень убежища. Лёха, ты за главного.

– Почему я? – удивился Лёха.

– Потому что ты медик, – сказал Арс. – Медики умеют сохранять спокойствие, когда вокруг хаос. А если кто-то из наших запаникует – ты сможешь привести его в чувство.

Лёха кивнул. Ему явно не нравилась ответственность, но он понимал – Арс прав.

– Через час выходим, – сказал Арс. – Подготовьтесь.

-–

3. Психология убийства: почему это легко

Пока остальные готовились, Арс нашёл время поговорить с Лёхой. Медик сидел в углу общей комнаты, перебирая свои «антисептики» – тряпки, пропитанные соком растений, которые он считал лекарственными.

– Ты что-то хотел спросить, – сказал Лёха, не поднимая головы.

– Да, – Арс сел напротив. – Ты медик. Ты изучал психологию. Объясни мне: почему люди убивают так легко? В первый же день – десятки трупов. Люди, которые в обычной жизни не могли бы муху обидеть, здесь режут друг друга как скот.

Лёха отложил тряпку, посмотрел на Арса.

– Ты хочешь понять врага?

– Я хочу понять, как его остановить.

Лёха помолчал. Потом заговорил – медленно, подбирая слова:

– Есть несколько факторов. Первый – анонимность. Здесь нет полиции, нет судов, нет наказания. Ты можешь убить – и никто не придёт за тобой. Это снимает внутренние барьеры.

– Но не для всех, – заметил Арс. – Мы же не убиваем.

– Потому что у нас есть альтернатива, – сказал Лёха. – У нас есть цель, принцип, группа. Мы не одни. А те, кто убивает в первые же часы – они обычно одиноки. Или быстро находят себе подобных.

– Второй фактор – система, – продолжил он. – Система даёт легитимацию. «Убей – получи класс». Это не просто разрешение – это поощрение. Человеку говорят: «Ты делаешь правильную вещь. Вот тебе награда». И мозг перестраивается. Убийство перестаёт быть табу. Становится работой. Квестом.

– Квестом, – повторил Арс. – Как в компьютерной игре.

– Именно, – кивнул Лёха. – В играх мы убиваем тысячи NPC и не чувствуем вины. Потому что это не люди. Это – пиксели. А здесь система создаёт эффект «нереальности». Зелёное небо, интерфейс, уведомления – всё это говорит мозгу: «Ты не на Земле. Здесь другие правила. Здесь можно».