Юрий Адаменко – Вирус Манделы. Книга 1. Остров сокровищ. Глава, которой не было (страница 2)

— Соусы, между прочим, получаются отличные. Особенно бешамель. В следующем месяце, может, возьму что-нибудь по итальянской кухне.

---

Дверь за Крупкиным закрылась, и в библиотеке снова стало тихо. Только дождь продолжал барабанить по стёклам, словно отсчитывал секунды уходящего дня. Ася постояла ещё немного у стойки, провожая взглядом мутный силуэт за окном. Крупкин переходил улицу, втянув голову в плечи и не глядя по сторонам, — и почему-то именно эта его манера двигаться, заставила Асю вновь ощутить лёгкий укол тревоги. Она передёрнула плечами, отгоняя ненужные мысли. В конце концов, формуляр заполнен, штраф оплачен. Работа есть работа.

Она вернулась к своему столу, взяла кружку с остывшим чаем и сделала глоток. Мята уже почти не чувствовалась, только горьковатое послевкусие. Надо бы заварить свежий. Она взглянула на термос — тот был пуст. Что ж, значит, придётся дожить до обеда на одной силе воли. Силы воли у Аси, впрочем, хватало. Библиотекари вообще народ выносливый, особенно если учесть, сколько килограммов книг они перетаскивают за день, даже не замечая этого.

Она встала и направилась к стеллажу, куда утром уже успела отнести несколько книг. Там, в глубине зала, у дальней стены, высились ряды с классической литературой.

Но когда Ася подошла к стеллажу, она замерла. Книги стояли ровным строем — бордовые, коричневые, золотистые корешки с тиснёными буквами. Здесь обитали Диккенс и Теккерей, Джейн Остин и Шарлотта Бронте, Вальтер Скотт и Фенимор Купер. Солидная компания, проверенная временем. И где-то среди них, между «Айвенго» и «Квентин Дорвардом», должен был стоять Роберт Льюис Стивенсон. Но его там не было.

Ася нахмурилась и провела пальцем по корешкам. Туда-сюда, медленно, вглядываясь в каждую фамилию. Скотт, Скотт, Смоллетт (нет, не капитан, а Тобайас, писатель), Стерн Стивенсон отсутствовал.

— Так, — сказала Ася вслух. — Этого не может быть.

Она точно помнила, что перед уходом в прошлую пятницу все книги стояли на местах. Она сама расставляла их, проверяла по каталогу, вытирала пыль. Она могла забыть, выключила ли утюг дома, но расположение книг помнила с точностью до миллиметра. Это была её территория, её система, её маленькая вселенная, в которой царил порядок.

И вот — порядка не было. Ася развернулась и обвела взглядом зал. Может, кто-то из читателей переставил? Такое случалось. Задумчивый посетитель брал книгу с полки, листал, а потом ставил обратно в первое попавшееся место. Ася обычно находила такие «заблудившиеся» экземпляры за пару минут. Опытный глаз библиотекаря выхватывал чужеродный корешок мгновенно, как дирижёр выхватывает фальшивую ноту.

Она медленно пошла вдоль стеллажей, сканируя взглядом ряды. Русская классика — всё на месте. Фантастика — в порядке. Детективы — на своих полках. Дамские романы — яркие обложки с неизменными красавицами в исторических нарядах, которые смотрели вдаль с выражением томной загадочности. Ася скользнула по ним взглядом и уже собиралась идти дальше, как вдруг остановилась.

Между «Гордостью и предубеждением» и «Джейн Эйр» торчал потрёпанный зелёный корешок. «Остров сокровищ» стоял, зажатый между двумя любовными романами, как пират, случайно забредший на бал.

— Ну конечно, — пробормотала Ася, вытаскивая книгу. — Приключения путают с любовными историями. Вечно у нас так.

Она покачала головой и взглянула на обложку. Кто-то вытащил книгу, полистал, а потом засунул куда попало. Обычное дело, право слово. Но всё равно обидно: Стивенсон не заслужил соседства с герцогинями и гувернантками. Ему бы на волю, под паруса, к солёному ветру и картам сокровищ.

Ася машинально открыла книгу. Просто так, без всякой задней мысли. Открыла ровно на середине, там, где начиналась её любимая глава. «Что я услышал, сидя в бочке из-под яблок» — название, знакомое до последней буквы. Она прочитала его и улыбнулась: сколько раз она повторяла про себя эти слова? В детстве эта глава казалась ей самой захватывающей. Джим в бочке, пираты рядом, опасность дышит в затылок. Сердце колотилось всякий раз.

Она пробежала глазами по строчкам — просто так, чтобы ещё раз ощутить вкус текста. Первый абзац: описание трюма, бочки с яблоками, мерное покачивание корабля. Всё как обычно. Второй абзац: Джим забирается в бочку, чтобы достать яблоко, и вдруг слышит голоса

Ася перевернула страницу. Потом ещё одну. И вдруг её улыбка погасла. Она перечитала текст ещё раз, медленнее. Строчки были те же, но смысл ускользал, как вода сквозь пальцы. Джим, вместо того чтобы замереть в бочке и слушать, вдруг устраивается поудобнее, зевает и засыпает. Просто засыпает. А пираты спокойно обсуждают план захвата корабля. Никто им не мешает. Никто их не слышит.

Ася оторвалась от книги и посмотрела на обложку, словно хотела убедиться, что это действительно Стивенсон. Зелёный переплёт, потёртый уголок, печать библиотеки 1960-х годов, всё то же самое. Она открыла титульный лист: «Роберт Льюис Стивенсон. Остров сокровищ. Роман. Перевод с английского». Год издания — 1956-й. Издательство «Детская литература». Вроде бы стандартный экземпляр, один из многих.

Тогда почему текст не совпадает?

Ася заставила себя читать дальше. Чем больше она погружалась в эту странную версию, тем сильнее росло в ней чувство, похожее на то, что испытываешь, когда в знакомой комнате вдруг не находишь привычного предмета. Вот здесь, в этом абзаце, Джим должен был в ужасе замереть, услышав голос Сильвера. А он спит. Вот здесь он должен был понять, кто именно замышляет мятеж. А он видит сны. В книге даже описано, какие именно. Ему снится мать, которая печёт пирог с патокой. Это было бы трогательно, если бы не было так жутко.

Потому что дальше следовало описание мятежа. Люди Сильвера захватывают корабль за считаные минуты. Капитан Смоллетт убит — пуля в грудь, и он падает за борт. Сквайр Трелони убит — его закалывают кортиком прямо на капитанском мостике. Доктор Ливси взят в плен, но позже умирает от ран. Команда частью перебита, частью присоединяется к пиратам. А Джим Хокинс просыпается в трюме со связанными руками и ногами и слышит, как наверху празднуют победу.

Ася закрыла книгу. Руки у неё слегка дрожали. Она постояла так несколько секунд, глядя в пространство. За окном шуршал дождь. В библиотеке было тихо, тепло и уютно. Но ощущение было такое, словно кто-то открыл дверь в зимнюю стужу и холод скользнул по позвоночнику.

— Этого не может быть, — сказала она вслух. И сама услышала, как глупо и неубедительно это прозвучало.

Она вернулась к столу и положила книгу перед собой. Потом подошла к шкафу, где хранился библиотечный каталог. Нашла карточку «Острова сокровищ»: издание 1956 года, инвентарный номер, дата поступления в фонд. Всё сходилось. Книга была подлинной. По крайней мере, по документам.

Ася достала мобильный телефон и быстро вбила в поиск: «Остров сокровищ глава 11 текст». На экране высветились ссылки. Она открыла первую попавшуюся, пробежала глазами. Текст был другим — таким, который она знала наизусть. Джим подслушал разговор. Джим предупредил капитана. Джим спас положение. Никакого сна, никакого пирога с патокой, никакой кровавой бани.

— Хорошо, — сказала Ася. — Хорошо.

Она вернулась к зелёному томику и снова открыла его. Может быть, это просто дефект издания? Типографская ошибка? Она слышала о таких случаях: иногда в типографии путали страницы, вклеивали фрагменты из других книг. Редко, но бывает. Однако здесь текст был цельным, без швов. Страницы шли одна за другой, нумерация не сбивалась. Это был не брак. Это была другая версия.

И тут Ася вспомнила. Утром, когда она просматривала формуляры, ей попался странный должник — четвёртый по счёту, карточка без фамилии. Тогда она не придала этому значения. Но сейчас эта мысль почему-то вернулась. Словно какая-то часть её сознания пыталась связать одно с другим: странный формуляр, странная книга, странное ощущение, которое висело в воздухе весь день.

Она открыла ящик стола и вытащила формуляр. Да, вот он: карточка, на которой кто-то стёр фамилию. Ася повертела её в пальцах. Бумага была чуть шероховатой в том месте, где потёрли ластиком. Она поднесла карточку к свету, пытаясь разобрать следы букв. Кажется, фамилия начиналась на «М» или на «Ш». А может, на «В». Разобрать не удавалось.

— Ладно, — сказала Ася и отложила карточку. — Разберёмся позже.

---

День клонился к вечеру. Дождь за окном почти перестал, лишь редкие капли срывались с водосточной трубы и разбивались о подоконник с тихим, почти музыкальным звуком. В библиотеке горели лампы, заливая читальный зал тёплым жёлтым светом, который придавал даже самым затрёпанным корешкам благородный оттенок. Пахло книгами, чуть-чуть сыростью из подвала и едва уловимым лимонным ароматом чистящего средства, которым Ася сегодня протёрла столы. Обычный вечер. Обычная библиотека. Но внутри у Аси всё дрожало, словно кто-то натянул струну и не отпускал.

Она выждала, пока уйдёт последний посетитель. Тихая женщина в берете, бравшая дамские романы пачками, словно закупалась впрок. И только после этого позволила себе выдохнуть и открыть ящик стола. Зелёный томик лежал там, где она его оставила, никуда не делся, не растворился в воздухе, не превратился в учебник по сопромату. Он был реален. Материален. И от него по-прежнему веяло чем-то неправильным.