Юрий Адаменко – Хроноинквизиция 2. Эхо (страница 1)
Юрий Адаменко
Хроноинквизиция 2. Эхо
1
1
Капсула «Ворона» приземлилась в боевом секторе с таким грохотом, будто с неба свалился подбитый бомбардировщик. Техники, дежурившие в зале, шарахнулись в стороны, кто-то выругался, кто-то схватился за оружие, но Петрович, старый оружейник, только покачал головой и потянулся за монтировкой.
— Опять эти голубчики, — проворчал он, открывая люк. — Всю технику мне угробят к чёртовой матери.
Люк откинулся с шипением, и из капсулы вывалился Корвус.
Вывалился — это было точное слово. Старый инквизитор выбрался наружу, опираясь на протез, который гудел на пределе и, кажется, слегка дымился. Лицо его было серым, под глазами залегли такие тени, что можно было изучать астрономию, а на щеке темнела свежая ссадина.
— Живой? — спросил Петрович, протягивая руку.
— Вроде, — буркнул Корвус, отмахиваясь. — А ты чего такой встрепанный? Думал, не вернёмся?
— Думал, — честно признался Петрович. — Там такое творилось, пока вас не было... Но вы давайте, рассказывайте, как слетали.
Корвус не ответил. Он отошёл от капсулы, огляделся, будто проверяя, всё ли на месте, и только потом повернулся к люку, из которого выбирался Матвей.
Матвей вылезал медленно. Каждое движение давалось с трудом — после лунной гравитации тело казалось чужим, налитым свинцом. Он спрыгнул на бетонный пол, пошатнулся, ухватился за край капсулы, чтобы не упасть. Петрович подхватил его под локоть.
— Тяжело, парень?
— Нормально, — выдавил Матвей. — Привыкнуть надо.
— К такому не привыкают, — проворчал Петрович. — Идите, отдохните. Я тут всё приведу в порядок.
Корвус уже шагал к выходу из боевого сектора, не оглядываясь. Матвей двинулся следом, чувствуя, как каждый шаг отдаётся болью в мышцах. Лунная гравитация в шесть раз меньше земной, и после неё всё тело ломило, будто его выжали через пресс. Он вспомнил, как они шли по лунной пыли — медленно, прыгающими шагами, как аккуратно обходили кратеры и как вдалеке мерцали огни базы. Базы, которая оказалась пустой.
В раздевалке было тихо и пусто. Свет ламп мигал, создавая нервную атмосферу, но Матвей уже привык к этому полумраку. Он стянул скафандр — тяжёлый и громоздкий — и повертел его в руках. Скафандр был контрабандным, взятым у барыги с Чёрного рынка. На учёте он не числился, и если бы их поймали, это было бы дополнительной статьёй. Но их не поймали. Вернее, их поймали, но не там.
Матвей снял рубашку, и в зеркале, висевшем на стене, увидел своё отражение. Синяки. Новые синяки расползались по груди и плечам багровыми кляксами — там, где он ударился о поручни в лунном модуле, когда база начала дрожать. Ничего серьёзного, но неприятно. Он провёл пальцами по самому большому, на левом предплечье, и поморщился.
Вспомнилось, как они вошли в главный купол. Двери поддались с трудом — герметизация сработала на совесть даже спустя двадцать лет после закрытия колонии. Внутри было темно и тихо, только гул вентиляции, которая почему-то работала. Корвус шёл впереди, подсвечивая протезом, Матвей прикрывал тылы. Они прошли через шлюз, через складские помещения, через жилой блок — и везде было пусто. Совсем пусто. Ни людей, ни контрабандистов, никого. Только следы недавнего пребывания: пустые контейнеры из-под припасов, остывшие койки, ещё тёплые приборы. Кто-то был здесь совсем недавно, может быть, за час до их прилёта. И этот кто-то ушёл. Снова ушёл.
Матвей сжал кулак. Синяк на предплечье отозвался тупой болью, но он не обратил внимания. В голове крутилась одна мысль: где они? Где его родители, которых они надеялись найти? Где ответы, которые должны были ждать на этой базе? Всё было пусто. Кто-то всегда был на шаг впереди. Кто-то знал, куда они идут, и успевал замести следы.
— Долго ещё будешь в зеркало пялиться? — раздался из коридора голос Корвуса. — Иди, отчёт писать надо. Пока начальство не явилось.
Матвей натянул чистую рубашку, застегнул пуговицы, пригладил волосы. В зеркале отражался парень с серыми глазами, такими же, как у отца на фотографии. Такими же, как у того монстра, который на секунду стал человеком. Матвей отвернулся и вышел в коридор.
Корвус ждал у двери, прислонившись к стене. Протез он уже снял, положил на скамью в раздевалке, и теперь левый рукав куртки болтался пустым, пристёгнутый булавкой. Без протеза он казался старше, уязвимее, но в глазах горел всё тот же огонь — усталый, циничный, но живой.
— Живой? — спросил Корвус, глядя на него.
— Живой, — ответил Матвей. — Вы как?
— Кости целы, — Корвус пожал плечами. — Протез перегрелся, но Петрович починит. Пойдём.
Они зашагали по коридору к кабинету Корвуса. Вокруг сновали люди. Кто-то тащил ящики с документами, кто-то проверял графики, кто-то просто курил у окна, поглядывая на рассвет. Обычная жизнь Инквизиции, которая не останавливалась ни на минуту, пока они ползали по лунным тоннелям.
Матвей думал о том, что они нашли там. Ничего. Абсолютно ничего. Только координаты следующей цели, которые Корвус нашёл в старом компьютере, пока база дрожала и грозила обрушиться.
— Не кисни, — сказал Корвус, словно прочитав его мысли. — Мы живы. Это главное.
— Мы снова упустили его, — тихо ответил Матвей.
— Упустили, — согласился Корвус. — Но теперь у нас есть ниточка. Координаты, которые он забыл стереть. Или не забыл. Может, это ловушка. Может, нет. Но это лучше, чем ничего.
Они подошли к двери кабинета. Корвус толкнул её, и они вошли в привычный беспорядок: горы бумаг, стопки дел, бутылки на полках. Всё было на своих местах, будто их не было на Луне, будто ничего не случилось.
---
Даже стул с пружинами стоял на своём обычном месте, ожидая очередную жертву. Матвей опустился на него, чувствуя, как знакомые пружины впиваются в мягкое место, и на секунду закрыл глаза. Хотелось спать. Спать сутки, а лучше двое. Но Корвус уже пододвинул к себе чистый лист, макнул перо в чернильницу и приготовился писать.
— Диктуйте, — сказал Матвей, доставая свой блокнот.
Корвус усмехнулся, глядя на потрёпанную тетрадь, которую Матвей носил с собой ещё с первого курса Академии.
— Всё записываешь?
— Привычка, — пожал плечами Матвей. — Систематизирую.
— Систематизатор, — проворчал Корвус. — Ладно. Пиши.
Он откинулся на спинку кресла, почесал подбородок здоровой рукой, обдумывая формулировки.
— «Оперативная сводка по заданию № 248-Л, — начал Корвус. — Место и время: Луна, 2500 год, заброшенная колония «Нью-Транквилити». Цель: проверка информации о наличии базы Чёрного рынка».
Матвей быстро записывал, стараясь не отставать. Буквы ложились на бумагу мелкие и ровные — привычка, выработанная за годы учёбы.
— «Результат: при обследовании колонии следов деятельности Чёрного рынка не обнаружено. База заброшена, предположительно, несколько лет назад. Улики: старые записи, не представляющие оперативной ценности».
Матвей поднял голову. Корвус смотрел на него, прищурившись.
— Что? — спросил Матвей.
— Ничего. Пиши дальше.
— «Контрабандисты, предположительно, покинули базу за несколько дней до прибытия оперативной группы. Установить их местонахождение не удалось».
Матвей дописал строчку и замер. Там, на Луне, они нашли не только пустые залы и остывшие приборы. Они нашли старый компьютер, который Корвус успел расколоть за несколько минут до того, как база начала рушиться. И в этом компьютере были записи. Записи о родителях. О том, что их превратили в Хронофагов. О том, что они всё ещё живы, если это можно назвать жизнью.
Но в рапорте об этом не было ни слова.
— «При выполнении задания, — продолжал Корвус, — оперативная группа столкнулась с техническими неполадками, вызванными деградацией инфраструктуры колонии. Эвакуация произведена в штатном режиме. Потери личного состава: нет».
Он замолчал, перечитал написанное, удовлетворённо кивнул.
— Всё. Подписывай.
Матвей взял рапорт, пробежал глазами по строчкам. Коротко, сухо, без деталей. Идеальный отчёт для начальства, которое не любит лишней информации.
— Вы ничего не написали про Куратора, — сказал он. — Про то, что он был там.
— Не был, — возразил Корвус. — Мы его не видели. Только следы.
— А про записи? Про моих...
— Замолчи, — оборвал Корвус. — Ты что, хочешь, чтобы начальство узнало, что твои родители — Хронофаги? Что Совет Хроносов существует на самом деле? Что Куратор на шаг впереди нас? — Он покачал головой. — Не нужно им этого знать. Пока.
Матвей сжал зубы. Он вспомнил, как они нашли тот компьютер. Он стоял в пыльном углу, на нём ещё горел экран, будто кто-то выключил его за минуту до их прихода. Корвус копался в файлах, пока база вздрагивала от подземных толчков. А потом он побелел. И сказал: «Твои родители живы. Но они уже не люди».
Матвей тогда не понял. А теперь понял. Понял, что Совет Хроносов не убивает тех, кто им мешает. Они превращают их. В оружие. В тени, которые бродят по времени и убивают по приказу.
— Нам нужно было сказать, — тихо сказал он. — Хотя бы Хранителю.
— Хранителю? — Корвус усмехнулся. — А ты уверен, что Хранитель не знает? Что он сам не часть этого?
Матвей поднял голову. В глазах Корвуса горел холодный огонь.
— Думаете, он с ними?
— Не знаю, — честно ответил Корвус. — Но я никому не доверяю. Кроме тебя. И себя. Пока.
Он взял рапорт, сложил его, сунул в конверт, поставил печать.