Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 51)

Хис сам вышел к ней, как только почувствовал её присутствие.

— Дариет, почему ты не спишь?

— Я хотела увидеть тебя.

— Увидеть меня? Сейчас? — искреннее удивление отразилось на бледном лице вампира.

Дариет почувствовала, что обычным разговором не усыпить его бдительность. А если она даст то, чего он ждёт? Девушка шагнула ближе к нему, её руки легли на воротник его плаща, а взгляд упал на белоснежное жабо.

— Мне всё равно не уснуть, как бы я ни старалась. Мысли донимают меня, душа не на месте.

— Тебе холодно? — он накрыл своими ладонями её руки, но его холод считался абсолютно нормальным, её же ледяные руки свидетельствовали о том, что она мёрзнет. — О чём же твои мысли?

— Обо всём. О тебе… Я снова и снова прокручиваю в голове наш танец. Он был прекрасен. Я всё думала, померещилось мне или я и в самом деле танцевала с тобой. В тот момент я была словно в забытье, не в этом замке, не в этом мире… я растворилась в твоих глазах.

Её пальцы легко коснулись его стального цвета волос, Хис не отпрянул. Всё происходящее теперь и ему казалось сном. Он смотрел на неё, пытаясь понять, действительно ли она говорит то, что чувствует, но не уловил фальши. Дариет заметила сомнения Хиса и прильнула к нему теснее.

— С той минуты, как ты отпустил меня, я неустанно ждала новой встречи. Однако ты не пришёл, и вот… я сама тебя нашла.

Губы Хиса приоткрылись, когда Дариет приблизила к нему своё лицо. Дариет не боялась смотреть вампиру в глаза, хотя с детства знала, что таким способом они получают над девушкой полный контроль, могут заставить обнажить шею.

Сегодня он не захочет её крови, Дариет чувствовала. Их только-только начинало притягивать друг к другу. Маленькая искорка зарождалась где-то внутри. Дариет встала на цыпочки, потянула шею и поцеловала вампира в губы. Сама не веря в происходящее, она чуть-чуть усилила поцелуй, и Хис ответил. Руки парня скользнули по корсету за спину, Дариет положила свои руки ему на плечи и вдруг со страхом осознала, что не хочет его отпускать.

В эту минуту образ Суну совершенно стёрся из её памяти. Сердце больше не тосковало.

Хис осторожно отстранился и погладил девушку по волосам. Его глаза излучали не присущий вампирам свет и открыто говорили: «Сегодня ты сделала меня счастливым».

— Я знаю, кому принадлежит твоё сердце и…

— Нет, — Дариет замотала головой. — Нет, больше нет. Это в прошлом.

Хис аккуратно сдвинул прядь волос и отогнул воротничок. Два шрама от укуса напоминали о себе белыми пятнами.

— Суну не плохой, он… не виноват, — произнесла она. — Однако нас больше ничего не связывает. Он ушёл, бросил меня. А теперь, когда вернулся, равнодушен. Я всё понимаю, Хис, я же не глупая.

— Надеюсь, я не стал препятствием.

«Стал», — подумала она, но вслух не произнесла.

— Будущее предопределено, не так ли? И не имит вершит это будущее, он лишь подсказывает. Для нас судьба давно прописана. Всё происходит по системе, что создала природа. Ты — вампир Окта. Твоя мать была ведьмой, а отец могучим правителем. Моя мать тоже была ведьмой, как поговаривают, а отец не человек. Я в любой момент могу умереть и родиться… как Ойли. Мы пройдём этот путь рука об руку, как должно быть.

Они взялись за руки. Хис изучал лицо Дариет взглядом, снова намереваясь её поцеловать. Но тут подул лёгкий ветерок. Это дух Ксандрии давал добро.

— Настоящая любовь не приходит мгновенно, — прошептал Хис больше самому себе, чем Дариет. — Её надо взращивать так же, как Лилит взращивает свои цветы. Ты ведь тоже так думаешь?

— Да. В этом есть смысл.

Новый поцелуй придал обоим сил, после чего Дариет сообщила, что лишённая сна она чувствует слабость. Хис проводил её до комнаты и снова поцеловал, нежно и сладко. Тепло её крови манило, но он не мог лишить её ещё больше сил.

— Завтра будет прекрасная ночь, Хис. За день я выспалась, и мы сможем провести ночь вместе.

— Обещаю, ты не замечаешь, — захлебывался счастьем Хис.

Светало. Хис тоже решил, что днём ему лучше отдохнуть. День обещал быть солнечным. Весна в Эгле слишком светлая для вампиров, поэтому они прятались. Начинался мёртвый сезон, но кому-то это только на руку.

Дариет выждала время. Городские часы в Эгле отбили восемь. Солнце поднялось достаточно высоко. Лилит и Урса только начнут собираться на рынок, и сегодня с ними отправится Суну — самый стойкий к солнечным лучам вампир.

Замок затих.

Дариет переоделась. Она извлекла из сундука самоё удобное платье. Надела кулон, который дал ей Хью, и спустилась на кухню. Слуги готовили завтрак для сестёр и не обращали ни на кого внимания. Дариет осторожно проскользнула в крошечный коридор и двинулась к приоткрытым дверям. Может быть, главные двери замка крепко заперты, но со стороны кухни всегда был открытый выход.

Дариет проскользнула в него и осталась незамеченной. Кулон превосходно работал. Вампиры не чувствовали человеческого запаха.

Вампиры — нет. Но Лилит, которая складывала в повозку растения, заприметила Дариет и догнала её. Испугавшись, Дариет спряталась за каменную стену и дёрнула Лилит к себе.

— Позволь мне уйти. И не говори Суну.

— Но куда ты?

— Я верну имит. У меня есть план. Я знаю как.

— С ума сошла??? — зашипела Лилит.

— Прошу, уходи. Суну тебя здесь быстро найдет, а я меня нет. Лилит, доверься мне.

— Я потеряла мать, отца, старшую сестру. Теперь лишится тебя? Ты издеваешься?

— Лилит, я вернусь. Всё будет хорошо.

— Не верю тебе.

— Пусти, — Дариет попыталась обойти сестру, но та схватила её за запястье. Дариет не могла более задерживаться, пришлось поступить не лучшим образом. Она толкнула Лилит, и та, ахнув, упала на заднее место. — Не останавливай меня. Больше шанса не будет. Я ради вас всех стараюсь.

С этими словами Дариет скрылась в лесу.

Лилит поднялась и отряхнула руки. Урса нашла её.

— Вот ты где. Упала, что ли?

— Э… — Лилит огляделась и увидела на стене торчащий цветок. — Хотела сорвать. Красивый, правда? Но не дотянулась и упала.

— Тебе цветов мало? Идём, Суну ждёт.

Опять кровяка содержала алкоголь. Биннат поплевался. Девчонка из Эгле, работала в увеселительном баре. Прождав Рикки весь день и всю ночь, Биннат заскучал и решил поразвлечься. Девица слишком много выпила, вкус крови кисловатый, да и сама она непонятно что ещё потребляла.

«Больше ни за что не сунусь в бар Эгле», — подумал он, выходя на улицу перед рассветом.

Рикки появился неожиданно, но не остановился.

— Следуй за мной. Скоро рассвет, солнце встанет.

— Дерьмо! Ты не мог чуть раньше прийти?

— Не мог.

Они прошли по лабиринтам улиц, затем Рикки привёл Бинната на заброшенный склад. Внутри было темно, но воняло, как из канализационной ямы.

— Ты в курсе, что у нас в подземелье Микис?

— Хм. Неужто хочешь на камень его обменять?

— Нет. Я его слегка покромсал. Вряд ли вам он теперь нужен будет.

— Ого. Когда ты говоришь «покромсал»…

— Вырезал на его груди кинжалом его же знак самопожертвования, как он это делал с людьми в Эгле. У всех разный подход к наказанию, согласен? Хис хочет сослать его в Акалею, но это снисхождение.

— Решил вершить свой собственный суд? Высшие власти в Акалее спросят, откуда у Микиса этот знак.

Рикки усмехнулся.

— Микис извращенец. Понимаешь? Символ самопожертвования он сделал своей рукой.

Взгляд Бинната застыл на смеющимся Рикки.

— А с тобой опасно связываться.

— Да. Ты только сейчас это понял?