Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 50)

Рикки терпеливо слушал ноющего Вилла, затем попросил описать нападающего вампира. Внешность без изюминки, стандартное описание: бледный, слишком длинные пальцы, жуткие клыки, красные глаза, на нём был плащ с капюшоном. И только атрибут одежды натолкнул Рикки на мысль, что это Микис, ибо пойманный Суну бладпортовский вампир носил плащ с капюшоном.

Оплатив покупки, Рикки хотел уйти, но внутренний голос напомнил, что Ксандрия не ушла бы, не защитив этого человека. Ойли находится в замке Окта, и Вилл пока об этом не знает. Рикки не мог допустить, чтобы Вилла убили раньше, чем он увидит свою дочь.

Вилл со страхом и непониманием наблюдал за тем, как вампир поставил пакет, выпрямился и закрыл глаза. Ксандрия не глупа, она научила младшего сына ставить защиту. Раньше Рикки не пользовался заклинанием, он впервые читал его и не имел понятия, сработает ли оно. Закончив, он посмотрел на лавочника.

— Отныне сюда могут войти только люди. Ты под защитой. Но если сам пригласишь вампира, он сможет войти. Будь осторожен.

Рикки ушёл, так и не услышав благодарности лавочника Вилла. Его ждали другие дела. Сначала накормит Танаку, а затем навестит Микиса в подземелье замка Окта.

Сегодня необычный вечер, значит, всё должно происходить не так, как всегда, и Дариет, надев подаренное Хисом платье, спустилась в большой зал. Настроение девушки было прекрасным. Она чувствовала себя удовлетворённой: наконец-то она смогла сделать первый шаг к своей цели. Дариет нисколько не боялась Хью, как не боялась идти с ним в замок Бладпорт. Хью обещал не причинить ей зла, и почему-то Дариет склонна была верить ему. Возможно, она узнает больше об отце. Где-то на севере живёт её мать, и Дариет хотела найти её, найти и задать главный вопрос — почему.

Душа девушки пела, она чувствовала себя красивой. А когда звуки скрипки заполнили огромный зал, Дариет захотела стоять на месте и слушать, слушать, слушать.

Она не сразу заметила Хиса в глубине зала, а когда увидела его, осмелилась подойти. Она робко улыбнулась и присела в легком реверансе.

Хис выглядел умиротворённым.

— Красиво, не правда ли? — сказал он, наслаждаясь музыкой.

— Откуда эта скрипка?

— Посмотри туда, — Хис указал в сторону мезонина. За балюстрадой виднелся силуэт. — Это Оол играет для Ойли. Он влюблён.

— Влюблён в Ойли?

— Тебя это удивляет?

— Скорее да, чем нет.

— Он дал ей кровь. Оол обратил Ойли… спас её. Совершенно очевидно, что он считает её частью себя. При этом Ойли очень молода и красива. — Хис смотрел на застывшую Дариет, а в это время Оол заметил их и сменил мелодию. Хис благодарно кивнул ему и протянул руку Дариет. — Потанцуем?

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

Хис коснулся одной рукой её талии, в другую взял её ладонь и повёл в медленном танце. Они смотрели друг на друга и нежно улыбались. Для Дариет в эту минуту погас целый мир, и абсолютное счастье охватило её. Она отдалась этому танцу самозабвенно, всей душой и телом, всеми мыслями.

Танец был укрытием, защищавшим её от любых опасностей. И пусть рядом не Суну, а Хис. Не так уж это было важно. Скоро они оба потеряют её, зато вернут отца. Больше ничего не волновало Дариет.

Она уйдёт в Бладпорт, подчиняясь чувству долга, а не любви. И пусть сегодняшний вечер оставит приятные воспоминания на целую вечность.

Глава 21

— Рикки? — Джейк заприметил брата издалека и сразу поспешил к нему. — Выглядишь не очень.

— Просто выпил кровь «ядовитой» женщины. До сих пор воротит.

Брови Джейка взлетели вверх.

— Ты шутишь, да?

— Какие шутки! Посмотри на меня. Я устал, мне необходим отдых.

Рикки и вправду пришёл в Белый замок, чтобы отдохнуть и набраться сил. Пока он находился на севере, не спал и не думал о своих силах. Эта ночь не обещала быть лёгкой, у Рикки в планах было много дел.

— Когда ты вернулся с севера?

— Этой ночью. Я выкрал Танаку, но, — поспешил поднять палец Рикки, не дав Джейку обрадоваться, — пока я её надёжно спрятал. Та травница опасна. Как только она придёт в себя, начнёт искать Танаку.

Джейк потёр подбородок, задумчиво глядя в сторону.

— Травница, говоришь… Слушай, а никакой колдуньи на севере нет?

— По-моему, Дарил — единственная колдунья там. Она творит страшные вещи, раз умудрилась лишить Танаку памяти.

— Какие интересные вещи ты рассказываешь.

— Послушай, Джейк, я на самом деле потерял много сил и желаю отключиться.

— Я отпущу тебя, но для начала хочу уточнить кое-что. Я про сестёр Милли. Выяснилось, что их отец был вампиром. А наши мужчины в трактире, которые были знакомы с Милли, поговаривают, что мать девочек — колдунья и сбежала с вампиром на север.

— Как звали мать Милли?

Джек вдруг осознал, что не интересовался этим, поэтому пожал плечами.

— Если её зовут Дарил, тогда вполне объяснимо, почему она удерживала Танаку подле себя, — сказал Рикки и исчез.

Джейк долго стоял посреди зала, думая о полученных сведениях, затем принял решение отправить одного из своих вампиров на разведку, не ставя шерифа в известность.

Отдохнув хорошенько, Рикки привёл себя в порядок, затем отправился в домик проведать Танаку. Стояла глубокая ночь, девушка крепко спала. Рикки не стал её беспокоить. Он убедился, что двери крепко заперты, а поблизости никого, затем отправился в Окта.

Разыскав Оола, Рикки вкратце рассказал о том, что случилось с Виллом.

— Ойли не помнит своей прежней жизни и того, кто вырастил её. Нужно ещё немного времени, — сказал Оол, спускаясь вместе с Рикки в подземелье.

— Ты можешь рассказать ей об отце. Я наложил защиту на его лавку, но долго ли она будет действовать, не знаю.

— Кто научил тебя ставить защиту? — Оол был удивлён.

— Мама, — легко ответил Рикки, который не видел больше смысла скрывать, что Ксандрия многому его обучила.

— Ого. Значит, мама выбрала тебя.

— Ей пришлось кому-то довериться. Наверное, чувствовала скорую гибель.

— Она знала, Рикки. И отец знал. Иногда я ненавижу чёртов лунный камень.

— Думаешь, будущее можно было бы изменить? — Рикки остановился и серьёзно взглянул на Оола. В кромешной тьме их глаза горели, они видели друг друга как днём. — Имит подсказывает, но не предотвращает будущего. Мама говорила, что наше время состоит из множества нитей. Не важно, за какую нить ты дёрнешь, рано или поздно она всё равно приведёт тебя к неизбежному концу. Наше будущее предопределено. Так или иначе, но оно произойдёт.

— Значит, отец спасётся?

Оол намекал на то, что камень показывал Хису путь к спасению отца, предопределяя будущее шаг за шагом. Спасение — это и есть конец нити, за которую дёрнул Хис.

— Хису не нужен имит, так? Всё произойдёт в точности так, как должно произойти? — снова сказал Оол и вдруг улыбнулся. — Они танцевали.

— Кто?

— Хис и Дариет.

— Мерзость, — усмехнувшись, Рикки возобновил путь.

— Ты не любишь людей, Рикки, но Дариет и её сёстры — полукровки. Виктор был вампиром.

— Это Джейк тебе сказал?

— Да… то есть, Ойли мне рассказывала. Они ходили в архив и нашли дату рождения Виктора.

— Что мне до этого?

— Перестань их ненавидеть.

Рикки вспомнил Танаку. Несмотря на уродующее родимое пятно, её лицо было премиленьким. Его тянуло к ней. Даже сейчас. Он бы с радостью вернулся в домик, чтобы сидеть около её кушетки и сторожить её сон. Рикки точно знал, что не вернёт её Биннату. Ни за что!

Оол исчез. Рикки дошёл до тюрьмы Микиса один.

Перед самым рассветом Дариет вышла в сад. Она искала Хиса, и один из слуг сказал, что господин гуляет.

Луна ещё ярко освещала тропы. Дариет было не по себе среди серых деревьев. Это мир вампиров. Не только Хис мог оказаться в саду. Она вздрогнула, когда что-то встрепенулось неподалеку и взлетело вверх. Летучая мышь? В Окта это редкость.