Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 44)

Суну ждал её. Она плавно переступила порог, шлейф тонкого пеньюара тянулся по полу. Волосы развивались от лёгкого ветерка при движении. Они сошлись. Её руки легли на тонкую ткань рубашки и ощутили крепкую грудь под ней. Вампир не источал тепла. Его руки были ледяными, но Дариет постаралась не думать о холоде.

Поцелуй — это всё, о чём она грезила, всё, чего желала. Неведомая мутная волна внезапно нахлынула в сердце и ударила в голову; казалось, сознание покинуло Дариет, оставив только головокружение. Суну вёл её к вершинам наслаждения. После долгой разлуки его поцелуй был как глоток свежего воздуха, способный оживить в одно мгновение.

Дариет приникла теснее к его телу и на секунду открыла глаза. Перед ней стоял не Суну. Это было лицо Хиса. Он улыбнулся и сказал:

— Прости, но ты моя… моя…

— Этого не может быть!

— Может, милая, ведь я вампир, который умеет менять обличия.

— Нет!

Дариет села в постели, ничего не понимая. У края кровати стоял Хис и пристально смотрел на неё. В глазах не было задорного смеха, как во сне, только незнакомая ей холодность.

— Долго я спала? — она осмотрелась. — Где я?

— В Окта, в своей комнате. Узнаешь? Ты упала в обморок.

— Я ничего… не помню. Хотя нет. Я падала с моста, а потом… провал, — и она выразительно взглянула на Хиса. Тот хмурился.

Значит он не ошибся. В тело Дариет вселился дух его матери. Дариет тянуло в башню по воле Ксандрии. Дурное предчувствие не давало вампиру покоя. Его мать была ведьмой, она всегда повторяла, что даже после смерти её дух будет бродить по замку. Хис сосредоточился на этой мысли. Вполне вероятно, Ксандрия сейчас здесь и смотрит на него.

Но почему же она выбрала Дариет?

Она избранная?

— Ты проголодалась, полагаю. Твои сёстры внизу ужинают. Не хочешь к ним присоединиться?

Дариет внимательно разглядывала его.

— Непременно, я спущусь к сёстрам. Только оденусь. — Хис не уходил, и это привело Дариет в смятение. Он, что же, собирается смотреть, как она одевается? Посмотрев на него вопросительно, она подошла к зеркалу. Шерстяное платье с неё сняли и надели ночную сорочку. — Не мог бы ты оставить меня? Мне необходимо одеться.

— Да, но прежде я хочу, чтобы ты взглянула кое на что.

— На что же?

Жестом он велел следовать за ним в смежную комнату. Здесь хранились сундуки с вещами Ксандрии. Хис отдёрнул шторку, и перед взором Дариет предстало тёмно-красное платье, обшитое чёрным кружевом. Девушка никогда не гналась за модой и не придавала большого значения платьям, но это… Она потеряла дар речи, настолько восхищена была покроем и отделкой лифа.

— Оно твоё, — произнёс Хис.

— О, Верховный! — воскликнула она, забыв о том, что вампиры ненавидят это слово. — Я… хотела сказать, оно прекрасно. Хис, я не могу принять такой подарок.

— Почему? Ты обидишь меня, обидишь мою мать, которая, возможно, наблюдает за нами из окна своего мира.

Дариет поёжилась.

— Это её платье, да?

— И на тебе оно будет смотреться превосходно!

— Ну, хорошо. Давай посмотрим.

Вопреки внутренним сопротивлениям, Дариет надела платье и спустилась вниз. Она думала, что Хис захочет посмотреть на неё, но его нигде не было. Когда она зашла в столовую, Урса и Лилит ахнули в изумлении. Дариет выглядела величественно.

— Невероятно, Дариет! Где ты достала это платье?

— Хис подарил, — садясь за стол и оглядывая вкусные блюда, ответила она.

— Оно очень идёт тебе, — искренне сказала Урса и поиграла бровками. — Хис явно заинтересован тобой.

К девушкам присоединилась Ойли.

— Как ты себя чувствуешь, Дариет? Хис сказал, что ты переутомилась.

— Конечно, она переутомилась, — влезла Лилит, размахивая вилкой. — Мы пережили много событий за последние несколько дней. Обморок в данном случае совершенно меня не удивляет… О! Кстати, Дариет, я вернусь на рынок, представляешь!

— Неужели? — Дариет постаралась улыбнуться, что плохо получилось. Она тут же подумала о своей миссии и о Хью, через которого она осуществит свой план. Лунный камень ведёт её к тому, очевидно. — Я буду торговать с тобой. Скучно здесь одной.

— Я не против. Но помни, с нами будут вампиры. Только так я получила разрешение вернуться на рынок.

Октавские вампиры — проблема. Огромная. Но она что-нибудь придумает. Ей всего лишь нужно встретиться с Хью и задать ему несколько вопросов, после чего дело прояснится. После встречи она определённо будет знать, что делать дальше.

Поужинав, девушки разошлись по своим комнатам. Лилит утомилась и решила лечь пораньше. Урса обещала Язону сыграть в карты. Они встретились на втором этаже в маленькой комнате с креслами и старыми шкафами. Дариет спать совсем не хотелось. Она достаточно отдохнула, поэтому пошла в большой зал, где остановилась перед портретом Ксандрии. Как оказалось, ведьма была изображена в том самом платье, которое сейчас носила Дариет. Внезапно её посетило чувство вины и стыда. Почему она должна носить платья Ксандрии? Разве ей этого хотелось бы?

— Вы похожи, — услышала Дариет и обернулась. Хис появился неслышно, она не успела ничего понять.

— Нет. Мы разные. Черные волосы, да, но… что ещё?

— Я смотрел на тебя со спины и как будто видел мать.

— Ты просто скучаешь по ней, а платье, что на мне, — её.

— Может быть.

Она пристально смотрела на него, пока он шёл к окну, за которым скрывалась ночь. Вспомнился сон. Красивый, но и пугающий.

— Хис, могу я спросить?

— Что угодно.

— У тебя есть дар менять обличие?

Он посмотрел в сторону, обдумывая её вопрос и, казалось, он был сбит с толку.

— Откуда ты взяла эту чушь? Если бы я умел менять обличие, мог бы превратиться в Лилит и спокойно уговорить тебя переехать в замок. Или же, — он обратил свой холодный взгляд прямо на неё, — я мог бы принять облик Суну, чтобы ты полюбила меня. Не думаешь, что такой талант решил бы много проблем?

Дариет держала руку у груди. Это всего лишь её подсознание, не более. Зачем она вообще спросила? Глупая, глупая, глупая! То, что она скучает по Суну, а в это время ей навязывают судьбу с другим, и ведёт к подобным, немыслимым снам. И с чего она взяла, что слова Хиса, произнесённые во сне, — правда?

Что ответить, она не нашла.

Хис отступил в тень.

— Ты не достаточно отдохнула. Ведь ты — человек. Люди склонны нести чепуху, когда устают.

Разозлившись на эти слова, она гордо вздернула подбородок и поднялась на второй этаж по центральной лестнице, а услышав смех, решила присоединиться к веселью. Урса и Язон устроили игры в карты, с ними играли Оол и Ойли. Почувствовав расслабленную обстановку, Дариет осталась с ними. Но несмотря на игру, мысли её были заняты другим.

Когда дверь в таверну распахнулась, с улицы ворвался морозный воздух. Шум прекратился, все лица были обращены на вошедшего мэра Эгле.

Джейк оценил обстановку. У Кароса собирались по обычаю завсегдатаи и заядлые пьянчужки. Их нисколько не заботило недавнее убийство в сарае около таверны. Люди в этом городе бесстрашные, и каждый думает, что его беда не коснётся. Наивный народ.

Карос привычно стоял за стойкой напротив жаждущих снять напряжение дня, расслабиться и забыть о насущных проблемах. Увидев Джейка, он выпрямился. Мэр не приходит в таверну за пивом; если он приходит, то по какому-то вопросу или с проверкой. За последние дни вокруг его заведения поднялась шумиха, так что не стоило удивляться такому гостю.

— Джейк! — выкрикнул Карос, подходя к бочонку. — Пива?

— Я не пью всякую дрянь.

— Есть коктейли с кровью.

— Угу. И чья кровь? Коровья или баранья?

— Обижаешь, — протянул владелец заведения.

— Я обойдусь в любом случае. У меня к тебе дело, вернее… — Джейк положил локоть на стойку и оглядел зал. Большинство пьющих здесь — вампиры. — Слышал что-нибудь о семействе Милли?

— Кто ж о них не слышал? О девчонках тут любят помечтать. Красивые девки получились у Виктора, ничего не скажешь.

Джейка разозлили слова Кароса. Не раздумывая, вампир схватил управляющего и через стойку подтянул к себе.