Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 26)
Ни Дариет, ни её сёстры не догадывались. Но Джейк понял. Увидев укус, он уже угадал намерения бладпортовских вампиров. Им нужны остальные сёстры. Или одна конкретная — Дариет.
По щеке Хиса сбежала бы слеза, если бы только он умел плакать. Он крепко сжал кулаки. Он думал и размышлял, искал ответы. Но о чём бы ни думал, заходил в тупик.
Хис зажмурился. Лицо отца было так же ясно видно, как собственное отражение в зеркале. Его нет. Слышен лишь родной голос. Далёкий. Бархатистый. Звучный.
Сжав кулаки ещё крепче, Хис хотел стукнуть ими по столу, но в кабинет вошёл Гуно, и Хис сдержался.
— Есть новости?
— Есть, — твёрдо сказал Гуно. По его выражению лица трудно определить, что он скажет. Всегда спокойный, что бы ни случилось. — Мы заглянули в таверну Кароса, куда нет-нет заглядывают гости с севера. Пришлось поднадавить, чтобы Карос раскололся. Ченс был прислан в Эгле Ханом. Он не просто северный вампир, он бладпортовский вампир. Важная персона, можно сказать.
Хис сорвался с места и одним движением прижал Гуно к стене, едва не пробив его головой подсвечник. Пальцы крепко сжимали лацканы кафтана. Хис был в ярости.
— Почему ты не проверил его?
— Я подумал, что раз он уже работает, это сделали без меня.
— Кто, по-твоему, его нанял? Суну?
— Не знаю!
— А кто знает?! — заорал Хис, отпустив брата. — Что говорит Карос? Действовал ли Ченс в одиночку?
— Нет. Он несколько раз с кем-то встречался прямо в таверне. Но чаще писал записки.
— Карос читал их?
— Говорит, что нет. — Дождавшись, когда Хис немного успокоится, Гуно сказал: — Не думаю, что там он встречался с Суну. Карос бы узнал его. Да и какой в этом смысл, если они свободно могли шушукаться в любом уголке замка. Если хочешь знать моё мнение, то Суну здесь ни при чём. А то, что он отсутствовал во время боя, больше оправдывает его, чем наводит на подозрение.
— Объясни.
— Если бы Суну был с Ченсом заодно, то либо дрался бы вместе с нами, чтобы контролировать происходящее, либо выкрал камень сам.
Хис свёл брови. В словах Гуно звучала истина. Но с Суну Хис всё равно поговорит. Не сейчас. Позже. Потому что сейчас он отправится с визитом к любителю летучих мышей — Хану. И пусть летят к чертям все законы и ограничения. К чему церемониться с вором?
Гуно моргнуть не успел, как Хис исчез с его глаз. Он догадался, куда направился брат, но ничего не мог сделать, лишь вздохнул.
В замке Бладпорт царила могильная тишина, лишь изредка мыши хлопали своими мерзкими крыльями. В нос ударил неприятный запах падали. Вероятно, с дохлыми летучими мышами здесь ничего не делают. Они гниют, распространяя вонь по всему замку.
— Где лунный камень, ты, лживая скотина! — ворвавшись в зал, где на своём троне, облепленным мышами, восседал Хан, закричал Хис. — Имей в виду, что я пришёл не с миром. Распотрошу тебя в клочья, если не вернёшь то, что принадлежит Окта!
— Ой, — Хан изобразил испуг, — какой грозный. Пёс, которого посадили на цепь. Рвётся, лает, а укусить не может. — И расхохотался.
— Где камень?
— Давай сначала расставим приоритеты, Хис. — Теперь голос Хана звучал твёрже. — Ты ворвался на МОЮ территорию и угрожаешь, что не очень-то правильно. Я хоть раз так сделал?
— Я у тебя ничего не воровал, а ты подослал своего вампира и внедрил в МОЙ замок.
— Ты? Не воровал? Ты? Не внедрял своих вампиров?
Хис молчал, потому что уже знал, что ответит ему Хан. И он ответил:
— Скилс был серьёзно ранен и до сих пор не исцелился после нападения ТВОЕГО вампира. Здесь, на моей территории. Он забрал девчонку, которая принадлежала Скилсу. По-твоему, это не воровство? По-твоему, это не нарушение закона? — Хан встал и прошёлся вперёд, чтобы приблизиться к Хису. Руки убрал за спину, а грудь важно выпятил, игнорируя при этом разницу в росте. Хан был на голову меньше Хиса и, чтобы посмотреть тому в лицо, приходилось смотреть вверх. — Скажи спасибо, что я не собираю армию, не устраиваю нападения на Эгле, не чиню там разгромы. Мы жили всё это время мирно лишь потому, что я соблюдал все правила, установленные твоим папашей. И даже теперь, когда он полумёртв, не пытаюсь воевать. А мог бы…
— Пока он окончательно не умер, ты не сможешь воевать с Окта. Я знаю, зачем ты выкрал камень. Чтобы выпустить на волю Иладара. Но у тебя ничего не выйдет. Даже с камнем.
Хан сухо посмеялся, затем погладил мышку, сидящую у него на плече.
— Каждый из нас борется за жизнь своего родителя так, как может. Согласен? Ты хочешь воскресить своего отца, а я — своего.
— Иладар даже не вампир. Он — монстр, и уничтожит тебя при первой же возможности.
— Нет! — разозлился Хан.
В дверях появились Биннат, Микис и Ян, готовые наброситься на Хиса в любую секунду, если Хан того пожелает. Но Хис драться не собирался. Так камень не вернуть.
Он отступил на шаг, огляделся по сторонам и пришёл к выводу, что лучше уйти и не доводить этот разговор до крайности. С Ханом нужно поступать хитро. Он туп как пробка, хоть и мнит себя хорошим стратегом. Время покажет, кто будет смеяться последним.
— Я ухожу, но смею предупредить, что камень для тебя может быть очень опасным. И что бы ты ни затевал, ты проиграешь.
— Дверь там!
Хан был горд собой, ведь ему удалось прогнать всемогущего Хиса из своего замка. В эту ночь он устроил пир, созвав городских вампиров и желающих покормить голодных хищников людей.
Хис в Окта не вернулся. Всю ночь он сидел в башне Белого замка подле отца, вымаливая прощение.
С рассветом Хис вернулся в замок Окта и прислушался к звенящей тишине. Его братья наверняка набираются сил в своих комнатах. Чем им ещё заниматься?
Перед тем как покинуть Белый замок, Хис поговорил с Джейком. Тот рассказал про бродящую по Синему лесу лошадь, про опасность, которая нависла над сёстрами Милли тёмным облаком. Он признался, что опечален этими событиями, но не знает, чем помочь.
Хис его выслушал, но не дал никакого совета. Рикки на севере, в то время как Хан в ярости. Хис ушёл из замка Бладпорт с сожалением. Зря он пошёл туда. Только распалял их вековую вражду. Он даже не мог принять меры, потому что любые запреты для северных станут запретами для них же самих. Не в его интересах, когда на севере люди.
Направляясь в свои покои, Хис вдруг остановился у комнаты Суну. Тот мирно спал на покрытой чёрным покрывалом кровати, сложив руки на груди.
Хис остановился посреди комнаты и осмотрелся, будто предметы мебели должны были рассказать правду.
— Я знаю, зачем ты здесь, — не открывая глаз, произнёс Суну.
— Знаешь? — удивился Хис, замерев на месте.
— Гуно рассказал. Будете судить меня на собрании сегодня?
— Нет. Нет, не будем. Достаточно, если ты мне признаешься.
Суну резко сел.
— Мне не в чем признаваться. Я был с ней. Просто ушёл к Дариет, не догадываясь, что должно произойти в замке. А не веришь, спроси у неё сам.
— Я просил оставить её.
— А я просил время.
Хис на это ничего не ответил. Ушёл к Гуно за советом. Они долго говорили и пришли кое к какому выводу: Суну мог доказать свою непричастность и преданность. К тому же появился способ разлучить Суну и Дариет. Если они не будут видеться, она постепенно переключится на другого — на Хиса.
К вечеру Суну был вызван в кабинет. За спиной стула Хиса находились Джейк, Гуно, Оол и Язон.
— Я хочу верить тебе, Суну, — сказал Хис. — Поэтому именно ты отправишься на север, чтобы отыскать лунный камень.
— Я? На север? Один?
— Там Рикки, — опроверг его довод Оол, — найдёте друг друга и будешь не один.
Хотя никто из братьев не сомневался, что и один Суну справится, потому что был ловким и умным. Он умел проскальзывать в любые щели, оставаясь тенью. Его умение передвигаться бесшумно и появляться в самых неожиданных местах тоже играло свою роль. Хис не из вредности посылал Суну на поиски камня, а из соображения действительной важности. Гуно сам лично перечислил все качества Суну, а в конце добавил, что этот поход разлучит его с Дариет.
— Ясно, что имит у Хана. Я был у него. Он не подтвердил этого, но и не отрицал, так что вывод очевиден. — Хис нахмурил брови и стал выглядеть ещё суровее. — Постарайся выждать подходящий момент, Суну. Не спеши. Из всех нас тебя северные практически не знают, и в этом плане тебе тоже легче.
И это правда. Суну редко показывался в народе. Его почти не встречали в Эгле. И Белый замок он посещает днём, когда все нормальные вампиры прячутся. Людей же мало заботят вампиры.
— На севере старшая сестра Милли. Рикки ищет её, — сказал Гуно. — И раз он всё ещё там, значит, не нашёл. Следи за тем, чтобы ни одна сестра Милли не попала в Бладпорт.
— Я… не знаю, — колебался Суну. Он не воин, не любил сражаться. А шпионить — совсем не его призвание.