Юлия Туезова – Мрачная магия 2. Гнев старейшин (страница 9)

***

Тренировочный полигон академии этим утром больше напоминал преддверие преисподней, где у дьявола сломался кондиционер. Воздух, пропитанный гарью, озоном и чей-то подгоревшей гордостью, дрожал так сильно, что очертания трибун расплывались в мареве. Аля стояла в самом центре этого хаоса, чувствуя, как пот струйкой стекает по позвоночнику, а магическое напряжение в воздухе заставляет волоски на руках вставать дыбом. Каждая клеточка её тела вопила о том, что пора бы сворачивать эту лавочку и идти пить холодный лимонад, но вместо этого ей приходилось играть в «догонялки» с разъяренной крылатой рептилией Ари под надзором людей, которые с радостью пустили бы её на ингредиенты для зелий.

Просто сказка, а не учеба.

– Если ты сейчас же не соберешься, Аля, я лично скормлю твои конспекты кроколям! – проорал Адал, чья фигура маячила у края защитного барьера. – Твой дар – это не украшение для балов, это твой единственный шанс не превратиться в хрустящий бекон! Риан, прекрати на неё пялиться и делай свою работу! Ты должен быть её тенью, а не мишенью для плевков!

– Да, тренер, мы в восторге от ваших педагогических методов! – огрызнулась Аля, едва уклоняясь от хвоста Ари, который пролетел в паре дюймов от её носа, оставив за собой шлейф искр.

Дракониха сегодня явно встала не с той лапы, если у драконов вообще бывают плохие дни. Ари металась по арене, взрывая когтями землю и выпуская короткие, но крайне неприятные струи пламени, которые превращали песок в стекло. Аля, сосредоточившись, начала выплетать ментальную завесу – тончайшую сеть эльфийской магии, которая должна была скрыть их разговоры от чутких ушей инквизиторов. Это было похоже на попытку построить карточный домик посреди урагана: одно неверное движение, и всё рухнет, оставив их голыми перед взором Совета.

– Ты готов? – прошептала она, когда они с Рианом на мгновение скрестили клинки, создавая видимость ожесточенного спарринга.

– Всегда готов к неприятностям, – Риан тяжело дышал, его глаза уже начали подергиваться опасным багрянцем. – Рассказывай.

Аля сделала резкий выпад, заставляя Риана отступить к самой кромке дымовой завесы, которую Ари любезно обеспечила своим дыханием. Под прикрытием звона стали и рева дракона она заговорила, и её голос был холоднее, чем ледники на северном полюсе Светлой империи. Она рассказала ему о «Летописи Угасающей Крови», о тех списках, где имена детей-гибридов были аккуратно зачеркнуты черными чернилами с пометкой «санация». Это не были сухие исторические факты – это был отчет о систематическом истреблении таких, как они, методичном и беспощадном процессе, который Совет вел столетиями, прикрываясь заботой о чистоте магии.

Это был не просто контроль. Это был геноцид.

– Мы — статистическая погрешность, Риан, – шептала она, пока они кружили по арене в смертельном танце. – Невельс не спасал нас из доброты душевной. Он просто спрятал нас, как краденые бриллианты, чтобы использовать против Совета, когда придет время. Но не смог совладать с гневом воссоединения темных и светлых. Старейшины убивали каждого гибрида, чья сила проявлялась раньше двадцати лет. Они боялись, что мы станем неуправляемыми, что наш резонанс разрушит их уютный мирок, где всё разложено по полочкам и покрашено в нужные цвета.

– Значит, всё это время... – Риан замолчал, и Аля почувствовала, как от него начала исходить волна такой ярости, что даже Ари на мгновение замерла в воздухе.

– Да, – подтвердила она, парируя его удар с удвоенной силой. – Все те несчастные случаи, о которых нам пели в академии, все те «внезапные истощения» – это были казни. Мы выжили только потому, что наши силы спали до девятнадцати лет. Теперь они смотрят на нас и видят не героев, не наследников, а опасные артефакты, которые нужно либо поставить на службу, либо разбить вдребезги. Мы для них — просто инструмент с истекающим сроком годности.

Ярость Риана была почти осязаемой, она вибрировала под его кожей, как запертый в клетке зверь, который наконец почуял запах крови своего мучителя. Его демоническая суть, обычно скрытая за маской холодного безразличия, рванулась наружу, откликаясь на ужасающую правду о судьбе их рода. Аля видела, как его зрачки сузились до тонких щелок, а по рукам поползли тени, подозрительно похожие на чешую. Это было плохо. Это было катастрофически плохо, потому что инквизиторы Совета, застывшие на трибунах как серые надгробия, только и ждали повода, чтобы применить свои подавляющие артефакты.

– Держи себя в руках, принц, – процедила Аля сквозь зубы. – Если ты сейчас сорвешься, мы оба трупы.

– Они убивали детей, Аля, – его голос стал низким, рокочущим, в нем больше не было ничего человеческого.

Воздух на тренировочном полигоне академии можно было резать тупым столовым ножом — настолько он стал плотным от магического напряжения и запаха серы. Если раньше ярость Риана была похожа на тлеющий в подвале костер, то теперь она напоминала извержение вулкана, решившего похоронить под пеплом парочку наглых Инквизиторов. Аля видела, как под его кожей перекатываются багровые сполохи, и это уже не было просто недовольством принца, которому не доложили сахара в чай. Это был предел.

Стало по-настоящему жарко.

– Риан, дыши, ради всего святого, дыши! – крикнула Аля, стараясь перекрыть гул пламени, который теперь исходил от самой земли вокруг парня. – Не давай им того, чего они ждут! Они же только и мечтают увидеть в тебе зверя, чтобы с чистой совестью пустить на опыты!

Но Риан её не слышал. Его глаза, обычно такие глубокие и осмысленные, окончательно затянуло багровым маревом, в котором не осталось места для человеческой логики. Он стоял, широко расставив ноги, и его тело начало меняться с пугающей скоростью, сопровождаемой звуком рвущейся ткани и хрустом расширяющихся костей. Это не было похоже на красивую сказку о превращении оборотня — это был болезненный, сырой и первобытный процесс пробуждения высшего демона, который спал слишком долго.

– Назад! Всем назад! – заорал один из Инквизиторов, тот самый, со сморщенным лицом, лихорадочно вытаскивая из-под плаща тяжелые серебряные кандалы, испещренные рунами подавления. – Гибрид теряет контроль! Готовьте цепи «Света Истины», мы не должны позволить этому чудовищу сделать и шага!

Они ждали этого.

Для Совета Старейшин это был идеальный сценарий: принц-демон превращается в безмозглое животное прямо на глазах у свидетелей. Это давало им законное право не просто запереть его, а буквально стереть его личность, оставив лишь послушную оболочку для своих нужд. Аля видела, как остальные инквизиторы окружают Риана плотным кольцом, выставляя перед собой артефакты, которые начали пульсировать противным, визгливым светом, бьющим по нервам не хуже ультразвука.

– Нет, вы этого не сделаете, – прошептала Аля, чувствуя, как внутри неё просыпается светлая магия, та самая, которую она так старательно прятала.

В тот момент, когда из спины Риана с влажным звуком вырвались огромные, покрытые костяными шипами крылья, Аля сделала то, что любой учебник по магии назвал бы самоубийством. Она не стала кидать в него успокаивающие заклинания и не попыталась выставить щит — она просто закрыла глаза и рванулась вперед, не физически, а ментально. Её эльфийская суть, усиленная годами скрытности, сработала как таран, пробивающий стену чистого, незамутненного безумия, которое теперь окружало сознание принца.

Вход в разум трансформированного демона напоминал прыжок в работающую доменную печь.

Аля едва не закричала от фантомной боли, когда её сознание столкнулось с океаном ярости, в котором тонули обрывки мыслей Риана. Здесь не было верха и низа, только бесконечный гул крови, жажда разрушения и древний инстинкт, требующий разорвать всё, что находится снаружи. Но она не отступила, цепляясь за серебристую нить их общей связи, за ту самую клятву, которую они дали друг другу всего несколько минут назад под копотью тренировочных манекенов.

– Риан! Ты меня слышишь, ты, чешуйчатый идиот?! – её ментальный голос прозвучал как удар колокола в пустом соборе.

Тишина. Лишь рев огня.

– Если ты сейчас сдашься этой твари внутри себя, я лично придушу тебя, когда ты вернешься в норму! – Аля буквально вгрызалась в его сознание, нащупывая те крошечные островки человечности, которые еще не поглотила тьма. – Посмотри на них! Посмотри на эти серые морды с кандалами! Они ждут, что ты сорвешься. Ты хочешь доставить им такое удовольствие? Ты действительно хочешь стать их ручной зверушкой?

Внезапно хаос в её голове на мгновение замер, и сквозь багровую пелену проступил силуэт. Это был Риан, но не тот принц в камзоле, а его истинная проекция — израненная, охваченная пламенем, но всё еще держащаяся на ногах.

– Аля?.. – его голос в её голове звучал хрипло, будто он долго кричал. – Твой голос... он как лед на ожогах. Уходи отсюда, я не могу это контролировать. Оно сильнее. Оно хочет жрать их души.

– А вот фигушки ты у меня проиграешь, – Аля мысленно обхватила его за плечи, вливая всё свое спокойствие, всю свою иронию и даже ту капельку вредности, которая всегда помогала ей выживать в академии. – Мы вместе в этом болоте, забыл? Ты не просто демон, ты мой напарник по выживанию. Теперь слушай меня очень внимательно: они хотят надеть на тебя кандалы. Не сопротивляйся как зверь. Сопротивляйся как разумный враг.