Юлия Туезова – Мрачная магия 2. Гнев старейшин (страница 10)

Снаружи, на полигоне, ситуация выглядела катастрофически.

Огромный демон, в которого превратился Риан, возвышался над Инквизиторами на добрых три метра, и его хвост с тяжелым наконечником выбивал искры из камней, заставляя стражников дрожать. Инквизитор со сливой вместо лица уже занес руку для броска магической цепи, торжествующе оскалившись. Он ждал последнего рывка чудовища, чтобы оправдать применение летальной силы, но в этот момент произошло нечто, заставившее всех присутствующих похолодеть от ужаса совсем другого рода.

Демон не напал.

Вместо того чтобы броситься на окруживших его людей с когтями, Риан медленно, пугающе плавно поднял голову и посмотрел прямо в глаза главному Инквизитору. И в этом взгляде — огромном, вертикальном и пылающем — не было безумия. Там была ледяная, расчетливая осознанность, которая была в тысячу раз страшнее любого рычания. Чудовище не просто смотрело, оно изучало их как мелких насекомых, прикидывая, в какую сторону лучше брызнет кровь, если он просто щелкнет пальцами.

– Посмотри на него, – шепнул один из стражников, роняя меч. – Он... он всё понимает.

– Не может быть, – пробормотал Инквизитор, и его рука с кандалами заметно дрогнула. – После полной трансформации гибриды теряют разум. Это доказанный факт! Они превращаются в скотов!

Риан в своей демонической форме издал звук, который больше всего напоминал саркастический смешок, только пропущенный через кузнечный горн. Его огромная когтистая лапа медленно поднялась, и он указал когтем на артефакт в руках Инквизитора, после чего отрицательно качнул головой. Это был жест настолько человеческий и пренебрежительный, что напряжение на арене сменилось абсолютным, гробовым молчанием.

Внутри его головы Аля едва удерживала концентрацию, чувствуя, как её собственное тело на полигоне начинает оседать от усталости.

– Молодец, Риан, – шептала она ему, продолжая транслировать детали их плана. – Ты видишь их страх? Они боятся не монстра, они боятся, что монстр умнее их. А теперь слушай план: я сейчас передам тебе всё, что узнала в архивах о заговоре Совета. Каждое имя, каждое распоряжение. Ты должен запомнить это, потому что когда ты вернешься в человеческую форму, они попытаются стереть тебе память под видом «лечения».

– Передавай, – ответил Риан ментально, и его демоническое сознание на мгновение полностью открылось для неё, принимая потоки информации.

Это был уникальный симбиоз.

Пока демон снаружи продолжал держать Инквизиторов в страхе одним своим спокойным присутствием, внутри него Аля выстраивала сложную систему ментальных щитов, пряча важную информацию в такие глубины подсознания, куда не доберется ни один «Камень Истины». Она видела его глазами — видела искаженные страхом лица, видела Адала, который стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и в его взгляде читалось нечто похожее на гордость. Старый тренер понимал, что сейчас происходит нечто историческое.

– Они не знают, что мы теперь можем так общаться, – прохрипел Риан, и Аля почувствовала, как он начинает понемногу отвоевывать контроль над своим телом. – Теперь они в нашей ловушке.

– Именно, – согласилась Аля, чувствуя, как её ментальная связь начинает истончаться. – Мы для них — неуправляемые аномалии. Но на самом деле мы — их самый страшный приговор.

Инквизиторы так и не решились набросить цепи.

Воздух на тренировочном полигоне академии окончательно превратился в какой-то густой, липкий суп из магии, пыли и откровенной ненависти. Если кто-то думал, что после эффектной демонстрации контроля над демоном ситуация разрядится, то этот человек явно никогда не имел дела с обиженными инквизиторами и перепуганными ящерицами. Ари, наша молодая дракониха, сейчас напоминала не величественное мифическое существо, а перегретый чайник со свистком, который забыли на плите. Она чувствовала всё: и Алин страх, и бурлящую ярость Риана, и то тошнотворное предвкушение, которое исходило от Совета Старейшин. Для них этот хаос был как десерт после скучного обеда, и они явно не собирались уходить без порции свежих трупов.

Добро пожаловать в зону тотального бедствия.

Аля видела, как чешуя на загривке Ари встала дыбом, а из ноздрей начали вырываться не просто струйки дыма, а настоящие искры истинного пламени. В её глазах, обычно таких умных и понимающих, сейчас плескалось первобытное безумие. Она не понимала, кто враг, а кто друг, — она просто хотела, чтобы эта магическая удавка на её шее исчезла.

– Ари, девочка, тише... – девушка попыталась позвать ментально, но её голос утонул в реве огня.

Это произошло в ту долю секунды, когда Аля на мгновение отвлеклась на Радиоса, чьё лицо на трибуне выражало высшую степень брезгливого любопытства. Ари резко вскинула голову, её горло раздулось, светясь изнутри ослепительным белым светом. Это не было обычное драконье пламя, которым поджаривают сосиски на пикнике. Это был концентрированный магический выброс, способный превратить гранит в лужу за пару секунд. И, по какому-то идиотскому закону подлости, вся эта мощь была направлена прямо на Алю.

Мир замер.

Девушка даже не успела испугаться, только подумала о том, что её страховка в академии явно не покрывает «внезапную дезинтеграцию по вине домашнего питомца». Инквизиторы затаили дыхание, и она почти видела, как они уже мысленно вычеркивают её имя из списков студентов. Но у судьбы, видимо, были на неё другие планы, и эти планы сейчас имели огромные кожистые крылья и бронированную чешую.

– Назад! – прогремел голос в Алиной голове, и это был не её собственный испуганный шепот.

Риан, всё еще находясь в своей полной демонической форме, среагировал быстрее, чем свет успел коснуться моей одежды. Его движение было настолько стремительным, что человеческий глаз увидел бы только размытую черную тень. В следующее мгновение перед девушкой выросла стена. Тяжелая, теплая и пахнущая озоном. Риан просто шагнул в эпицентр, закрывая меня своим телом, как живым щитом, в то время как столб пламени ударил ему прямо в грудь.

Раздался оглушительный гул, будто столкнулись два поезда.

Жар был таким сильным, что воздух вокруг них задрожал, превращаясь в зыбкое марево, но Аля не почувствовала ни единого ожога. Риан стоял непоколебимо, его огромные крылья обхватили меня, создавая своего рода кокон из темноты и безопасности. Аля видела, как языки белого пламени бессильно лижут его темную чешую, не в силах пробить природную защиту высшего демона.

– Ты как, цела? – его голос прозвучал в моем разуме удивительно четко и спокойно, без тени того рычания, которое она слышала мгновением ранее.

– Кажется, да, если не считать легкой контузии и желания уволиться из этой реальности, – ответила Аля, чувствуя, как внутри всё дрожит от пережитого шока.

– Держись за меня.

Инквизиторы выглядели так, будто им в кашу подсыпали битого стекла. Они ждали трагедии, ждали, что «неуправляемое чудовище» добьет выжившую, или что огонь Ари решит проблему гибридов раз и навсегда. Вместо этого они увидели нечто невозможное с точки зрения их учебников: осознанное самопожертвование. Демон, который только что едва не разнес полигон, защищал слабое существо с нежностью, недоступной многим «светлым» рыцарярям.

Радиос медленно поднялся со своего места, его пальцы вцепились в резные перила так, что костяшки побелели. Аля чувствовала его замешательство через магический фон — оно было горьким и острым, как дешевый уксус. Он искал признаки безумия, искал ту грань, где Риан превратится в зверя, но нашел лишь холодную, расчетливую волю. Аля с Рианом сейчас были не просто двумя студентами, мы были единым организмом, связанным невидимыми нитями, которые невозможно было разорвать никакими заклинаниями.

– Посмотрите на них, – прошептал кто-то из преподавателей, и в этом шепоте было больше страха, чем в криках.

– Он закрыл её... он осознанно подставился под удар за нее.

– Это не инстинкт, – добавил другой голос, дрожащий от осознания. – Это связь. Резонанс сути.

Риан медленно опустил крылья, и Аля увидела, что его чешуя на груди слегка дымится, но он даже не поморщился. Его вертикальные зрачки были устремлены на Ари, которая, осознав содеянное, теперь жалась к земле, жалобно попискивая. Ярость драконихи испарилась так же быстро, как и возникла, сменившись глубоким чувством вины, которое девушка ощущала каждой клеточкой своего тела.

– Всё хорошо, маленькая, – мысленно передала Аля ей, стараясь унять дрожь в руках. – Мы живы. Мы в порядке.

Риан повернул голову к инквизиторам, и его вид всё еще внушал первобытный ужас, несмотря на человеческую осознанность в глазах. Он не рычал, не делал угрожающих жестов. Он просто стоял, демонстрируя им, что их правила здесь больше не действуют. Они хотели увидеть монстра? Они его увидели. Но они не ожидали, что у этого монстра будет сердце.

– Кажется, шоу окончено, господа, – произнес Риан вслух, и его голос, усиленный демонической мощью, заставил стекла в окнах академии жалобно звякнуть.

Инквизитор со шрамом на щеке попытался что-то возразить, но слова застряли у него в горле под его прямым взглядом. Аля чувствовала, как в ней поднимается та самая эльфийская магия, которую она так долго прятала, но теперь она не пугала её. Она была щитом, мечом и правом на жизнь в этом перевернутом мире. Они с Рианом медленно начали отступать к выходу с полигона, и никто — абсолютно никто — не решился преградить нам путь.