Юлия Шеверина – Травница по завещанию (страница 12)

Грегор отступает на пару шагов назад и я сразу чувствую себя чуть свободнее.

— Да, с фиолетовыми огоньками внутри.

За спиной маэстро пчелиным роем собираются нитки черного дыма, собираются в облако тьмы, распадаются и оставляют после себя белое кожаное кресло. Грегор не глядя падает в него.

— Ну? — маг подпирает рукой скуластую щеку и задумчиво смотрит на меня, — И где они?

— Кто? — озираюсь, но вокруг никого нет.

— Что! — маэстро закидывает руки за голову и откидывается в кресле, — Деньги, Марьяна. Где деньги?

— Какие деньги? — чувствую, как мои брови взлетают так высоко вверх, что мне тяжело моргнуть.

Ситуация начинает напоминать сцену из комедийного фильма. Не могу только припомнить — из какого.

— Десять тысяч золотых дарик.

Грегор протягивает руку над столом, достает из воздуха сперва стеклянную бутылку в кожаной оплетке, за ней — простой граненный стакан. Наливает в него темно-фиолетовой жидкости, дегустирует, довольно улыбается и смотрит на меня уже гораздо более теплым взглядом.

— Маэстро Грегор, — от волнения я начинаю покусывать губы, — простите, я прибыла из… далека. Скажите, что такое дарик?

— Дарики, — Грегор облизывает потемневшие губы, — это монеты, Марьяна. Марго с прошлого раза должна прекрасно помнить, сколько стоит проведение такого ритуала. — он неодобрительно покачал головой, — Кстати, как поживает Изольда?

— Прекрасно, — невпопад бросила я, — Марго мне ничего не говорила про… дарики.

— Сожалею, — пожал плечами маг, — но цена высока. Нужны редкие ингредиенты, — зевнул он, — половину мне нужно будет сперва найти, что уже непростое занятие, а потому еще и купить втридорога. А во время ритуала... еще и отдать часть своей жизни. Марьяна, вы еще молоды, жизнь, наверное, не цените, но я уже стар, — вздохнул внешне молодой и вполне себе красивый мужчина, — я бы сказал, я уже старик. Если бы не добрая дружба с Марго, я бы вовсе отказал вам. Но… раз уж речь о травнице Золотого Арранта, я возьмусь за это дело. По себестоимости, так сказать.

— По себестоимости, — эхом повторила я, пораженная расчетами мага и его сугубо деловому подходу в вопросах жизни. Своей и чужой. Точнее, для него — чужой, а для меня очень даже родной и важной!

Маг отпивает еще немного и взглядом указывает на дверь. Разворачиваюсь и собираюсь выйти.

— Сколько осталось? — летит мне в спину последний вопрос.

Замираю, оборачиваюсь. Грегор сидит в кресле напрягшись. Бутылка и стакан исчезли. Глаза горят зеленью как в первое мгновение, когда я увидела маэстро.

— Денег?

Если честно, понятия не имею, насколько я богата. Судя по размеру дома — не бедна.

— Времени, — глухо подсказывает мне Грегор.

— Около месяца.

— Мало, — он опускает глаза.

Тут уже я пожимаю плечами.

— Я вернусь с деньгами, — обещаю и понимаю, что время уже позднее и обратно во дворец я сегодня вряд ли попаду, — Завтра. Хорошо?

Грегор смотрит на меня с интересом. Кивает. Делает неуловимое движение запястьем и дверь передо мной распахивается. Недвусмысленный намек. Махаю ему ручкой на прощание и быстрыми шагами иду прочь по коридору. Ник едва успевает за мной.

Глава 17. Солидная сумма

За углом приходится остановиться. Куда дальше — я не знаю. Резко разворачиваюсь назад и попадаю в объятья к Нику, который не успевает затормозить.

— Марьяна, — смущается он, но не отводит взгляда, — куда ты спешишь?

Ник, похоже, не планирует меня отпускать. Только руку, случайно упавшую в прореху у меня на бедре, убирает выше, на талию. Делаю вид, что не замечаю.

— Домой.

Улыбаюсь и прошу проводить к воротам. Начальник королевской охраны нагло игнорирует мою просьбу.

— Что случилось у Маэстро? — хмурится он.

— Ничего особенного.

— На тебе, — у него перехватывает дыхание, — разорвано платье. Как это понимать?

Хорошо, что вокруг полумрак и он не видит, как я краснею. Платье жаль… но треснуло по шву, я прикрыла бок шалью и надеялась, что никто не заметит. А дома уже спокойно зашью.

— Я… была неуклюжей, — признаюсь с сожалением, но иначе, видимо, он не отстанет.

— Грегор не приставал к тебе? О чем вы говорили?

В голосе мужчины звенит беспокойство. Лицо напряжено, в глаза смотрит так, будто хочет прочитать ответ на внутренней стороне моего черепа.

— Грегор не приставал, — не могу удержаться от улыбки, вспоминая лицо мага в момент, когда я крушила его кабинет, — а говорили мы о… деньгах.

Не рассказывать же Нику о истинной цели своего посещения?

Ой, зря я ему вообще что-то начала говорить! Николас вцепился в меня в прямом и переносном смысле. Николас не глядя воткнул факел в какую-то здоровенную вазу сбоку, положил мне на талию вторую руку, так, что я оказалась в крепком кольце его объятий, и… Вот тут-то принялся за меня по-настоящему!

— Сколько денег? — сурово спросил он.

— Десять тысяч золотых дарик, — пискнула я испуганно.

— Дорого, но справедливо, — задумавшись, кивнул он, — и что, у него не нашлось этой суммы?

— Да, я должна её принести ему.

— Ты?! — изумился Ник, — То есть, он покупает тебя и ты ему еще и платишь?

— Что?! — тут уже возмутилась я, — ты что, решил, что я… что он… да как ты мог подумать! Ну-ка отпусти меня!

Яростно колочу кулачками по каменной груди Ника, но он не отпускает. На лице парня недоумение и медленное осознание.

— Я тебе не продажная девка! — кричу в его окаменевшее лицо.

В черных глазах блестит что-то незнакомое — страх?

— Марьяна, я не подумал… ты так спешно вылетела из кабинета. В разорванной юбке, растрепанная…

Еще бы, я там чуть ноги не переломала в магической темноте! И вешалка эта, будь она неладна!

— И ты решил, что я собираюсь расплатиться с магом… натурой?

Ник нервно сглатывает, не решаясь подтвердить мои опасения. Объясняю ему, что вовсе не планировала соблазнять Грегора. И за свои услуги тот хочет взять с меня золотом. Чувствую, как обнимающие меня руки Ника немного расслабляются.

— Десять тысяч золотых дарик, — он чуть прикусывает губу, — Это… солидная сумма, Марьяна. Ты что, хочешь купить… — он прикидывает и выдает с усмешкой, — его душу?

Он улыбается удачной шутке, а мне не до смеха. Ник угадал!

Смеюсь в ответ, отшучиваюсь, мол, это наша с Грегором тайна. Николас берет с меня обещание, что покупаемая услуга никак не навредит королевской семье и государству. Я с легкостью обещаю. Воскрешение сестры — дело семейное, Нику не о чем беспокоиться. Только после этого он, наконец, отпускает мою талию, берет в руку факел и галантно предлагает мне свой локоть. Почему бы и нет? В этих унылых коридорах темно, как бы не расшибиться на какой-нибудь лестнице. Ходить в длинной юбке еще нужно привыкнуть…

Почему-то с Ником до дома мы шли в два раза дольше, чем с Ланой. Парень вывел меня с другой стороны замка и вел узкими переулками подозрительного вида. Дома низкие, один, максимум — два этажа. Построены из чего попало — старые доски, камни, где-то стены вообще из плетенки, обмазанной глиной. Прохудившиеся крыши, запах дыма и нечистот, хлюпающих под ногами, разбитая дорога. Темно — только изредка на перекрестках висит вонючий факел с обычным, не магическим, огнем.

Стоило пожаловаться на грязь, как Николас свернул на улицу пошире. Впереди засветился огнями крепкий домишка. Из приоткрытых окон летят звуки: ор, крики, стук глиняных чашек о деревянные столы, бренчание струн.

— А здесь не опасно ходить ночью? — запоздало спрашиваю у Ника.

Он вздрагивает и берет с меня обещание никогда не заглядывать сюда после заката. Соглашаюсь и крепче хватаюсь за его локоть.

Проходим мимо окон и сомнений не остается — это таверна. Не успеваем скрыться — открывается дверь и нам под ноги швыряют человека. Ник едва успевает оттолкнуть меня в сторону.

— Осторожнее, тут леди! — рычит он.

Из дверей появляются три ухмыляющиеся рожи бандитской наружности: