Юлия Резник – Деревенский роман - Юлия Резник (страница 19)
Стеша отвела телефон от уха, недоверчиво на него уставившись. Истерично хохотнула…
– После всего? Дим, да ты оптимист.
– Тогда уж дурак скорее.
– Самокритично.
– Стеш…
– Не звони мне больше. Пожалуйста. Если до тебя действительно что-то дошло, просто оставь меня в покое.
Глава 13
Домой вернулся поздно, но дети еще не спали. Играли прямо в гостиной под присмотром сидящей в кресле матери. Несмотря на то, что Денису предстояла еще работа, ему захотелось хоть на минутку присоединиться к ним. Поцеловав каждого, растянулся прямо на полу, облокотившись спиной о край дивана.
– Голодный? – вскинулась Лиза.
– Нет, – отмахнулся Крылов. – Потом чего-нибудь соображу.
– На, хоть конфету съешь! – расщедрился Мишка, протягивая отцу одну, а себе оставляя целую жменю.
– Миш, хватит сладкого! – возмутилась Лиза.
– Почему?
– Потому что. Это вредно, попа слипнется.
– Я вообще-то конфеты в рот пихаю, – закатил глаза мальчик. Крылов закашлялся в кулак, чтобы скрыть за кашлем рвущийся из груди смех.
– Миша!
– А я что? Пап, смотри… Мы с Мийкой тоже теперь квадроберы. Пока костюмов нет… Такие. Давай, Мий, покажи! – скомандовал сестре. Та упала на пол и стала неуклюже ползти. Мальчик недолго понаблюдал за усилиями сестры, недовольно цокнул, и себе опускаясь рядом:
– Смотри, червяк, как ползают настоящие удавы!
Тут уж не рассмеяться было невозможно. Крылов буквально зашелся хохотом. Мийка, оставив попытки обогнать брата, села на полу и тоже заулыбалась. Денис раскрыл объятия. Дочка радостно в них упала. Обняла его за шею ручками. Отвесила звонкий влажный поцелуй. Можно было смело засекать, когда на него взберется и Мишка. Три, два…
– Подвинься, – оттеснил сестру. – Я тоже по папе скучал.
– Взрослый мальчик, а все телячьи нежности разводишь, – попыталась пристыдить сына Лиза.
– Не обращай на нее внимания, пап. Она просто завидует. Я тебя сейчас еще и поцелую, – буркнул Миша, тут же приводя в исполнение свою угрозу. Крылов хмыкнул, сильнее прижимая детей к бокам.
– М-да уж… Ну, папу дождались, обнялись, новые умения продемонстрировали. Теперь-то, наконец, можно спать? – не сдавалась Лиза, которой, видно, было весьма некомфортно от осознания того, что она в глазах детей растеряла весь свой авторитет. Мишка нахмурился, перевел вопросительный взгляд на отца. Дескать, пап, чего эта тут командует? Все же хорошо было! И как бы Денису ни хотелось ему подыграть, он так же понимал, что это будет неправильно. Все-таки Лиза права. Уже действительно очень поздно. Да и не надо ему давать детям послаблений, чтобы заработать себе очки в их глазах. Он вообще не участвовал со своей бывшей в соревнованиях.
– Что смотрите? Время, Миш. Давайте-ка мыться.
Так и сделали. Разошлись по ванным. А когда Крылов достал выкупанную дочь и передал привычно раскрывшей полотенце жене, их глаза встретились. И полоснуло воспоминаниями о старых добрых временах. Всколыхнулось в груди что-то…
– Пойдем, мама тебе почитает сказки, – шепнула Лиза, потираясь носом о светлые волосики ребенка. Но Мийка на это лишь головой завертела, протягивая ручки к отцу.
– Быстро же ты их обработал, – поджала дрожащие губы горе-мамаша. И хоть Крылову на это было что ответить, он не стал. Сдержался. Что толку теперь сыпать обвинениями? Поздно. Она свой выбор сделала, когда уходила. Он тоже. Пусть впереди их ждет еще, наверное, миллион моментов, когда будет казаться, что ничего не случилось, ну, или же что все еще можно вернуть, Денис отчетливо понимал, что это не более чем самообман. И потому… не обманывался.
– А теперь в кроватку, да?
Почитал сказки, сам едва не уснул. Ни о какой работе уже и речи не шло. Тут хоть бы добрести до своей кровати.
– Денис…
– Лиз, иди спать, ладно?
– Ну, почему ты все усложняешь? Я же пытаюсь…
– Что? – как-то обреченно переспросил Крылов, подпирая спиной стену.
– Помириться. Попробовать вернуть.
– Это невозможно. Ты сама все разрушила, Лиза.
– Я не понимала, что делаю! У меня была постродовая депрессия! Ты все время работал, а я сидела дома с детьми. Из одного декрета в другой. Да у меня крыша ехала…
– А член твоего хмыря, очевидно, был для нее подпоркой?
– Зачем ты все утрируешь?
– Ну, а что мне делать?
– А ты не думал, что я просто хотела так обратить на себя внимание?
– Оригинальный способ. Считай, у тебя получилось, – психанул Крылов.
– Не заметно!
– Лиза, а ты чего хотела? Чтобы я за тобой погнался? Упал в ноги? Стал умолять одуматься и не бросать семью? Ты серьезно вообще? За кого ты, блядь, меня принимаешь?! Я мужик, а не тряпка, в конце-то концов.
– Во-о-от! Вот! В этом весь ты, Денис. Даже сейчас, в этой долбаной ситуации, тебе важно лишь сохранить лицо. А может, я хотела, чтоб ты побежал? Может, хотела, чтобы ты… устроил мне сцену ревности. Кулаком по столу трахнул… За волосы домой оттащил.
– Фу, Лиза. Какая пошлость. Прекрати, тебе совершенно это все не идет.
– Тебе тоже! Корчишь из себя невесть что. Прям мученик.
– Все, Лиз, заканчивай. Тебя понесло.
Чем сильнее Крылов закипал, тем тише и равнодушнее становился его голос. Под конец он оттолкнулся лопатками от стены и, обойдя бывшую жену по дуге, пошел к себе.
– Думаешь, я сплю и вижу забраться к тебе в постель?! Да как бы ни так. У тебя такой нимб над головой светится, что есть риск ослепнуть…
– А этот, значит, тебя не слепил? Нормально с ним было? Нормально?!
Черт. Лиза все-таки его довела. Крылов даже встряхнул ее так, что у бедолаги зубы клацнули. Встряхнул и… поймав себя на том, что делает, брезгливо одернул руки. Чего это он, и правда? Ведь по большому счету все равно! А то, что полезло из него… Это пещерное, глубоко засевшее в каждом мужике еще с тех времен, когда верность женщины определяла шансы самца наследить в истории.
– С тобой лучше, Дэн, – прошептала эта сука сквозь слезы. Думала, он и на это поведется, что ли? Нет, одной частью даже, наверное, хотелось. Но, в конце-то концов – он человек разумный.
– Что ж… Тогда у меня для тебя плохие новости, Лиза. Со мной тебе больше ничего такого не светит.
Вылетел из дома пулей. Только успел схватить куртку. И понесся хрен его знает куда. Где-то вдали лаяли собаки. Было достаточно холодно, но так красиво, что даже будучи в раздрае, он это замечал. И все шел, шел в клубах оседающего на деревню тумана, пинал попадающиеся под ноги камешки, дышал глубоко. Вязким туманом этим, сыростью, цветением садов и насытившейся влагой почвой. Отмечая, что, в общем-то, даже как-то легче становится. Хорошо… Чего завелся, спрашивается? Ну, ведь точно – это что-то остаточное. Рудиментарное и абсолютно ненужное. А ведь прошибло как…
Сунул руки в карманы, запрокинул лицо к небу. В редких сизых облаках клубился млечный путь. Миллиарды звезд подмигивали из космоса. То ли насмехаясь, что он раздул из ничего такую проблему, то ли, наоборот, его подбадривая.
– Ме-е-е-е… – раздалось из кустов.
Крылов очнулся от дум и, сощурившись, обернулся. Ночью в Терпилово было так темно, что звезды и луна были едва ли не единственным источником света. Если он что и мог разглядеть впотьмах, так только желтые звериные глаза. И то ведь не факт, что его воображение это все не додумало.
– Ме-е-е-е…
– Да не трогаю я тебя. Иди куда шел.
Но где там?! Козел отпрыгнул назад и со всех ног ломанулся прямиком на Дениса.
– Да блядь! – только и успел протянуть недоверчиво, уворачиваясь от рогов. Шутки шутками, а где-то Крылов вычитал, что от коров в мире гибнет гораздо больше людей, чем, например, от акул. Хрен его знает, конечно, о каком порядке цифр шла речь, да и козел – не бык, тут шансы выжить все-таки значительно выше, но ведь не то чтобы он планировал и с козлом биться! «Сюр… Какой же сюр», – хохотал Денис, пытаясь спастись от Стешкиного питомца на высоком заборе. Черте что! Руки ободрал, отшиб ребра… Захлебываясь смехом, чертыхаясь и ойкая, откинул упавшие на глаза волосы и… уставился в дуло холодно поблескивающего дробовика.
– Стеш, это я…
– Вы? Что вы делаете у меня… ик… на заборе?
– Убегаю от твоего козла!
– От Бориса, что ли? Ик? Вы шутите? – Стефания как-то странно покачнулась. Ствол опасно дернулся вместе с ней, прочертив в воздухе кривую.