Юлия Проза – Александра (страница 6)

– Потому что невозможно поверить в то, что несёт эта обезумевшая старушка! – поддержала союзница.

– Ты кое-что забыла, леди-воин, – посыпались намёки на совпадение с пророчеством. – Она видела вашу встречу, сэр. В тот день, когда Александра родилась…

– Прекрати!

В глазах миледи засверкали знакомые Эдуарду молнии недовольства.

– Она видела войну, – выкрутился Даниэль.

– Хватит выдумывать! Всё это – бессмысленные суеверия! Нечего забивать ими голову! – и Александра направилась к двери. Излишняя болтливость сэра Даниэля не то, чтобы смутила, но заставила отвернуться. Леди Энская не знала, как смотреть в сторону молодого лорда, которого бабушкины сказки не смутили ничуть. Всё же насмелилась и, прокрутившись на каблуке сапога, заявила, как отец: – Прошу извинить, меня ждут неотложные дела, поэтому я исчезаю.

Она изобразила очередное подобие поклона не по канонам этикета и вышла из зала.

– Не обращайте внимания, милорд. Это ещё не самое страшное, – извинился сэр Даниэль за свою подопечную.

– Я уже понял, – признался Эдуард.

– Не могу не предупредить вас о том, что у леди Энской… своеобразный характер, – осторожно намекнул любимый рыцарь. – Будьте терпеливы, сэр, и снисходительны.

– Маргарита именно это предвидела? – решил уточнить лорд. – Когда пророчила нашу встречу?

– При всём уважении, сэр, но я вам не скажу, – учтиво поклонился Даниэль. – Буду ждать, когда пророчества бабушки сбудутся, и я утру нос несносной леди Энской! Простите за прямолинейность, милорд.

– Хочешь услышать моё? – ответил тот взаимностью.

– Конечно! – оживился рыцарь.

– Всё, что поведала Маргарита, звучало загадочно, – потряс головой Эдуард, вытаскивая оттуда юношеские воспоминания.

– Так и есть, – согласился внук. – Я не раз просил объяснить, но бабушка отвечала: «Не торопи время. Наступит срок, и ты поймёшь».

– Она подошла ко мне, ощупала руками лицо, плечи, руки, – вспомнил молодой лорд. – Потом я заметил, что глаза её смотрят не на меня, а в одну точку, которая находится где-то вдали, и я понял, что ведунья слепа.

– Это граница неба и земли, – пояснил Даниэль. – Именно там рождаются видения.

– И вот, она заговорила.

Эдуард сосредоточился, чтобы ничего не упустить:

– У тебя есть обрыв – к нему привело тебя сердце. И её тоже. Она ворвётся в твою жизнь, как ветер и ударит, как молния в одинокое дерево. Она и есть жизнь. Свет её глаз покорит, и это будет мучительно. Она смотрит на солнце, которое в облаках, а крепкие мужские руки обнимают её за плечи – твои руки. Сильная духом, она не умеет ненавидеть. Лёгкая и быстрая, она не сражается – она порхает. Верь, и она будет там, где будешь ты, – и на минуту задумался. – Что-то ещё про трёхногую девицу на краю реки. Я не понял.

– И что же, сэр? Совсем ничего не сбылось? – надеялся Даниэль на бабушкино волшебство.

– Я не придал значения тому, что услышал.

– Как же вы тогда в точности всё запомнили?

Лорд Тьерский даже растерялся.

– Не знаю, Даниэль.

Глава 7. Строптивая дочь

Эдуард без труда отыскал глазами Александру по её длинному хвосту из волос. В остальном она ничем не отличалась от мужчин: доспехи и броня сокрыли все признаки женского пола.

Разбились на пары, чтобы отрабатывать нападение. С невероятной ловкостью Александра уворачивалась от удара. Оружие в руке казалось невесомым, словно оно живое продолжение мыслей, превращённых в действие. Она наступала уверенно, сконцентрировав внимание на шаге, сосредоточенно вглядывалась в лицо противника и оставляла на нём следы дерзкого взгляда. Теряешься и не знаешь, чего ожидать от затаившегося перед прыжком хищника. Никаких лишних движений, только продуманные и размеренные действия. Сначала медленно и осторожно подкрадывается, а потом бросается вперёд с неожиданной быстротой.

Эдуард был намного спокойнее Александры. Уравновешенный по натуре, он старался избегать опрометчивых решений, поэтому прежде, чем сделать, основательно думал. На заданный вопрос он находил ответ с доказательным объяснением, и если оно по каким-то причинам не совпадало с мнением собеседника, то не настаивал, оставаясь верным своим принципам. Молодой лорд чуждался вычурности и чувствовал себя несвободно в обществе замысловатых господ, с пылом и жаром обсуждающих свои прихоти. Будучи воспитанным в разумной строгости, он умел занимать позицию наблюдателя, искусно применяя приёмы самообладания в любых ситуациях, несмотря на их сложность или причудливость. Нетерпеливости и вспыльчивости предпочитал тренированную подобно мышцам сдержанность, которая приводила в действие все остальные механизмы его характера.

Он смотрит вдаль бескрайнего горизонта, где живое Небо играет ветвями старого скрипучего Леса. Огромный Дуб спасает от жары, укрывает могучей тенью и дышит прохладой на раскалённую голову. Обовьют со всех сторон тонконогие Берёзки, рассмеются молодостью в лицо усталого путника. Сквозь шуршания Листьев и трели Соловья робко смотрит на эти шалости одинокая Сосна. Она машет игольчатой лапой длиннокосой Иве, которой нет дела до ребячества – она неотрывно любуется своей зелёной красотой в зеркале Реки. Старый Дуб давно влюблён в тенистую Иву, он заботливо возвышается рядом и каждый вечер шумит ей на ухо ласковые слова. Упадёт Лист и, никуда не торопясь, поплывёт по течению мимо Обрыва, который поднимается над синеокой Рекой, как могучий заступник. Улыбнётся солнечному Лучу кучерявая Осинка и обязательно запутается ветвями в его ярко-жёлтом свете.

Холодный, звонкий голос воды перемешивается с резким травяным запахом, окутывая рыхлую Землю влагой, как одеялом из тумана. Иссиня-чёрная и горячая, Она рождает неисчислимые богатства, держит в крепких всеобъемлющих руках громады лесов и гор, и, простирая взор над красотой полей, хранит в своей глубине любовь к Человеку.

Вражеский меч не должен коснуться земли, где родился Эдуард Тьерский, и превратить животворную тишину в плач. От этой мысли челюсти сжимаются так, что зубам становится тесно, сердце стучит в висках, и на спокойном лице появляются признаки возможного гнева. Приближение врага приводит в смятение равномерную работу разума, а зажатые в кулак пальцы белеют от напряжения.

Тряхнув головой, словно прогнав мрачные мысли, Эдуард вернулся в действительность сегодняшнего дня. К нему присоединился сэр Артур, удивлённый одиночеством гостя.

– А где же Александра?

– Кажется, вон в той куче, сэр.

– Ох, несносная девчонка! – почти пропел лорд-отец. – Без сна и отдыха готова прыгать в пыли! Неужели она никогда не устаёт?

– И что отвечает на этот вопрос ваша дочь?

– О! Она так бурно реагирует, будто я заставляю её надеть платье, – и сэр Артур показал недовольное лицо Александры.

– Это трудно сделать?

– Это невозможно сделать! Скорее я надену платье, чем она.

Лорд Тьерский рассматривал вытянутую по струнке девушку в доспехах, внимавшую наставления старшего рыцаря. Ни одно слово не пролетело мимо. Поняла и усвоила урок.

– А что мне оставалась? – пустился на рассуждения отец. – Когда Александре исполнилось четырнадцать, она изъявила желание упражняться вместе с рыцарями на оружейном дворе, и преподнесено это было, как ультиматум, не терпящий отказа. Я не дал своего согласия, посчитав это чем-то вроде капризов взбалмошной девчонки. Тогда она привела юного Даниэля и устроила рыцарский турнир. Так я узнал, что целых два года, тайком от меня, она держала в руках далеко не палку, а настоящий меч! Я был и удивлён, и поражён, и… можно сказать, обрадован одновременно. Тяжёлое оружие в её худеньких руках казалось намного легче палки. Но больше всего я удивился тогда необыкновенной быстроте Александры и позволил делать на оружейном дворе всё, что она хочет. Не знаю, правильно ли поступил, когда не ограничил её стремление стать одним из рыцарей, но сейчас я не чувствую своей неправоты – Александра ни в чём им не уступает. Она умна, постоянна, честна и справедлива, никогда не скажет лишнего и не возьмётся за дело, которое не по силам. Она прекрасно скачет на лошади, прекрасно стреляет из лука и также прекрасно владеет мечом! Да, мой друг! Она прекрасна!

– Не могу с вами не согласиться, милорд, – искренне признался Эдуард, любуясь картиной сражения, покрытого пылью, песком и победоносными криками.

– А ещё она в совершенстве владеет умением доводить до обморока всю женскую половину замка. Моя сестрица до сих пор не может смириться с образом жизни племянницы, именуя её непутёвой. Милейшая Августина пытается растолковать Александре значение слова замужество со всеми его прелестями, – и Артур развёл руками. – Бесполезно! Слышать ничего не желает!

– А вы что об этом думаете? – полюбопытствовал лорд Тьерский.

– Не всё так просто, мой любезный друг, – вздохнул отец. – У Александры тяжёлый характер. Как говорит моя сестрица Августина – прескверный! Где тот мужчина, что сможет снести удары упрямства и желание во всём зависеть лишь от себя самой? Она вспыльчива и напориста! А главное, – и лицо лорда приняло мечтательное выражение, – она прекрасна в своей независимости! В жажде свободолюбия! Какой-то необузданной страсти к той жизни, которую выбрала и отгородила от всех, кто не принимает её такой. И если Александру лишить этого, то погибнет её истинная красота. Вы только посмотрите!