Юлия Мош – Между Пешкой и демоном (страница 5)

– В первой зоне Лабиринта. С этого момента город – это карта, а мы – дичь. – Дэн быстро проверял кольцо на пальце, которое теперь пульсировало холодным, электрическим синим светом. – Остальных разбросало по таким же крысиным дырам. Задача проста: найти первую метку и не дать себя выпотрошить.

Я посмотрела на свою руку. Огненная нить, на балу казавшаяся изящным украшением, вдруг натянулась. Она больше не текла лениво – она вибрировала под кожей, причиняя тупую боль, и отчетливо тянула меня куда-то в темноту, вглубь лабиринта домов.

– Дэн, она… она тянет меня. Будто на крючке… – прошептала я, чувствуя, как паника ледяными когтями сжимает легкие.

– Это не она тебя тянет, Анна. – он резко, почти грубо дернул меня на себя, прижимая спиной к шершавой, осыпающейся стене и закрывая своим телом. Его дыхание было горячим, а глаза – абсолютно черными. – Это на нас уже навели прицел. Замри.

С крыши соседнего дома, едва не задев бельевые веревки, сорвался грузный черный силуэт. Это не был монстр или демон. Это был человек. Тот самый офисный клерк с бала, который еще пару часов назад дрожащими руками держал бокал шампанского. Но теперь его невозможно было узнать. Кожа приобрела землистый оттенок, вены на шее вздулись, а зрачки затопили всё глазное яблоко. В его руке тускло блестел короткий, зазубренный кухонный нож.

Он двигался неестественно, дергано, словно марионетка, которой обрывают нити.

– Пожалуйста… помогите… мне… – прохрипел он, но его тело жило своей жизнью. Он замахнулся ножом, целясь мне прямо в шею.

Я онемела. Перед глазами всё поплыло. Этот парень – он же был таким же, как я! С застрявшим в горле криком я зажмурилась, ожидая удара сталью, но вместо этого услышала тошнотворный хруст и короткий, захлебывающийся вскрик.

Когда я открыла глаза, Дэн держал клерка за горло одной рукой, приподняв над землей. Лицо моего демона превратилось в застывшую маску ледяной ярости.

– Дешевый ход, барон. – бросил Дэн в пустоту переулка, явно обращаясь к хозяину этой несчастной марионетки. – Твой раб слишком много скулит.

– Дэн, отпусти его! Он же не понимает, что делает! – я вцепилась в локоть Даниэля, пытаясь разжать его стальные пальцы. – Посмотри на него, он же человек!

– В этой Игре человека нет, Анна. Есть только ресурс и трофей. – Дэн с силой отшвырнул парня в кучу старых ящиков. Тот упал, не подавая признаков жизни. – Его Высший где-то за стеной. Он не имеет права атаковать меня лично в первой зоне, но он будет бросать на тебя своих собак одну за другой, пока не вымотает.

– И ты будешь просто смотреть?! – я сорвалась на крик, чувствуя, как адреналин сжигает остатки страха, превращая их в горькую, жгучую ярость. – Это твой план? Посмотреть, как меня разделают ради твоей Силы?!

Дэн медленно обернулся. В его взгляде не было ни капли жалости, но появилось что-то новое – жадное, темное уважение. Он шагнул ко мне, игнорируя стоны парня в грязи, и схватил меня за лицо, заставляя смотреть прямо в бездну своих глаз.

– Слушай меня, Анна. Здесь нет отпуска. Нет Сочи. Нет правил приличия. Есть я – твоя единственная гарантия того, что к закату твоё тело не окажется в мусорном баке. Но я не буду твоим телохранителем. Я буду твоим Господином.

Он дернул меня к себе так сильно, что я почувствовала жар его кожи через рубашку.

– Хочешь дожить до обеда? Разорви этот чертов подол, убери шпильки и начни кусаться. Потому что на твоё сердце уже поставили ставку. И Барон придет за ним лично, как только мы выйдем на открытое место.

Я посмотрела на его протянутую ладонь, на безвольное тело клерка в помоях и на серебряное кольцо, которое теперь жгло палец, как уголь. Моя рука дрожала, но я сорвала с себя туфли, бросая их в жижу, и с треском разодрала шёлк платья до середины бедра, чтобы было удобнее бежать.

– Веди, Дэн. – я вложила свою ладонь в его, чувствуя, как под кожей закипает незнакомое, первобытное упрямство. – Но если мы выберемся, я сама надену на тебя кляп.

Дэн коротко, опасно рассмеялся, сжимая мои пальцы до боли.

– Ловлю на слове, куколка. Идем. На Гранд-Базаре сегодня будет весело.

Глава 8

– Обувь была твоей единственной защитой, Анна. Теперь твоя защита – тишина. – Дэн не шел, он скользил по битому стеклу и ржавым листам железа с пугающей бесшумностью.

– Дэн, что это за место? – прошептала я, когда мы замерли в тени обвалившейся арки. – Это не тот Стамбул. Звуки города… они словно за глухой стеной.

Он обернулся, его глаза в полумраке светились едва уловимым пепельным светом.

– Это Изнанка, Анна. Слой реальности, который мы, Высшие, соткали из ваших кошмаров и своих амбиций. Обычные люди ходят по тем же улицам, пьют тот же кофе в пяти метрах от нас, но они никогда не увидят эту грязь. Для них мы – лишь внезапный порыв холодного ветра или тень, мелькнувшая в подворотне. Изнанка – это изнанка бытия, где законы физики уступают место законам Кодекса. Здесь всё правдивее: если в мире людей стена старая, здесь она рассыпается в прах от одного взгляда. Если человек внутри гнилой – здесь он выглядит как разложившийся труп.

Путь сквозь изнанку Стамбула напоминал лихорадочный бред. Город, который я знала по открыткам, вывернулся наизнанку, обнажив гнилое, магическое нутро. Мы не просто шли по улицам – мы просачивались сквозь них, как тлеющие искры сквозь пепел.

Я следовала за ним, чувствуя босыми ступнями каждую трещину в древнем камне. Холодная утренняя роса мешалась с мазутом и гарью, пачкая ноги, а разорванный подол черного платья хлестал по бедрам, как плеть. Страх, который на балу казался парализующим, здесь, в тесных переулках, превратился в обостренное до боли восприятие. Я слышала всё: как капает вода из проржавевших труб, как скребутся крысы за гнилыми дверями и как тяжело, с присвистом, бьется моё точно обезумевшее сердце.

Он сделал знак молчать и потянул меня вверх по пожарной лестнице. Железо под руками было ледяным и скользким. Дэн несколько раз подтягивал меня вверх, и каждый раз его руки задерживались на моей талии чуть дольше необходимого. Его пальцы были горячими, почти обжигающими на фоне промозглого воздуха этой другой реальности.

– Смотри туда. – Дэн прижал меня к себе, когда мы выбрались на плоскую крышу одного из жилых домов.

Я глянула вниз и едва не вскрикнула, вовремя зажав рот ладонью. Внизу, на небольшой площади у закрытой мечети, разворачивалась бойня. Я увидела ту самую девушку в розовом сарафане. Её хозяин, огромный демон в золоченом камзоле, стоял на ступенях, скрестив руки на груди. Он не вмешивался. Он просто наблюдал, как его пешка, обливаясь слезами и захлебываясь криком, отчаянно отбивается обломком кости от двоих людей в порванной офисной одежде.

Это было похоже на гладиаторские бои, лишенные всякого благородства. В воздухе над площадью висели магические сферы, транслирующие это безумие кому-то невидимому.

– Почему он не поможет ей? – мой голос сорвался на всхлип. – Он же сильнее их всех вместе взятых!

– Потому что это состязание пешек. – Дэн даже не посмотрел в сторону площади, его взгляд сканировал горизонт. – Если он вмешается сейчас, ставка на него сгорит. В Изнанке всё имеет свою цену. Он ждет, пока она либо убьет их, либо умрет сама, чтобы он мог забрать кольца проигравших с их трупов. В этом мире жалость – это дефект, Анна. Не смотри. Идем.

– Ты такой же? – я заставила его обернуться, вцепившись в его рубашку. Мои пальцы дрожали, а в глазах стояли слезы ярости. – Если на меня нападут, ты тоже будешь стоять и ждать, пока мне перережут горло, чтобы проверить коэффициент ставки?!

Дэн замер. Его лицо оказалось в сантиметрах от моего. Я видела каждый сосуд в его застывших глазах. Он медленно протянул руку и стер грязь с моей щеки, его жест был почти нежным, но взгляд оставался беспощадным.

– Я не «такой же», Анна. Я хуже. Те двое внизу – просто падальщики Изнанки. Но если я вмешаюсь, сюда придут те, кто сильнее меня. И тогда твои шансы станут равны нулю. Я учу тебя выживать в этом дерьме, а не прятаться за моей спиной. Поняла?

– Поняла. – выплюнула я, отталкивая его руку. – Ты просто трус, прикрывающийся правилами.

Он не ответил, лишь усмехнулся – так нагло и остро, что мне захотелось толкнуть его с этой крыши прямо в бездну переулка.

Мы двинулись дальше, перепрыгивая через провалы между домами. Моё тело ныло, мышцы горели, а кольцо на пальце пульсировало в такт шагам, становясь то горячим, то ледяным. Нить вела нас к Гранд-Базару.

Когда мы наконец достигли цели, я замерла, пораженная масштабом безумия. Гранд-Базар в Изнанке превратился в сердце этого мира. Огромные свинцовые купола теперь светились магическим багрянцем, а входы были затянуты зыбким маревом, сквозь которое проступали тени существ.

Стоило нам ступить под своды рынка, как реальность снова выкинула фокус. Тишина Изнанки сменилась оглушительным, многоголосым гулом.

Здесь были сотни созданий. Не только «Высшие» и их рабы. Я видела существ с козлиными ногами в деловых костюмах, женщин с чешуей вместо кожи, торгующих склянками с кристаллизованными слезами, так они представляли свой товар, и огромных тварей, похожих на ожившие сгустки тьмы. Это был рынок не только магических артефактов, но и судеб.

В центре центрального зала, под самым высоким куполом, висело гигантское табло из жидкого золота. На нем в режиме реального времени менялись имена и цифры. Моё имя пульсировало в первой пятерке.