Юлия Красинская – Алиса Блан. История единицы 7341. (страница 2)

- А почему ты не можешь зайти, мам? - спросил Тео.

- Потому что у меня другие дела, милый.

Она поцеловала его в лоб. Андроид зафиксировал действие, но не прокомментировал. Проявление чувств к детям у среднерейтинговых граждан не имело веса.

Тео ушёл за матовую перегородку, оглянувшись один раз. Алиса помахала ему рукой. Её улыбка осталась висеть в воздухе, как брошенный воздушный шар - яркая, лёгкая, никому не нужная.

Она вышла из сада и направилась к лифтам. В холле первого этажа она столкнулась с женщиной лет шестидесяти. Та стояла у почтового ящика и перебирала бумажные конверты. Бумажные конверты - анахронизм, которым пользовались только те, кому Система отключила цифровые сервисы из-за низкого рейтинга. На запястье женщины тускло светилось число 4.1 - не зелёным, а серым, предупреждающим цветом.

Алиса узнала её. Та самая соседка снизу.

Она хотела пройти мимо, опустив глаза. Так предписывал этикет общения с низкорейтинговыми. Но женщина подняла взгляд, и их глаза встретились. Серые, спокойные, без улыбки. В них не было ни подобострастия, ни вызова. Только странное, почти забытое выражение - достоинство и благородство.

- Доброе утро, - сказала женщина негромко.

Алиса замерла. Ответить - значит зафиксировать социальный контакт. Система может расценить это как «неразборчивость в связях» и понизить рейтинг. Не ответить - безопасно.

- Доброе, - сказала Алиса, сама не зная почему.

Женщина едва заметно кивнула и отвернулась к своему ящику. Алиса быстро прошла к лифту, чувствуя, как колотится сердце. Глупо. Одно слово. Что оно может изменить? Но где-то в глубине сознания щёлкнул счётчик. Маленький, невидимый, не имеющий отношения к Системе.

Она вернулась в квартиру. Здесь было стерильно. Робот-пылесос уже слизал невидимые крошки с паркета, увлажнитель воздуха выровнял запах до «Утренняя свежесть №2», кухонный автомат продезинфицировал поверхности. Идеально. Пусто.

Голосовой ассистент услужливо вывел на стену меню: «Список занятий, одобренных для граждан рейтинговой группы 7.0 - 7.9:

1. Курс йоги для снятия тревожности.

2. Лекция: Основы финансовой грамотности.

3. Волонтёрство в приюте для списанных роботов».

Алиса не шевельнулась. Она стояла посреди гостиной и смотрела на список. Йога. Лекция. Волонтёрство. Всё для галочки, для рейтинга, для поддержания видимости полезности. Ничего - для души. Для души в Системе не было категории.

Она выбрала то, чего в списке не было. Прошла на кухню, открыла холодильник и достала тяжёлую утку, которую вчера вечером заказала в обход рекомендаций диетолога. Утка лежала на разделочной доске - бледная, холодная, настоящая. Алиса достала нож и начала надрезать кожу, готовя маринад.

Ассистент зафиксировал действие, но промолчал. Домашняя готовка не поощрялась - на это есть Линия Доставки Готовой Пищи, - но и не штрафовалась. Слишком мелко для Системы.

Она работала ножом методично, сосредоточенно. Розмарин, чеснок, цедра апельсина - настоящие ароматы, которые не синтезировать автомату. Запахи детства, когда мама готовила на крошечной кухне в секторе «Солнечный-2», и рейтинги ещё не были обязательными. Алиса помнила тот мир смутно, урывками - ей было пять, когда ввели всеобщую Систему Социального Рейтинга. Но запах утки с апельсинами она помнила отчётливо. Он не входил в базу данных.

На кухне было тихо. Так тихо, что слышно было, как у неё в груди бьётся сердце. Где-то рядом, всего несколькими этажами ниже, серая женщина с рейтингом 4.1, наверное, читала бумажное письмо. Может быть, от кого-то, кто ещё помнил, как писать от руки.

Алиса опустила нож. Уголки губ, державшие улыбку, дрогнули - сначала едва заметно, а потом безвольно поползли вниз. Лицо на секунду стало прежним - усталым, настоящим. В глазах отразился пустой экран холодильника, на котором только что погасло её число: 7.2.

Она шумно выдохнула. Позволила себе эту роскошь. Выдох вместо улыбки. Воздух вышел с присвистом, будто она держала его в легких несколько лет. Грудь на секунду отпустило.

Но затем она снова подняла уголки губ вверх. Медленно, через силу - идеально ровно, как на рекламной голограмме зубной пасты. Надела улыбку, как бронежилет. Почувствовала, как снова напряглись скулы.

На руке завибрировал браслет - резко, требовательно. Она вздрогнула. Она всегда вздрагивала, когда браслет оживал. Сообщение от школьной системы:

«Уважаемая гражданка Блан. Информируем Вас о незначительном снижении Индекса Дружелюбия Вашего сына Марка (с 94% до 93%). Причина: недостаточная социальная активность в неформальных группах. Рекомендовано: увеличить количество публичных семейных мероприятий с участием обоих родителей. В случае дальнейшего снижения показателя рейтинг учащегося может быть пересмотрен».

Алиса перечитала сообщение дважды. «С участием обоих родителей». То есть с Грегом, с его 9.8, которые могут вытащить любой детский рейтинг. Без него она просто тянет сына вниз. Она - якорь. Причина, по которой у её мальчика падает индекс дружелюбия.

Рука с браслетом опустилась. Экран погас. На кухне снова стало тихо - ещё тише, чем прежде. Алиса стояла у разделочной доски, сжимая в пальцах рукоятку ножа, и смотрела в пустой экран холодильника, где больше не было её числа.

Где-то в недрах сервера Системы щёлкнул счётчик: «Психоэмоциональная стабильность единицы 7341: отклонений не выявлено».

Глава 2. «Пыль»

К десяти утра квартира начинала жить своей жизнью. Робот-пылесос дважды обошёл периметр гостиной и замер у док-станции, тихо жужжа в режиме ожидания. Увлажнитель воздуха сменил аромат с «Утренней свежести №2» на «Полуденную гармонию» - лёгкий цитрус с нотками сандала, одобренный для поддержания психического равновесия и работоспособности у неработающих граждан. Кухонный автомат провёл повторную дезинфекцию поверхностей, хотя Алиса ещё даже не начинала готовить. Утка, натёртая специями, мариновалась в холодильнике, и автомат, просканировав её состав, высветил предупреждение: «Продукт не входит в рекомендованный рацион для рейтинговой группы 7.0 - 7.9. Высокое содержание жиров. Продолжить хранение?»

Алиса нажала «Да», даже не читая.

Она стояла у окна и смотрела на Лазурный сектор. С двадцать третьего этажа город казался идеальной голограммой: ровные линии улиц, зелень Центрального парка, прозрачные капсулы общественного транспорта, скользящие по магнитным направляющим без звука и выхлопов.

Где-то там вдали, в секторе «Солнечный-2», прошло её детство. Тогда дома были ниже, а небо - настоящим. Мама развешивала бельё на балконе, и Алиса помнила запах высушенной солнцем ткани - совсем не тот, что давал умный шкаф с функцией ароматизации. Настоящий запах. Запах, который нельзя было измерить и внести в рейтинг.

Она провела пальцем по стеклу. Идеально чистое, с антибактериальным покрытием и автоматическим затемнением. На нём не осталось отпечатка. Никакой пыли. Пыль в Лазурном секторе была устранена, как материя. Система фильтрации воздуха удаляла 99,97% частиц. Алиса иногда думала: куда деваются оставшиеся 0,03%? Может, именно они и есть самое важное? То, что нельзя отфильтровать?

Браслет завибрировал снова. Снова уведомление из школьной системы:

«Гражданка Блан, напоминаем о рекомендации увеличить публичную семейную активность. Ближайшее одобренное мероприятие: "Семейный день открытых дверей" в Образовательном Центре Лазурного сектора, суббота, 14:00. Присутствие обоих родителей желательно. Регистрация открыта для граждан с рейтингом от 7.0. Ваш текущий рейтинг: 7.2 - участие возможно. Рейтинг супруга: 9.8 - участие настоятельно рекомендовано».

«Желательно», «настоятельно рекомендовано». Алиса давно выучила этот язык. Для неё «желательно» означало «если не придёшь - получишь минус, и твой 7.2 станет 7.1, потом 6.9, а там и до серой зоны рукой подать». Для неё у Системы не было вежливых формулировок, только замаскированные угрозы.

А для Грега? «Настоятельно рекомендовано» в его случае означало ровно то, что написано: рекомендовано. Не обязательно. Не под страхом санкций. Он мог пропустить мероприятие, и его 9.8 даже не дрогнуло бы. Потому что высокий рейтинг давал не только привилегии, он давал свободу не слушаться. Свободу, о которой Алиса забыла, если когда-то и знала.

Она открыла календарь Грега. Доступ к расписанию супруга был у неё с первых дней брака - стандартная настройка для семейных пар. Суббота, 14:00: «Рабочий ланч с партнёрами. Рейтинговая значимость: высокая».

Алиса закрыла календарь. Конечно. Рабочий ланч с партнёрами всегда имел рейтинговую значимость «высокая». Семейный день открытых дверей - «средняя». Алгоритм не оставлял выбора. Вернее, алгоритм всегда оставлял выбор, который был предопределён.

Она вдруг вспомнила серые глаза соседки. Женщина с рейтингом 4.1 не пошла бы на семейный день открытых дверей, даже если бы захотела. Её бы просто не пустили. Она не стояла бы у окна, гадая, как спасти рейтинг сына.

Алиса отошла от окна и направилась в спальню. Умная кровать уже сменила постельное бельё - простыни с микрокапсулами лаванды для снятия стресса, подушки с памятью формы, два семейных одеяла с индивидуальным климат-контролем. Алиса села на край и открыла встроенный в изголовье экран. Пароль не требовался. Система узнавала её по биометрии. На экране высветились записи: