Юлия Красинская – Алиса Блан. История единицы 7341. (страница 1)
Юлия Красинская
Алиса Блан. История единицы 7341.
«Алиса Блан. История единицы 7341»
роман-антиутопия
Часть 1. «Трещина в глазури»
Глава 1. «Идеальное утро»
Утро в секторе «Лазурный-4» начиналось с янтарного света. Не резкого, бьющего по глазам, а мягкого, просачивающегося сквозь умные панели потолка.
Система знала: гражданин с рейтингом выше 9.0 должен просыпаться под имитацию рассвета над Средиземным морем. Гражданка с рейтингом 7.2 - под тот же свет, но без звукового сопровождения. Принцип экономии ресурсов.
В 06:45 квартира семьи Блан была уже не просто жильём, а отлаженным механизмом симбиоза человека и заботливой Системы. Алиса стояла у кухонного острова босиком на подогреваемом полу и смотрела, как робот-бариста с тихим шипением наполняет две чашки. В одной - эспрессо двойной крепости, температура 67 градусов, пенка высотой ровно 4 миллиметра. Для мужа. Во второй - ячменный отвар без кофеина, рекомендованный медблоком для женщин её возрастной группы с рейтингом ниже 8.0. Алиса не просила. Система знала.
Она взяла чашку Грега и на секунду задержала её в ладонях, чувствуя тепло сквозь керамику. Девятнадцать лет она подавала ему кофе. Девятнадцать лет температура была идеальной. Она не помнила, когда в последний раз пила настоящий эспрессо сама.
В спальне мягко загудели «умные» кровати детей. На панели холодильника побежала строка: «Марк Блан (10 лет): REM-фаза 22%, индекс восстановления 94% - рекомендовано поощрение. Тео Блан (4 года): REM-фаза 31%, индекс восстановления 98% - норма». Данные уже ушли в школьную систему здоровья и в детсадовский блок. Алисе не нужно было будить сыновей - их подушки сами изменили угол наклона, а в изголовье зазвучал синтезированный запах жареных гренок. Через четыре минуты они спустят ноги на тёплый пол и пойдут умываться, даже не проснувшись окончательно. Так было правильно. Так было эффективно.
Алиса повернулась к окну. За прозрачной поверхностью умного стекла медленно гасли ночные огни сектора. Где-то там, двадцатью этажами ниже, жила соседка, с которой она иногда сталкивалась в лифте. Женщина с рейтингом 4.1. Алиса не знала её имени. Система не рекомендовала обмениваться контактами с низкорейтинговыми гражданами без производственной необходимости. Но она помнила её глаза: серые, спокойные, без той постоянной улыбки, что требовал этикет. В этих глазах было что-то, чего Алиса не видела в зеркале уже много лет. Что-то, похожее на свободу? Или просто усталость, которую не надо прятать?
Она тряхнула головой, отгоняя мысль. Опасная мысль. Система могла зафиксировать отклонение от эмоциональной нормы.
В коридоре зажглось зеркало смарт-гардероба. Грег, уже в брюках и рубашке без пиджака, замер перед ним на секунду, поправляя запонку с монограммой. На идеально гладкой поверхности вспыхнуло неоново-зелёное число 9.8, обрамлённое лавровой ветвью. Под ним краткая сводка: «Индекс социальной полезности: исключительный. Прогноз на следующий квартал: 9.9. Рекомендация: продолжать текущую траекторию».
Зеркало бесшумно предложило: «Костюм №47 (серый меланж) - индекс одобрения в офисе 98%. Надеть?»
- Да, - бросил Грег, не глядя.
Алиса стояла в дверях кухни с чашкой и смотрела на его спину. Широкая, прямая. Спина человека, который никогда не сутулится под тяжестью неучтённого труда. Она знала каждый позвонок под этой рубашкой. Когда-то, в первые годы брака, она проводила по ним пальцами, и Грег вздрагивал. Теперь он вздрагивал только если Система сообщала о задержке начисления бонусных баллов.
- Доброе утро, высокоуважаемый гражданин Блан, - пропел голосовой ассистент, когда Грег вошёл в столовую. Интонация была тёплой, почти интимной. Алгоритм подстраивал тембр под предпочтения высокорейтинговых пользователей.
- Доброе утро, гражданка Блан, - добавил ассистент, когда следом вошла Алиса. Голос стал ровным, нейтральным, без эмоциональной окраски. Разница была едва уловима - на грани статистической погрешности. Но Алиса слышала её каждое утро. И каждый раз ей казалось, что робот-пылесос у её ног движется чуть медленнее, чем когда проезжает мимо Грега.
Дети уже сидели за столом. Марк, старший, сосредоточенно водил пальцем по экрану школьного планшета, проверяя утренние задания. Тео, младший, ковырял ложкой идеально сбалансированную кашу, которую три минуты назад выдал кухонный автомат.
- Мам, - Тео поднял глаза, - а почему у тебя нет серебряного браслета?
Алиса замерла. Серебряный браслет - нововведение прошлого года. Граждане с рейтингом выше 8.5 получали тонкий серебристый обруч на запястье, который отображал их статус в реальном времени и давал доступ к привилегиям: ускоренным лифтам, отдельным полосам в транспорте, приоритетному обслуживанию. У Грега такой был. У Марка пока нет, но обещали в следующем году, если индекс дружелюбия не упадёт.
Остальные уже многие десятилетия носили пластиковые браслеты старого поколения. Они менялись, модифицировались, но суть их оставалась одной - обозначение социального рейтинга.
- Потому что мне не нужен серебряный браслет, - ответила Алиса, ставя на стол тарелку с тостами. - Мой рейтинг другого типа.
Она не знала, как объяснить четырёхлетнему ребёнку, что его мать - «серая зона». Не изгой, не нарушитель, но и не элита.
- Пап, смотри! - Марк ткнул пальцем в экран планшета, где мелькали цифры его личного школьного прогресса. А потом, повернувшись к Алисе, спросил с детской прямотой, от которой у неё свело живот: - Мам, а почему у тебя рейтинг не такой, как у папы?
Грег хмыкнул, не отрываясь от чтения сводки биржевых прогнозов. Его губы дрогнули в улыбке - не надменной, скорее рассеянной. Словно ребёнок спросил, почему небо синее.
- Потому что мама занята самым важным - вами, - сказала Алиса, и её голос был тёплым и тягучим, как патока. Она провела рукой по волосам Марка, чувствуя под пальцами мягкие вихры. Сейчас это звучало как величайшая из похвал. Как признание высшей миссии. - Понимаешь, некоторые вещи важнее цифр.
Марк кивнул, удовлетворившись ответом, и вернулся к планшету. Но на секунду Алисе показалось, что в его глазах мелькнуло сомнение. Или ей просто показалось.
Она проводила Грега к лифту. В коридоре их квартиры всегда пахло чем-то нейтрально-цветочным. Ароматизатор «Утро в горах», одобренный психологами Системы для снижения тревожности. Галстук мужа был завязан идеально - спасибо роботу-гладильщику, который обработал его паром и сложил в узел «Виндзор» с точностью до миллиметра. Но Алиса всё равно шагнула вперёд и на секунду задержала пальцы на шёлковом узле, будто поправляя невидимую складку. Она делала это каждое утро уже девятнадцать лет. Когда-то Грег улыбался и говорил: «Ты единственная, кому я доверяю свой галстук». Теперь он просто ждал, пока она закончит, глядя в расписание на линзе.
Она сунула ему в портфель бумажный пакет с сэндвичем. Домашний хлеб, запечённая индейка, лист салата - всё из разрешённого списка, но приготовленное её руками. Не кухонным автоматом.
- Алиса, не надо было, - Грег даже не посмотрел на пакет, просто сунул его в боковой карман, где ему было суждено пролежать до вечера нетронутым. В клубном ресторане «Эпсилон» сегодня подавали террин из фуа-гра с инжирным конфитюром, и Грег никогда не пропускал деловые ланчи. - Спасибо.
Он поцеловал её в висок. Сухо, быстро, точно в ту точку, которую Система рекомендовала для «поддержания семейного контакта» у пар с разницей в рейтинге более двух пунктов. В ту же секунду Алиса услышала лёгкий щелчок браслета на его запястье. Система зафиксировала: «Гражданин Г. Блан. Действие: проявлена забота о члене семьи. +0.01 к социальному коэффициенту».
Ему капал бонус просто за то, что он стоял рядом.
Ей за этот узел, за этот сэндвич, за девятнадцать лет неучтённых чувств и переживаний - ничего. Просто четкое выполнение должностной инструкции «Мать и Жена». Делаешь - молодец. Плохо делаешь - минус к социальному рейтингу.
Двери лифта закрылись. Алиса осталась в коридоре одна.
Через двадцать минут - детский сад сектора «Лазурный-4». Вестибюль, залитый белым светом без теней, наполненный тишиной и едва уловимым запахом озона от работающих санитайзеров. Алиса вела Тео за руку. Марк уже ушёл в школьное крыло - его пропустили автоматически, сканировав высокий семейный рейтинг отца.
Воспитательница-андроид с безупречным лицом, синтетической улыбкой и голосом без интонаций заблокировала турникет прямо перед носом Алисы. Прозрачный экран замерцал красным.
- Родитель с рейтингом 7.2, - холодно проинформировал андроид, сканируя Алису от туфель до корней волос. Луч прошёлся по её лицу, на секунду задержавшись на морщинках у глаз - тех самых, которые Система рекомендовала убрать ещё год назад. - Доступ в группу «Солнечные Зайчики» запрещён без биометрического подтверждения второго родителя с рейтингом выше 8.0. Передать ребёнка дежурному персоналу?
Тео поднял глаза на мать. Он ещё не понимал, что происходит, но чувствовал, что что-то не так. Его пальцы крепче сжали её ладонь.
- Конечно, - Алиса улыбнулась ослепительно и широко, так, как учили на курсах «Имидж Гармоничной Гражданки» десять лет назад. Она присела на корточки перед сыном и поправила воротник его курточки. - Хорошего дня, мой зайчик. Мама заберёт тебя вечером.