Юлия Ковальчук – Хозяйка древнего погоста (страница 4)

Могила сжала кулаки так, что кожа на костяшках пальцев сильно натянулась и побелела. Она не хотела быть одаренной и надеялась, что будет тихо и мирно приглядывать за кладбищем, а особенно за старым мраморным склепом, и изредка гадать местным по дешевке, но как же Гера ошибалась!

— Докажите, что вы достойный потомок Могильных, ведь ваши предки на протяжении веков служили во благо городу! — не унимался Тим.

— Вызов принят, капитан! — выдала Могила. — А теперь я хочу побыть одна и отдохнуть с дороги, можно?

— Можно! Завтра утром я буду у вас!

ГЛАВА 3. ДЕЛУ — ВРЕМЯ, А ПОТЕХЕ — ЧАС

Гера вошла в особняк, не только скрипя дверью, но и скрепя душу с сердцем. Жить в этом мрачном и большом доме, да еще и одной — участь незавидная. Она и в детстве это место не очень-то любила. Маленькой Могиле всегда было не по себе, особенно ночью, когда призрак одноглазого кота давно усопшей графини мешал спать и проказничал. И сколько Гера ни пыталась наладить с ним контакт — не получалось. Противный он был до жути. Теперь-то его, наверное, больше нет, ведь дед должен был отправить одноглазую живность к его важной хозяйке. Мысли о коте вылетели из головы девушки, когда она прошла парадную залу, где на обитых синим бархатом стенах в резных рамках висели портреты ее предков. Также настенные кованые бра в виде лилий напоминали Гере о том, как же тут все старомодно и мрачно. Особенно ей не нравились тяжелые, такого же цвета, что и стены, шторы, которые не пропускали ни одного светлого лучика через себя. Могила остановилась у массивной лестницы с резными перилами, сжала крепче свой чемодан и, скрипя уже половицами, с трудом поднялась на второй этаж в свою комнату, где ничего с ее уходом не поменялось. Деревянная дубовая кровать, шкаф из темного бука, трюмо и круглая люстра с лампочками, напоминающими свечи, тот еще отстой. И пусть она росла в пансионе, зато там спальня девочек была светлой. И главное, в приюте они жили вчетвером и рассказывали по ночам ужастики, смеялись над шутками и наивно радовались каждому прожитому дню. Однако детство давно прошло, и от этого делалось грустно. Могила открыла чемодан, нашла в нем банные принадлежности и двинулась в ванную, которая находилась в конце небольшого коридора. Она бы сейчас приняла душ, как, например, в столичном общежитии, но посередине средних размеров комнаты стояла огромная чугунная овальная чаша на ножках, в которую только нырять. Дед всегда говорил, что эта чаша осталась еще со времен графини Лукерьи Могильной, а посему она антикварная и имеет большую ценность. И как бы помпезно тут ни было, но запахи сырости и затхлости портили все. Девушка открыла кран, прошлась по холодному кафелю к маленькому окну и распахнула его. Свежий летний воздух мгновенно проник в санузел и немного расслабил недовольную новую хозяйку особняка и кладбища. Гера скинула с себя халат и погрузилась в теплую ванную, а пока отмокала, думала о хмуром типе и его вызове. Зачем она его приняла? Черт знает! Ей бы привыкать к этому месту, завести новых знакомых, а может, и ухажера, например, того таксиста Данилу. Парень молод, весел и чертовски хорош собой, особенно его русые густые волосы, достигающие плеч. С ним можно было бы сегодня немножечко покутить и погулять по городу. Как вдруг краем глаза Гера увидела, как промелькнула какая-то тень. Девушка насторожилась и откинула мысли о Даниле прочь.

— Кто здесь? — выдала Могила и схватилась за края чугунной чаши. За спиной громко рассыпались по полу стоящие в стаканчике на умывальнике зубные щетки, а открытое окно само по себе с грохотом захлопнулось так, что от неожиданности Гера подскочила на месте. — Кто ты? Ну-ка, покажись! — набравшись смелости, буркнула она. Девушка понимала, что в ванной не одна, а с потусторонним существом. Однако непонимание, кто оно, то существо, ужасно страшило. А затем резко задвигались шторы на карнизах. Они как бешеные ходили туда-сюда, от чего Могила и вовсе опешила. А когда на запотевшем зеркале начали появляться буквы, сердце девичье застучало так, что казалось, оно в груди отбивает чечетку. «Поди прочь!» — прочитала Гера на стекле, а затем медленно вылезла из пены, рукой дотянулась до махрового полотенца и только успела накинуть его на обнаженное тело, как ринулась к двери. За ее спиной снова громко стукнуло, а после что-то зазвенело, рассыпаясь по кафелю. Гера интуитивно, мигом и босиком, направилась к входной двери. Все-таки инстинкт самосохранения в этой ситуации обострился до предела, поэтому-то нужно было брать руки в ноги и бежать куда глаза глядят. Держа полотенце на груди, Гера резко распахнула дверь и увидела перед собой того самого таксиста. Она почти уперлась в его твердую грудь, а после на шаг отпрянула. Глянула на парня огромными испуганными глазами и еще крепче сжала концы махровой ткани.

— Отличный прием! — усмехнулся Данила и азартно окинул взглядом полуголую девицу. Гера увидела, как поменялся цвет его ауры с еле уловимого голубого на ярко-фиолетовый. Возбуждение. И хоть Данила обещал прийти утром, слово не сдержал. Ему хотелось провести с новой хозяйкой кладбища еще и вечер.

— Эм… на меня напали! — первое, что пришло в голову, выдала Могила. — Да, напали!

— Кто напал? — встрепенулся Данила и сжал кулаки, готовясь защищать даму своего сердца.

— Призрак! Это точно был призрак! — лепетала Гера.

— Хорошо! — уже тише произнес Данила, как бы пытаясь успокоить хозяйку кладбища. — Я с тобой, бояться нечего! Пойдем посмотрим на твоего призрака? — Гера закивала, она понимала, что ей срочно нужно одеться, иначе у Данилы цвет ауры еще не скоро побледнеет, а возбужденный мужчина — это потенциальный маньяк, поэтому не стоит его провоцировать.

— Тут никого нет, наверное, после того, как ты увидела труп у ворот кладбища, тебе просто что-то привиделось, — произнес Данила, когда искал нечто необъяснимое за старомодным умывальником с чугунной раковиной и потускневшим зеркалом, на котором было написано послание новой хозяйке. Однако в ванной комнате уже проветрилось, и оттого стекло снова стало прозрачным и отражающим. — Да еще к тому же ты познакомилась с моим строгим братом, а его натиск и напор никто не выдерживает!

— Это точно, вот где хмурый тип, да и фамилия прям под стать, — ответила Гера, все еще немного подрагивая от пережитого ужаса. Данила это заметил.

— У меня предложение! — выдал тут таксист, одной рукой зарываясь в свои густые волосы.

— Какое?

— Приглашаю тебя на прогулку по городу, — взъерошив немного затылок, продолжил Данила и глянул на Могилу, словно ребенок, который пытается выпросить шоколадку. — Хоть тут городок и маленький, но есть очень даже интересные места! — Данила подмигнул, отчего Гере стало немного спокойнее. Да, ей непременно нужно развеяться, а веселый таксист — отличная компания, не то что этот дом с его тайнами и призраками.

— Ты прав, я быстро приведу себя в порядок, и поедем куда-нибудь! — согласилась Гера и глянула на молодого мужчину, у которого аура немного потускнела, но теперь в ней проскальзывали розовые блики радости. Наверное, из-за того, что ему не пришлось долго уговаривать девушку.

— Эм… я тогда внизу тебя подожду!

Гера кивнула и быстро направилась в свою комнату. Распахнула чемодан, подхватила бежевые короткие шорты и немедля влезла в них. Затем натянула белую майку, а поверх нее накинула легкую рубаху, концы которой завязала на талии. Затянула волосы в конский хвост и выскочила из комнаты.

— Я готова!

— Тогда вперед, к новым местам?

— Ага, новым, правда, со старыми дырками. Я-то здесь все детство провела, так что больше тебя знаю этот городишко, — усмехнулась Могила и вышла сквозь галантно открытую Данилой дверь.

Как же была права Гера, когда вновь прогуливалась пешком по местному городскому парку с каруселями и качелями! Дед хоть и не часто, но приводил ее в это место, где Могила могла весело провести время. Взгляд ее задержался у фонтана, струи которого били из-под земли и устремлялись высоко в небо. Местная ребятня плескалась под теплой водой и громко смеялась, Гере даже немного взгрустнулось от нахлынувшего дежавю. Вдруг сильные руки Данилы сжались на ее талии, а затем в одно мгновенье Могила оказалась рядом со смеющейся толпой ребятишек. Она немного опешила от такого детского поступка мужчины и, чувствуя, как намокает с каждой секундой, выдала: — Ты сумасшедший! Точно, сумасшедший!

— Есть немного! — широко улыбнулся Данила, показывая ровные белые зубы, а затем быстро оказался под теплыми струями рядом с Герой. А дальше все закрутилось и завертелось так, что казалось, Могила снова стала маленькой, а значит, можно немного и порезвиться. Она перескакивала между бьющими ключами, Данила за ней. Он пытался поймать девушку, но она ускользала. Им было весело. Ей было весело до тех пор, пока Гера краем глаза не увидела в наблюдающей за детьми толпе родителей знакомый силуэт.

— Дед?! — удивленно выдала она и резко остановилась. Смахнула с лица капли воды, попыталась разглядеть фигуру, но среди народа никого знакомого не было. Неужели привиделось?

— Гера, что с тобой? — удивился Данила смене настроения девушки.

— Нет, ничего! — мотнула она головой. — Просто показалось, — выдала Гера и быстро вышла из фонтана, так ей горько еще никогда не было. На душе скребли кошки, а в горле скопился комок скорби по усопшему родственнику. Хоть они и не были слишком близки, однако дед у нее до своей смерти оставался единственным родным человеком. После гибели родителей он стал ей опекуном и растил как мог. В уголках глаз сильно зажгло, слезы быстро скапливались, а затем, не в силах более их удерживать, Могила дала волю чувствам. Она сама не понимала, как и в какой момент оказалась плачущей на груди таксиста, что крепко обнимал ее одной рукой, а другой ласково проводил по мокрым волосам.