Юлия Каменева – Особенные сны (страница 5)
Постепенно она увеличивала дистанцию прогулок, позволяя Лёне двигаться в удобном для него темпе. Всё чаще он останавливался, чтобы рассмотреть цветы, растущие в тротуарных щелях, и Анна давала ему время на эти исследования. Она мягко разговаривала с ним, когда он нервничал, веря, что тот её слушает.
Лёня всегда делал остановку напротив пекарни — вдохнуть аромат сдобных круассанов, пробуждающий аппетит и вызывающий журчание в животе. Лёня редко испытывал голод, запахи из столовой в детском доме его не привлекали. Но завтрак по утрам и эта пекарня — это нечто другое. Он стоял подолгу, словно желая попробовать выпечку, но наотрез отказывался заходить в кондитерскую.
С каждым последующим выходом Лёня всё больше осваивался. Его стали чаще привлекать новые объекты и запахи, и, случалось, он разглядывал людей.
Лёня приноравливался к реальному миру и ближе подходил к Анне, позволяя стать своей спутницей. Когда мальчик в первый раз взял её за руку, она запнулась, вмиг забыв, про что рассказывала. Вдруг померещилось? Вдруг это ошибка? Преддверие истерики…
А потом счастливо улыбнулась. Он был готов открыться ей, и это прикосновение — знак доверия и принятия. Дистанция стала для него лишней.
Когда-то, лет десять назад, тогда ещё не муж, а просто новый знакомый, Андрей удивил Анну: позвонил утром в выходной и попросил составить ему компанию на несколько дней. Не зная, куда её везут, девушка мучилась догадками. Даже уже стоя в очереди в аэропорту, не сразу поняла, что они едут в Токио. Зато догадалась, для чего Андрею понадобился её загранпаспорт за месяц до этого. Для неё это было первое большое путешествие.
Под цветущей сакурой в замке Химэдзи Анна получила предложение стать женой. Этого мгновения ей никогда не забыть! Любуясь местной архитектурой, она отвлеклась на то, чтобы смахнуть с волос и плеч розовые лепестки, а обернувшись, увидела перед собой белую коробочку с кольцом. Оно было в цвет упаковки, если так можно сказать о глянцевом металле, — дорогое, изумительно белое золото! Андрей с улыбкой смотрел подруге в глаза. Она поняла всё без слов и подала руку, чтобы он надел кольцо на палец. Порыв ветра в момент их поцелуя ещё больше усилил вихрь розовых лепестков сакуры. Даже в клипах на самые романтичные песни Анна не представляла кадра красивее. После этого они отправились в ближайший храм и купили талисманы на удачу. Японский красный лоскут продолжает лежать в кармане её сумки. С тех пор сакура для Анны стала олицетворением счастья.
Но восторг от прикосновения Лёни вызвал куда больше эмоций, да простят её Токио и сакура. Тепло разлилось по всему телу прямо от сердца. Анне казалось, что в этот миг нет ничего значительнее её любви к ребёнку, и сама весна, что окружала их, есть результат проявленной нежности. Женщина хотела подарить ему этот мир; хотела, чтобы Лёня улыбался, смеялся, крепко обнимал её. Ах, прижать бы его к себе! Она обязательно этого добьётся однажды!
Если б не лёгкая вязаная шапочка, то Анна бы точно не удержалась и погладила сына по его непослушным вихрам.
Такое вот маленькое, но огромное достижение.
Освоив прогулки, Анна осмелилась сходить с Лёней в магазин за свечами для торта и за сладостями к столу.
Лёня уже месяц жил с ними, и Анна с Андреем решили устроить маленький семейный праздник — посидеть втроём и отметить эту дату. Никого больше не пригласили — до сих пор не понимали поведения Лёни и опасались его реакции на других людей.
Лариса Антоновна тоже пока не изъявляла желания увидеться с появившимся внуком.
Зная мать, Андрей предполагал, что через какое-то время она смирится. Возможно, к тому времени и Лёне будет проще контактировать с новыми людьми в его окружении.
Анна собрала все двенадцать пластмассовых букв — сын болезненно реагировал на потерю даже одной из них — и рассовала их по карманам детской курточки. Интересно, куда делись остальные? Другие ребята из приюта отняли или сломали?
Мальчик уже знал, что это означало выход из дома, и начал раскачиваться, успокаивая себя.
— Мы просто погуляем, — приговаривала Анна, зашнуровывая сыну кроссовки.
До магазина Анна повела ребёнка кружным путём, через уже знакомую набережную, чтобы тот успокоился.
Вот и супермаркет, ближайший к ним. Лёня пусть и робко, но всё-таки зашёл в него, несколько минут предварительно постояв перед автоматическими дверьми и наблюдая, как они работают.
Она осторожно, но уверенно вела Лёню по магазину. Вернее, Анна шла, а мальчик еле переставлял ноги, держа дистанцию. Как всегда, когда чего-то боялся.
В магазине от обилия звуков и ароматов ребёнок растерялся. Голоса покупателей, музыка в динамиках и треск кассовых аппаратов перегрузили сознание Лёни. Дыхание сбивалось, он то и дело судорожно открывал рот, как рыбка на берегу.
Анна завела плавную беседу, описывая всё, что они покупают и видят на полках.
— Лёня, это огурцы. Они хрустящие и свежие, — говорила она. — А этот пар сохраняет свежими лук и укроп. Вот тут лежат творог и йогурты. Давай посмотрим молоко и масло? У нас закончилось молоко для блинчиков. Ты мой помощник, будем вместе их готовить.
Под совместной готовкой Анна подразумевала лишь присутствие сына на кухне. Но иногда тот проявлял инициативу и начинал орудовать венчиком, когда тесто в кастрюле уже и так было размешано. Мальчик заглядывал вглубь ёмкости, будто искал что-то в бежевой густой жидкости, а венчиком работал так медленно, словно исполнял особый ритуал или же медитировал. Анна поглядывала на него, затаив дыхание, и не отвлекала, сколько бы времени ни занимала его «помощь». Спустя пятнадцать или двадцать минут он с безучастным видом садился на табурет, возвращаясь к своим любимым буквам.
Анна рассказывала ему, как покупатели выбирают продукты и какие бренды предпочитают. Она не была уверена, что её слова проникают сквозь молчаливую броню сына, но старалась успокоить его хотя бы голосом, а заодно поделиться знаниями.
Лёня резко замер возле стеллажа с соками и стал разглядывать яркие пачки. Он по очереди брал одну упаковку за другой, гладил их и аккуратно ставил обратно в том же порядке, в каком они и стояли.
— Это соки, — объяснила Анна, не поняв смысла его действий. — Они бывают из натуральных фруктов, а есть те, в которых намешаны различные добавки. Такие соки неполезны. А лучше всего варить дома компот. Как я делаю. Тебе нравятся мои компоты?
* * *
— Это соки. Они бывают из натуральных фруктов, а есть те, в которых намешаны различные добавки. Такие соки неполезны. А лучше всего варить дома компот. Как я делаю. Тебе нравятся мои компоты? —
* * *
По случаю семейного праздника Андрей вернулся из офиса пораньше. Анна ждала его в своём любимом серебряном платье с блёстками. С появлением Лёни оно продолжало лежать в шкафу. Выйти в нём повода так и не представилось.
Андрей привёз торт с шоколадными мишками. Анна заказала его на сайте той самой соседней пекарни. Она верила, что со временем они с Лёней смогут попить там чаю с пирожными. Но пока Лёня боялся в неё заходить. И пекарня стала неким рубежом, который нужно преодолеть.
Лёня уже не нервничал при виде Андрея — принял его как часть своей новой жизни. Анна с утра объяснила мальчику, что у них праздник. Сложно было судить, понял ли её сын, однако он сам вышел из спальни и сел за стол, услышав звонок в дверь.
Анна положила Лёне на тарелку мясо и пюре и пододвинула поближе два блюда с салатами. Он равнодушно съел содержимое своей тарелки, а к салатам не притронулся.
— Ну а теперь приступим к самому приятному, — объявила Анна. — Андрей, зажигай свечку!
— Слушаюсь!
— Давайте загадывать желания, — предложила Анна, но вдруг осеклась…
Лёня внезапно приподнялся на стуле и поднёс одну из букв к пламени. Мальчик заворожённо воззрился на огонь, плавящий пластик и подбирающийся к пальцам. Взрослые не сразу успели среагировать, настолько движения были стремительны.