Юлия Фадеева – Концерт в декабре (страница 27)

- Юля! Привет! Ты теперь рассказы пишешь? Ну молодец! Все-таки не зря спала с Воробьевым! Идешь вверх по карьерной лестнице!

Откровенный стеб, насмешки, желание уколоть, причинить еще больше боли. Прошлое не стирается, не забывается. Тебе не прощали, что ты была любовницей Воробьева Саши, и газетные статьи, выходящие под красноречивыми заголовками – «Из грязи в князи», «Талант не пропадет», «Начни карьеру с малого» и тому подобное, заставляли тебя сжимать кулаки от злости.

Ну почему от тебя никто не отстанет?..

Наташка приводила твои счета в порядок и говорила, что все это лишь признак увеличивающегося интереса к твое персоне.

Скажем, ладно, без Наташки вообще ничего бы не было… Не было бы ни того концерта в декабре, ни Сашки, ни контрактов…

Она пожимала плечами и говорила:

- Забей, крошка!

И ты закрывала дверь комнаты, уединялась в своем маленьком мирке, и снова набрасывалась на компьютер. Куча идей, миллион сложившихся историй в голове. Не хватало пары рук, чтобы все это записать, зафиксировать, возникало чувство, будто ты захлебываешься своими мыслями, не успеваешь за ними. И тогда требовалась пауза – ты отключалась, перестраивалась, а потом в голове снова всплывали фразы, диалоги, и ты тут же начинала записывать, боясь, что мысль уйдет.

Ты редко ходила на всякие тусовки. Тебя, скорее, можно было увидеть, гуляющей в полном одиночестве в парке или на берегу реки. Еще ты любила ездить в другие страны. Страсть к приключениям, к ярким моментам была жива всегда, и только сейчас ты смогла воплотить свои мечты в реальность – горы Тибета, пустыни, холмы Лос-Анжелеса. И мир такой огромный…

Множество новых знакомых, новых идей. Ты почти не появлялась в Москве, передала все дела Наташке – пусть решает. Только ежедневно скидывала ей по почте новую порцию своих идей, изложенных красиво, тонко, с легким юмором. Ты совершенствовала свой стиль написания, тебе нравилось то, чем ты занималась. Ни одно другое дело – ни ужин в дорогом ресторане, ни опера, ни секс с мужчиной – не могли дать тебе того, что давало творчество. Когда ты подходила к компьютеру, тебя охватывала дрожь, как у маньяка, как у нимфоманки перед половым актом. И всегда было мало.

И всегда хотелось еще больше.

Одержимость?

Очень может быть…

Проходило время, и образы прошлого постепенно стирались из памяти. И казалось, что и боли совсем нет. Словно это была не ты – а совсем другая девчонка, наивная, молодая, недавно столкнувшаяся с жизнью.

Ты с кем-то встречалась, расставалась, плакала, смеялась, снова и снова бросалась с головой в очередную жизненную авантюру, приезжала домой, к маме, которая теперь гордилась тобой, и отдыхала, набираясь сил для нового рывка в Москву. И там – сотни лиц, узнававших тебя на улице, просьбы сфотографироваться, премьеры, премии, встречи, договоры, ужины…

Мегаполис снова принимал тебя измученным чревом – дрожал, манил, обещал, соблазнял, а ты шла на поводу.

Даже не верилось, что все успело вырасти до таких размахов за…всего за пару-тройку лет. А Наташка лукаво поднимала брови:

- Видишь, какая я молодец?

Ты смеялась и обнимала подругу. Только смотрела не нее совсем иным взглядом. Ближе ее у тебя все равно никого не было, так почему бы и не…

Стоп! Ты снова засмеялась над своими мыслями. Ну взбредет же что-то в голову, а?

Ладно бы фантазии оживали только в книгах, но в реальной жизни?..

До сих пор тебя привлекали только мужчины. Но мысль о том, что между тобой и Наташкой что-то может быть, не вызывала отвращение. Наоборот, притягивала, заставляла подолгу смотреть на нее, воображать, какая она – нежная ли, страстная?

В конце концов, почему бы и нет? Ведь бывает такое, что даже братья…

Отклик воспоминания болью отозвался в груди.

Братья Воробьевы… Zipp…

Только сейчас это была совсем другая боль – менее острая, менее страшная. Может, покрытая пылью времени, с прослойками из нового опыта и нового взгляда на мир. Ты помнила, как было тяжело в первые месяцы, как ты старалась уйти от воспоминаний, забыться. Страдала конечно, как бы ни пыталась спрятаться.

И сейчас, когда жизнь снова забила ключом, когда каждый день для тебя наполнен новыми делами, открытиями, надеждой, ты почему-то вновь ностальгируешь.

С грустной улыбкой вспоминаешь Сашку – его искренний, заразительный смех, гримасы, подколы над Темой, ваши с Кристиной перепалки, суету перед концертами, огонь триумфа в глазах Ромы, его милую детскую улыбку, непосредственность.

Как черно-белые слайды на старой пленке.

Нет, уже не ранило то самое воспоминание о мужчинах, сжимающих друг друга в объятиях. Даже спустя время ты будто наяву видела их поцелуи и бережные движения, слышала стоны, ласковый шепот.

Да, конечно, за эти годы ты видела многое, но эта страсть, эти отношения казались самыми чистыми и правильными из всех.

Если не жил рядом с ними, с этими братишками, не понять.

А вот ты, спустя несколько месяцев после отъезда домой, поняла, что с Сашей у вас в любом случае ничего бы не получилось: не тот он человек, чтобы быть верным и преданным. Для него любая девушка всегда оставалась бы на втором месте – после брата. Так что на самом деле ваше с ним расставание было вполне закономерно.

И ты никогда раньше не сомневалась в правильности своего выбора.

А вот если бы задали вопрос сейчас, ты бы задумалась. Верно говорят: чтобы не жалеть о неиспользованных шансах, надо идти до конца. И фразу «если любишь, то отпусти» придумали слабаки. А ты поверила.

Странно, но в последнее время ты не только ничего не слышала о них, но и не видела, не встречала никогда. А ведь должна была бы – ну хоть когда-нибудь, потому что мир на самом деле не такой уж и большой. А здесь – пустота, забвение.

И страшно от этого.

До дрожи вдруг захотелось услышать Ромкин голос. Хоть какую-нибудь песню. Но, обыскав все полки, вспомнила, что диски ты выкинула.

Интернет не хотел грузиться – в этом отдаленном районе Москвы он вообще работал плохо – ты целый час чертыхалась и насылала проклятья на свой компьютер, хотя он-то как раз и не был виноват. Когда на экране появилось очередное сообщение о том, что соединение потеряно, ты психанула, надела куртку и выбежала из дома.

Что угодно, только бы не сидеть на месте, сгорая от желания узнать что-нибудь о жизни Воробьевых, и невозможности его осуществить…

Кто знает, а может, ты просто бежала от себя и этих непрошенных, нежданных воспоминаний.

Октябрь…

Холодный ветер срывал листья с деревьев, забирался под одежду, вызывая мурашки на коже.

Как раз то, что нужно, чтобы остудить злость.

Ноги сами привели тебя к тому клубу. Сейчас уже не «IbiZZa», а как-то там еще. Да и не клуб уже вовсе, а бар с множеством желающих бесцельно прокутить вечер.

Ты не обратила внимания, просто поднялась наверх, охранник нахмурился было, но потом узнал тебя:

- О, моя жена ваша поклонница. Перечитала все книги, наверное!

- Спасибо. Передавайте ей привет.

Громкая музыка не для тебя сегодня. Ты прошла в бар, попросила текилы. Мужчина за столиком напротив заинтересованно наблюдал за тобой, улыбаясь, видимо, надеялся завязать знакомство, но ты отвернулась.

Не сегодня, нет. Это – ночь из прошлого. Это всего лишь сон.

Мужчины, женщины, влюбленные парочки… Они проходили мимо тебя, и казалось, что каждый оставляет отпечаток на душе.

Сколько пройдет времени, сколько надо выпить, чтобы заглушить, стереть наполняющие голову образы и силуэты?

Идешь в туалет, и вдруг в дверях сталкиваешься с высоким парнем.

- Извините…

На тебя в упор смотрят знакомые голубые глаза.

- Юля?

- Рыжик?! Антон!

Да, так и есть – его веснушчатое лицо, выбивающиеся из под капюшона золотистые волосы. Только вот глаза не горят, как раньше.

- Как же давно… Антон…

- Ну привет, - он усмехнулся.

Вот уж точно так не бывает на самом деле!

Пока не вспоминала о них, никого не видела, но стоило только дать слабинку – как бац! – Рыжик.

- Я давно тебя не видела.

- А я наслышан о тебе. Сказки сочиняешь?

- Эй, может, отойдете от туалета? – послышался голос за спиной, и огромный мужчина попытался бочком протиснуться мимо тебя.