Юлия Эллисон – Знахарка для оркского племени (страница 13)

Усталость отступила, уступив место странной смеси — профессиональному азарту, щемящей тревоге и какому-то смиренному восхищению тем, что я вообще это сделала.

Громор осторожно приподнялся. Его янтарные глаза смотрели на меня с немым вопросом, в котором читалось и доверие, и тень страха.

— Ну что? — Его низкий голос прозвучал как гром среди ясного неба. — Будешь меня резать?

Мое сердце сжалось. Я взглянула на него поверх снимков, пытаясь скрыть внезапную дрожь в руках.

— А ты не боишься? — спросила, и голос мой прозвучал чуть хрипло.

— Орки не боятся. — Он хмыкнул, но в глазах мелькнула тень сомнения. — Особенно своих жен. Ты знахарь. Ты знаешь.

— Я тебе не жена, — автоматически парировала я, чувствуя, как по щекам разливается краска, и ткнула пальцем в самый страшный снимок. — Смотри. Вот эти осколки — их нужно убирать. Все. А это… — провела пальцем по серебристой сетке, и у меня заныло в груди, — черт знает что такое. Возможно, как раз эта твоя магия. Она держит, но… мешает заживлению. Как кривой гипс.

Громор смотрел на снимок, и я видела, как он напрягается, пытаясь понять.

— Резать — значит убрать магию?

— Частично. Сначала осколки, потом… — я глубоко вздохнула, чувствуя тяжесть ответственности, — потом разберемся с этой странной паутиной. Без нее ты… можешь не двигаться какое-то время. Долгое время.

Он задумался. Его лицо стало каменным, челюсти сжались. Я видела, как он борется с собой, со страхом, с болью.

— Долго? — его голос прозвучал приглушенно.

— Не знаю, — призналась, и от этой честности стало одновременно страшно и спокойно. — Неделя. Месяц. А может… — я не стала договаривать, глядя на разорванные мышцы. — Риск есть. Большой риск.

Он медленно кивнул. В его глазах погасла последняя тень сомнения, осталась только твердая, как скала, решимость.

— Делай. Лучше риск. Я воин.

Меня пронзила острая, щемящая жалость и… уважение. Эта простая, грубая храбрость тронула до глубины души.

— Хорошо, — сказала тихо, собирая снимки, стараясь, чтобы руки не дрожали. — Но мне нужна подготовка. И помощники. Одной не справиться.

— Мои братья помогут, — сразу же сказал он. — Сильные. Слушаются.

— Речь не о силе. — Я попыталась улыбнуться, но получилось натянуто. — Нужна стерильность, инструменты… В общем, — я встретилась с ним взглядом, и в груди что-то екнуло, — готовься, зеленый. Скоро у нас будет очень интересный день.

Орк хмыкнул, и в его глазах мелькнуло что-то теплое, почти нежное.

— Хорошая жена. Не боится. Режет мужа.

— Не жена! — рявкнула я, но в голосе уже не было злости. — Пока что — твой личный мучитель со скальпелем. И не вздумай об этом забывать.

Глава 14

Не знаю, где эти зеленые взяли оборудование — то ли ограбили пару современных клиник, то ли заключили сделку с каким-нибудь межпространственным поставщиком медицинской техники, — но мне представили целую лабораторию этим же днем. И это было нечто!

Я стояла на пороге нового шатра, и у меня отвисла челюсть. Внутри, под светом тех же светящихся камней, но теперь встроенных в потолок, стояли белоснежные столы, на которых разместились современные микроскопы, центрифуги, анализаторы и целые стеллажи с реактивами — от обычных солей до каких-то флаконов с цветными этикетками.

Воздух пах озоном, стерильностью и чем-то сладковатым и незнакомым. Настоящий рай для лаборанта и кошмар для уборщицы.

Я была поражена.

Отчасти тем, где они все это взяли (неужели и правда у драконов и эльфов есть каталог медицинского оборудования?). А отчасти — тем, что мне, похоже, предстоит стать не просто хирургом и главврачом больницы, а и настоящим врачом-универсалом: и диагност, и лаборант, и, черт побери, наверное, еще и анестезиолог.

Хорошо, что я в универе не прогуливала и хоть что-то помню из биохимии. Придется освежать знания.

Братья вождя, как по расписанию, снова пригласили меня на ужин. Плохо, когда спишь до обеда, — весь день потом ощущаешь себя выбитым из ритма.

Пока я настраивала аппараты и осматривала лабораторию, солнце уже успело изрядно переместиться по небу. Немного утолив голод вкусной, дымной похлебкой и заев ее чем-то вроде лепешки с медом, решила, что пора поднять важную тему для разговора. Откладывать было нельзя.

— Мне нужна операционная, — поделилась я, отставляя деревянную миску. — Это специальное, абсолютно чистое помещение, где нет ни пылинки. Стерильное. — Я посмотрела на их лица, пытаясь понять, донесла ли мысль. — И мне нужен помощник. Тот, кто достаточно умел, способен работать с мелкими деталями, не дрогнет в ответственный момент и, что важно, не боится крови.

— Орки не боятся крови! — немедленно стукнул себя в грудь один из братьев — тот, что со шрамом через все лицо и густыми косичками, вплетенными в волосы.

Его имя, кажется, было Горш. По крайней мере, сегодня после обеда все мне представлялись, и я постаралась запомнить хоть часть имен.

Кивнула, сдерживая вздох. Должны же они хоть чего-то бояться. Пауков, например. Или критики.

— И еще вы должны четко понимать и принять, — продолжила я, глядя по очереди на каждого, — что после операции ваш… брат, — чуть не сказала «жених», но вовремя поймала себя, — какое-то время будет неспособен двигаться. Возможно, долгое время. А возможно… — я сделала паузу, чтобы слова прозвучали весомее, — и навсегда. Это очень серьезный риск.

Громор сидел чуть поодаль, его мощная спина была прямой, но взгляд — отрешенным, устремленным куда-то вдаль, в свое возможное будущее, где он был бы беспомощным. Он молчал.

Один из братьев — тот, что был чуть моложе, с ясными, умными глазами и без лишних украшений, только с простым кожаным шнурком на запястье, — кивнул мне. Его звали, кажется, Дург.

— Смена вождя грядет, — сделал он неожиданный, но, видимо, логичный для них вывод. — Мы готовы.

Я не спорила, так как не знала их реалий жизни. Может, у них так и принято: если вождь пал, его место занимает следующий по силе.

— А как у вас вообще выбирается вождь? — уточнила из чистого любопытства.

— Сильный воин, — сказал другой брат, самый массивный из всех, с руками, как стволы деревьев, и шеей, на которой висело ожерелье из когтей какого-то огромного хищника. Его имя было Борг. — Тот, кто победит в Битве Претендентов.

— То есть у вас какие-то гладиаторские игры? — подняла я брови.

Слово «гладиаторские» прозвучало на эльфийском немного странно, словно язык слегка исказил его смысл, подстроив под местные реалии.

Орки дружно кивнули. В их глазах читалось не возмущение, а скорее одобрение — мол, наконец-то ты начала понимать наши суровые порядки.

— После луны Пепла, — добавил Дург. — Если вождь не может вести племя, мы сходимся на Круге Камней.

Я представила эту картину: одиннадцать зеленых громил, сходящихся в бою за право возглавить племя. Зрелище, должно быть, впечатляющее. И немного пугающее.

— Понятно, — сказала, чувствуя, как на плечи ложится дополнительная тяжесть. От результата моей работы теперь зависела не только жизнь Громора, но и стабильность всего племени. — Что ж, — я поднялась с пня, отряхивая джинсы, — тогда мне тем более нужна та операционная. И чем быстрее, тем лучше. Пока ваш вождь еще может хоть как-то ходить, мы должны успеть. И найдите мне помощника. Пусть придет завтра утром. Я проверю его… умения.

Орки снова кивнули — на этот раз с деловой серьезностью. Но я заметила, как Дург, тот, что с умными глазами, переглянулся с Громором. Казалось, между ними прошел какой-то безмолвный диалог.

— У нас есть пещера, — неожиданно сказал Громор. Его голос прозвучал глухо, но уверенно. — Сухая. Чистая. Можно сделать… стерильной.

Я снова удивленно подняла бровь. Пещера? Ну, почему бы и нет. В конце концов, первые операции люди проводили и не в таких условиях.

— Хорошо, — кивнула. — Покажете мне завтра. А насчет помощника…

— Я буду помогать, — сказал Дург, и в его голосе не было ни тени сомнения.

Внимательно посмотрела на него. Из всех братьев он казался самым собранным. Его руки, хоть и большие, выглядели ловкими.

— Ты не боишься, что, если что-то пойдет не так… тебя обвинят? — спросила его прямо.

В конце концов, если вождь умрет или останется калекой на его руках, последствия могут быть печальными.

Дург усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— Если Громор умрет, мне все равно придется выходить на Круг Камней. А если выживет… — он пожал плечами, — значит, племени все еще нужен сильный вождь. Я свой долг исполню.

Такая философия меня, честно говоря, слегка озадачила, но в ней была своя, оркская логика.

— Хорошо. Приходи завтра в лабораторию. Проверим твою… усидчивость.

— Орки не сидят! — тут же возмутился Борг, самый массивный брат.

— Ну значит, постоишь, — парировала я, не сдержав улыбки. — Главное — не уронить ничего важного.

Повернулась к Громору, который все это время молча наблюдал за разговором.

— А ты как ко всему этому относишься? — спросила его прямо. — Твой брат будет мне помогать. Ты ему доверяешь?

Громор медленно кивнул, его взгляд был тяжелым и серьезным.