Yuliya Eff – Комбо (страница 19)

Единственно, вызывала недоумение небольшая стычка за пять минут до совещания: капитан Степан Матвеев неожиданно врезал по челюсти своему напарнику, единоутробному старшему брату, майору Егору Матвееву. И, пожалуй, это была единственная странность за весь день. Просто так, без предупреждения, окликнул в дверях и врезал.

Разняли быстро, достаточно оказалось приказа Федосова, стоявшего наизготове с кульком льда в дверях. Удар правой был отличный — Егор до сих пор держал у скулы лёд, попутно вытирая выступающие в углу рта капли крови. Генерал не разрешил умыться, а дал сплюнуть кровь с выбитым зубом в свою пепельницу. Егор выглядел злым, Степан — виноватым, но оба, доверявшие главному парапсихологу страны, решили отложить обсуждение случившегося до окончания совещания.

— Господин Президент прибыл, — сообщил голос секретаря из переговорного устройства, — разрешить?

В эту же секунду Степан схватился за голову: кровь гулко ударила в виски и отхлынула рикошетом к затылку. Повело в сторону, закружило, захотелось тут же вывернуть на пол сытный завтрак, ибо есть с утра давно привык плотно. «Вот тебе и старость!» — невольно подумал Степан, у которого давление поднималось крайне редко, а тут второй раз за полчаса: первый раз — за минуту до того, как он сам, не ожидая от себя, ударил брата, второй — только что.

— Проводите! — ответил Федосов секретарю, бросив взгляд на Степана, — голова сильно болит?

— Терпимо, товарищ генерал, — но приступ тошноты становился все настойчивей, и Степан потянулся за бутылкой солёной минералки.

— На, выпей, — Ермолай Ильич к головной боли Степана оказался почему-то более сострадательным, чем к кровоподтёку Матвеева-младшего, и сочувственно протянул упаковку таблеток-спазмолитиков.

Президент сел на пустое место рядом с Федосовым. После недолгого приветствия, тот включил проектор и отодвинулся в сторону, чтобы не закрывать собой экран.

— Сегодня вы познакомитесь с первичными результатами эксперимента по влиянию на материю в четвёртом измерении. Эксперимент был проведен мной лично, поскольку теория находилась на стадии догадок. Однако уже сейчас результаты впечатляющие. Прежде всего, я хочу выразить радость по поводу присутствия с нами господина Президента и его доброго здравия. Вы можете разделить эту радость со мной, просмотрев первый ролик.

С первых же минут сидящие в кабинете были обескуражены, а Президент вскрикнул: проектор выплюнул на экран срочные новости с фрагментами съемки покушения на него, главу государства. Известная дикторша ведущего российского канала, а следом за ней еще несколько мировых, огласила в подробностях убийство Президента России террористом-смертником, несколько лет являвшимся пресс-секретарем.

Показали взрыв, ранения десятков людей, оказавшихся рядом. А затем на экране пошли кадры торжественных похорон Президента. Остальных погибших хоронили отдельно.

— Какой-то дурной сон, Ермолай Ильич, — с кривой улыбкой прокомментировал сюжет бледный Президент.

— Это не сон, Виктор Викторович, вас убили в ноябре прошлого года, — Федосов убрал звук, чтобы было удобнее комментировать. — Признаться, это событие стало катализатором к решению попрактиковаться на уровне мирового масштаба. До этого я проводил аналогичные эксперименты на бытовом уровне. Сожалею, что не могу предоставить пафосной заставки: монтировали видео на Втором канале, а вот создать презентацию нового проекта не смог сам и доверить некому было.

Остановил видео и загородил собой экран. Изображение стреляющего в воздух караула частично отпечаталось на лице и костюме генерала Федосова.

— Я назвал этот проект «Третий». Всё достаточно просто: для изменения событий в прошлом необходимо как минимум два человека, наличие третьего даёт более устойчивый алгоритм. В то же время, чем больше людей завязано в этом, тем вероятней сбой просчитанного алгоритма. Поэтому я сделал такой вывод. Задачи каждого из троих следующие. Первый — парапсихолог, второй — транслятор мысли, третий человек — гарант или цель исполнения. В вашем случае, Виктор Викторович, я выполнял функцию управляющего процессом как парапсихолог, транслятором стал Чикризов, ваш старший помощник, устранивший утром того дня вашего пресс-секретаря, а целью были вы…

— В ноябре прошлого года в Интернете и СМИ прокатилась волна провокационных статей о смерти Президента, — вдруг вспомнил капитан Валентин Голубев, — это каким-то образом связано с…?

— Безусловно, — Федосов провел рукой по волосам и отошел в сторону, засунул руки в карманы. — Я изменил историю, но частично она отпечаталась в ноосфере. Изменения касались всего мирового сообщества, это не могло не отразиться на последствиях. Так что это неприятное событие, господин Президент, — отголосок и косвенное доказательство моей правоты.

— Как вы меняете прошлое? — Президент справился с волнением, вытер выступившие слёзы в углах глаз.

— На уровне экстрасенсорного гипнотического вмешательства. На следующей неделе я предоставлю вам полный отчёт с уже зафиксированными мною исследованиями. Сегодня я прошу лишь оказать помощь в дополнительном финансировании. Отчётный период истекает, впереди пора отпусков. Я же предлагаю провести время с пользой, официально разрешить старт, проинструктировать сотрудников и дать возможность провести лето с пользой.

— Даю слово, у вас будет такая возможность, — Президент налил себе минералки из бутылки, которую недавно почал Степан, продолжающий придерживать виски пальцами.

— Спасибо, господин Президент, — слегка поклонился Федосов. — Итак. Вкратце процесс происходит по следующему алгоритму. Я выбираю человека-транслятора, который будет выполнять мои распоряжения в прошлом. Этот человек должен в определенную временную точку иметь пересечение с объектом. Как вы понимаете, этот выбор последует только после тщательного расследования ситуации. В вашем случае, Виктор Викторович, я опросил всех сотрудников СБ на предмет встречи с вашим пресс-секретарем в то утро…

Генерал включил новое видео, на котором помощник Президента стрелял в пресс-секретаря:

— Наиболее подходящей кандидатурой оказался ваш помощник, который встречался с террористом за два часа до предполагаемого события. Нет-нет, Чикризов не сообщник, но у него высокий порог внушаемости. Спустя неделю после ваших похорон я пригласил Чикризова в лабораторию, провел серию бесед. Разумеется, ваш помощник ничего не помнит, однако наличие сильных головных болей в последнее время тому подтверждение. Я проник в его сознание, мы вместе переместились в прошлое на том же ментальном уровне, и я отдал приказ выстрелить в пресс-секретаря… Да, Чикризов спас вам жизнь под моим руководством, господин Президент, и теперь вы должны ему помочь, трибунальная истерия слишком затянулась.

— Чикризов спас мне жизнь… — покорно повторил Президент.

— Ценой собственной свободы, заметьте. Но то, что с тех пор не было совершено ни одного более подготовленного покушения может говорить только о том, что заказчик находится в не меньшей, чем вы, прострации от внезапного раскрытия.

Хейфиц повернулся лицом к сотрудникам, внимательно в полутьме несколько секунд рассматривал капитана Матвеева:

— Я взял на себя смелость повторить эксперимент для членов проекта. Так сказать, чтобы они на собственном опыте увидели результат.

Народ в отряде бывалый, успевший повидать и куски мяса — всё, что оставалось после тел, — однако, некоторые поежились, когда на экране увидели себя. Никого постороннего, на экране находились все присутствующие ныне, каждый на своём месте, в той же самой одежде. Качество записи, правда, оставляло желать лучшего.

— Обратите внимание на дату съёмки — одиннадцатое мая этого года. Девять сорок одна. И вас снимала вон та камера, — Хейфиц ткнул пальцем в сторону пространства над экраном. Все покорно задрали вверх головы. — Сейчас одиннадцать ноль семь, и мы пока не преодолели порог событийного континуума… Что вы видите, товарищ майор?

Матвеев убрал от лица куль со льдом:

— У меня рожа целая, — хмыкнул. На экране он сидел, расслабленно развалясь на стуле и положив локоть на спинку.

Напротив, развернув перпендикулярно столу, визави, — Степан с закрытыми глазами и сам Федосов, вероятно, проводящий сеанс гипноза.

— Но каким образом вы реконструировали записи, если они должны были исчезнуть в изменённом континууме? — спросил старлей Булгаков.

Федосов одобрительно кивнул годному вопросу:

— Об этом вам расскажет мой помощник по IT-технологиям Максим Леонидович Титов, — генерал протянул руку, представляя молодого человека лет двадцати, до этого скромно сидевшего в углу за компьютером. — Несмотря на свой юный возраст, Максим Леонидович успел произвести впечатление на отдел «К». В настоящее время он пока совмещает работу в «Мобайл Геймз», удалённо. Прошу вас, Максим Леонидович.

Молодой человек, смущённый вниманием, прошёл к столу, за которым сидели парапсихологи. Переключил картинку скандального убийства на малопонятную присутствующим схему, на которой единственно, что отчётливо просматривалось — это был рисунок большого облака, от которого шли стрелки к таблицам.

— … Так работает облачный сервер… — Максим минут десять объяснял алгоритм записи, пока не увидел пустоту в глазах слушателей. Решил говорить на их языке. — Я приостановил запись за полчаса до контрольного вмешательства в недалекое прошлое Степана Васильевича, сроком на чуть менее двух часов, и отправил запись на облачный сервер в зашифрованном виде. Плохое качество записи — свидетельство измененного прошлого…