Юлия Дердо – Обнули тревогу за 10 дней (страница 5)

Но в случае с фобиями или паническими атаками этот вопрос не работает. Когда человек начинает спрашивать «Почему со мной это произошло? Почему со мной случилась эта паническая атака?», во-первых, он никогда не узнает правды. До настоящей причины он не докопается. Эти вещи происходят бессознательно. Очень простой пример: шла девушка к метро – дворник подметал улицу – соринка попала в глаз. Сначала девушка этого не заметила, но, зайдя в метро, она почувствовала, что у нее очень сильно зачесались глаза. Ей показалось, что это слезы – «Боже мой! Я плачу. У меня там что? Аллергия? Вагон стучит, мне ничего не слышно. Сердцебиение?». И дальше ей кажется, что паническая атака случилась потому, что она зашла в метро. Но на самом деле она случилась, потому что в глаз попала соринка.

Или девушка поругалась с парнем и не выразила свою злость. Эта злость была подавлена сознанием, в итоге она наорала на подругу. Ей стало за это стыдно. И в этот момент, не выдержав стыда, она испытала паническую атаку. И девушка уверена, что это потому, что она накричала на подругу. Нет! Истинную причину панической атаки понять невозможно.

Паническая атака может случиться из-за любых непереносимых чувств. Нужно понимать, что паническая атака – это самораскручивающийся процесс. Например, из-за стыда у человека краснеет лицо, пульс учащается, ему хочется исчезнуть. И в этот момент он говорит себе: «Боже мой! Пульс растет, я краснею, мне хочется исчезнуть! Ой-ой-ой!» Он пугается этого состояния, начинает к себе прислушиваться. Как только мы начинаем к чему-то в себе прислушиваться, это что-то усиливается: пульс становится еще выше, краска к лицу приливает еще сильнее, исчезнуть хочется еще быстрее. Человек переживает еще мощнее: «Боже мой!! Это растет! Раз это растет, мне нужно контролировать это еще сильнее!» Пытается контролировать свое состояние еще сильнее, старается еще быстрее его подавить и спрятать. И в итоге все это вылезает в такой неконтролируемый приступ, как паническая атака.

Не стоит накручивать себя, обесценивать свои эмоции, но и не стоит их удерживать. Эмоция приходит, чтобы уйти. Эмоция приходит, чтобы дать информацию – как нам быть в той или иной ситуации. Где же выход из состояния тревожности? А выход из состояния тревожности в середине, через указатель «Проживаю».

Мысли о том, почему у меня случилась паническая атака, – это всего лишь попытка контролировать процесс, который вы не контролируете. Вообще не контролируете. Вы не контролируете свои реакции, не контролируете свои эмоции. Это нужно как-то понять, признать – и выдохнуть. Ну ни у кого же сейчас нет ужасного стресса от того, что он не контролирует погоду, что он никак на нее не влияет? Ничего! Научились с этим жить! Для первобытных людей это была проблема. Для современного человека – его привычная реальность. Поэтому пора начать жить спокойно со своими эмоциями.

Понятно, что мы живые люди. Нам иногда может быть страшно, иногда может быть тревожно. Это все наши чувства. Они меняются, мы их не контролируем. И не создавайте себе ловушку, прибавляя к страху еще и чувство вины. Ведь вы понимаете, что между тем, что вы вокруг костра пятнадцать раз обошли и принесли в жертву барашка, и тем, что дождь не пошел, нет связи. Так не вгоняйте себя в этот ад, когда вы начинаете запрещать себе бояться. «Мне нельзя бояться, что я собью человека на машине, а иначе я и правда его собью! И если, не дай бог, какое-то несчастье со мной случилось, то я сам виноват(а). Я же боялся(ась). А раз я боялся(ась), я создал(а) свой страх. И теперь я не просто боюсь, я еще и виноват(а)». Это просто адский ад!

Бояться можно, грустить можно, тревожиться можно. Вы живые люди, вы реагируете на жизнь. Реагировать можно. И хотя вы не контролируете свои эмоции, но вы можете контролировать свое поведение. Потому что когда в приступе страха вам страшно – это одно дело, а когда вы в этом приступе неконтролируемого страха лупите своих детей – это совсем другое дело. Эмоции человек не контролирует. Чувства могут приходить, чувства могут приходить и перепроживаться, и это очень важно понять. Не стоит превращаться в первобытных людей, которые боялись грома и молнии, и подобно им теперь бояться грома и молнии своих эмоций. Но поведение просто необходимо научиться контролировать, чтобы быть взрослым, быть осознанным.

Фраза о том, что мысли материальны (я не знаю, кто ее придумал), – полная ерунда. Мысль не материальна. Если бы мысли были материальны, мы бы все были счастливыми, абсолютно здоровыми миллионерами на своих островах. Увы! Так не происходит, а если и происходит, то далеко не со всеми. Поэтому плохой и ненужный (потому что бесполезный) вопрос «Почему?» должен трансформироваться в хороший конструктивный вопрос – «Как функционирует моя фобия?», или «Как функционирует мой страх?».

И вот это очень хороший вопрос, потому что в поиске ответа на него можно исследовать ваш страх. Как это происходит? Какие мысли предвосхищают то, что вы боитесь, что как только вы подумаете про свой страх, у вас аж спина вспотеет? Как это функционирует, как это происходит, когда начинается? И самое главное – кто участвует в том, чтобы эта проблема оставалась? Как я уже объяснила, паническая атака, как и любой страх, любая фобия, случается просто так. Просто потому, что случается. Но часто она не проходит, потому что проблемы обрастают вторичными выгодами. Я ни в коем случае не хочу сказать, что с вами это случилось, потому что вам это выгодно. Нет. Симптом очень часто возникает просто так, сам по себе. Но когда он уже возник, система этот симптом начинает использовать. И отказываться от этого симптома бывает невыгодно.

У меня есть правило не приводить истории из собственной практики, но приведу пример из практики моего преподавателя, которым она поделилась на одной из лекций. К ней как-то на прием пришла очень красивая пара. Симптоматично было, что они пришли вдвоем – женщина и ее невероятно красивый муж, который был еще и моложе нее. И женщина жаловалась на то, что у нее начались панические атаки. Первая с ней случилась просто в метро, вторая еще где-то. Но усилились они и стали регулярными, когда муж начал подвозить ее на работу и забирать с работы. Она связала свои первые приступы с общественным транспортом, решила, что не может больше им пользоваться, и теперь муж должен ее везде подвозить. И если он не мог по какой-то причине этого сделать и ей приходилось куда-то добираться одной, с ней действительно случался приступ панической атаки.

Психотерапевт применила парадоксальный ход, а панические атаки очень хорошо лечатся парадоксальными предписаниями – паническую атаку нужно выделить и начать благодарить. Она сказала: «Слушайте, это же круто, что у вас паническая атака случилась! Вы должны поблагодарить свою паническую атаку. Ваша паническая атака пришла в ваш дом не просто так. Счастье, что она к вам пришла! Именно она укрепляет вашу семейную жизнь. Благодаря ей вы можете проводить гораздо больше времени со своим мужем».

Затем она обратилась к мужу: «Вы представляете, как ваша жена заботится о семье, какая она молодец, что она рискует своим здоровьем, доводит себя каждый раз до сильного сердцебиения, чтобы проводить с вами больше времени и чтобы вы не чувствовали себя брошенным!». И предписание о том, что, боже, оказывается, это нужно, оказывается, эта атака исполняет такую функцию и в этом месте, конечно, уменьшает интенсивность панических атак.

Или мой любимый пример, который я нашла у психотерапевта Ирвина Ялома. Он описал мужчину, чья жена боялась выходить из дома. При выходе из дома у нее начиналась паническая атака. Муж ее уговаривал выйти хотя бы в магазин через дорогу, вниз – за продуктами или сигаретами, но она не соглашалась. И тогда Ялом рекомендовал мужчине звонить своей жене каждые пять минут и спрашивать: «Милая, ты же никуда не выходишь?».

До этого она сидела дома, потому что была уверена, что от того, дома она или нет, зависит их семейное счастье. И если, не дай бог, она выйдет на улицу, то ее семейное счастье рухнет. Но когда муж стал ей звонить и контролировать ее: «Милая, ты дома сидишь? Сиди, я тебя очень прошу. Очень важно, чтобы ты не выходила. Наша семейная жизнь от этого зависит. Пожалуйста, милая, никуда не выходи», – женщина стала сбегать сначала в магазин за сигаретами, потом в соседнюю палатку за круассанами… И через пару недель она сообщила ему, что ее вообще не надо контролировать, что она сегодня полдня гуляла и прекрасно себя чувствовала, и незачем ей названивать. Она не обязана сидеть дома ради их семейного счастья. Да, это удивительно и парадоксально, но с атаками и фобиями это очень хорошо работает.

Итак, мы обсудили, для чего люди начинают искать ответ на вопрос «Почему?» и впадают в этот неконструктив. Поговорили о том, что не стоит подключать к страхам вину. Увидели, что панические атаки, как и любые фобии, достаточно быстро обрастают вторичными выгодами. И, конечно, чтобы от них избавиться, эти вторичные выгоды нужно найти. Не то чтобы панические атаки возникали у человека специально. Когда говорят: «Вот, это ты специально, чтобы не ходить на работу. Ты специально, чтобы привязать мужа», – люди совсем не правы, они очень далеки от истины в таких утверждениях. Паническое состояние невозможно специально создать. Симптом возникает непроизвольно и спонтанно, но дальше он, как правило, удерживается в системе для того, чтобы кого-то привязать. И человек может этого не осознавать. И, как правило, не осознает. Поэтому очень важно посмотреть, какими вторичными выгодами обросла ваша симптоматика.