Юлия Чекунова – Истории знакомые каждому (страница 13)
Также, для Оли в большой степени был позади еще один важный этап, – она самостоятельно научилась не оправдывать своих обидчиков. Иногда это сопровождалось уколом вины, но Оля успешно себя одергивала и вставала на свою сторону. Рассказывая мне о случаях эмоционального и физического насилия, она твердо добавляла: “Он не имел права так поступать и хотя раньше я находила причины для этой жестокости, то теперь больше никого не оправдываю.”
Конечно, мы много работали непосредственно над переосмыслением травматического опыта в Олином детстве и в прошлых отношениях. Она училась давать себе новые послания касательно окружающих людей, отношений с ними и мира в целом. Постепенно Оля стала формировать спектр доверия, выявляя среди своего окружения тех, кто его достоин, а кого лучше обходить стороной. Она начала активнее сближаться с друзьями и новыми знакомыми, руководствуясь “презумпцией невиновности”.
В комфортном для Оли темпе стали развиваться и ее отношения с Аниным братом Гришей. Хотя на их начальном этапе было немало притирок и проблем, на момент окончания курса психотерапии Оля была уже больше года счастлива в этих отношениях, где ее ценили и по-настоящему уважали.
О чем эта история:
Схема Недоверия/Ожидания жестокого обращения заставляет верить в то, что окружающие люди таят в себе желание причинить боль, обижать, унижать и использовать в своих корыстных целях. Человек с такой схемой как правило сторонится близких отношений, осознанно избегает эмоциональной близости, старается ни от кого не зависеть.
Обычно люди с этой схемой очень насторожены, недоверчивы и в тайне абсолютно уверены, что окружающие ничего хорошего им не желают, даже если заверяют в обратном.
При этом они часто оказываются в отношениях с жестокими партнерами, которые применяют к ним эмоциональный и/или физический абьюз. Конечно, это происходит, если избегание близости не приводит к полному отсутствию романтических отношений. А в редких случаях жертвы, вырастая, сами становятся агрессорами, как бы “нанося удар первыми”.
Как и другие истории из этого домена, эта схема в первую очередь мешает выстроить здоровые отношения, любить и чувствовать себя любимым.
Что помогает справиться с этой схемой:
1. Исследовать свой детский опыт, который мог привести к проживанию истории Недоверия. Как правило, это физическое или эмоциональное насилие, тяжелые семейные отношения и другие страшные события, внушающие мысль о том, что мир жесток и не достоин доверия.
2. Важно! Если вы находитесь в абьюзивных отношениях, так или иначе угрожающих вашему благополучию, предпринять все возможные усилия, чтобы выйти из этих отношений. Если необходимо, можно обратиться за помощью в специализированные центры.
3. Постараться определить свой спектр доверия, – какие люди достойны того, чтобы им доверять (они при этом не должны быть идеальными! Все мы иногда ошибаемся), а кого действительно стоит обходить за километр.
4. Определив самого безопасного человека в своем окружении (или даже несколько самых безопасных людей), пойти с ним на сближение и получить обратную связь. Обычно такие шаги приводят к ответному раскрытию и ведут к очень позитивному развитию отношений.
5. Постепенно расширять этот опыт.
3 полезных упражнения
1. «Доказательства за и против»
Цель: бросить вызов автоматическим мыслям вроде «Все хотят мне зла».
Как выполнять:
«Доказательства, что он/а хотел(а) зла» (например: «Игнорирует меня»),
«Альтернативные объяснения» («Возможно, не заметил(а) / был(а) в плохом настроении»).
2. «Градус доверия»
Цель: научиться дозировать доверие, не впадая в крайности
Как выполнять:
Какие действия уместны (например: 30% – рассказать о любимом фильме, 70% – попросить в долг).
3. «Письмо обидчику»
Цель: выпустить подавленный гнев и боль, не вовлекаясь в реальный конфликт.
Как выполнять:
•Написать письмо человеку, который подтвердил вашу схему (например, жестокий родитель или бывший партнер-предатель).
•Не сдерживаться: «Ты сделал(а)…», «Я чувствовал(а)…», «Из-за тебя я теперь…».
•Уничтожить письмо (сжечь, порвать) с ритуалом освобождения: «Я возвращаю тебе твою ответственность».
Дефективность/Стыд: Диана
***
Диана застыла за письменным столом, уставившись невидящим взглядом в серую стену перед собой. На столе стоял ноутбук с открытым текстовым документом. В начале пустой страницы раздражающе мигала палочка курсора, как будто издеваясь над Дианой, которая не могла выдавить из себя ни словечка.
Рядом с ноутбуком остывал травяной чай, не справившийся с задачей успокоить расшалившиеся нервы. Диана подумала, что ее сейчас утешила бы только убойная порция сладкого. И еще она подумала, что как же все-таки хорошо, что она выбросила недоеденный родителями торт. Выбросила не просто в коробке, а специально сняла крышку и перевернула целый килограмм свежайшего наполеона в мусорную корзину. Так, чтобы ни под каким предлогом не постараться достать его обратно и съесть за один присест.
“Да”, – думала Диана, по-прежнему смотря в стену немигающим взглядом, – “Да, вот она я. Свинья, которой приходится выбрасывать еду, чтобы не сожрать ее. Еще и тупая, видимо, раз даже ни одного предложения написать не могу…” Ее взгляд вернулся на экран ноутбука, где сегодня должен был появиться хотя бы небольшой отрывок курсовой. Из глаз Дианы покатились слезы.
***
Лиза с самых юных лет поняла, что ее душа принадлежит творчеству, – музыке, танцам, игре в театре. Она мечтала стать артисткой, поэтому учеба в школе ее почти не волновала. Прибегая домой из школы, она неслась в свою комнату, игнорируя маму с приготовленным обедом, забрасывала портфель в дальний угол, и начинала заниматься. А занималась она тем, что волновало ее больше всего на свете. К удивлению родителей, уже в третьем классе маленькая Лиза самостоятельно записалась на школьный кружок балета, а затем и на современные танцы, попутно обучаясь игре на фортепьяно.
К своим двадцати годам Лиза была одной из самых успешных студенток фортепьянного факультета Гнесинки. Параллельно она оттачивала свои хореографические навыки, – так, для души.
Лиза любила во всем быть аккуратной и изящной: тонкая и звонкая, всегда одетая в легкие летящие ткани, очень хрупкая и будто бы полупрозрачная, Лиза походила на фарфоровую куклу. Она сама будто была воплощением слова “эстетика” и неизменно привлекала внимание окружающих. Вадим был одним из многих, кто, взглянув на нее лишь раз, больше не смог отвести взгляда.
Он был в некоторой степени противоположностью Лизы. Это заключалось не только в некой неряшливости и неуклюжести Вадима. Студент Бауманки, лучший на своем курсе, всего себя он посвящал точным наукам и ценил интеллект и эрудицию превыше всего. Вадим с трудом переносил общение с недостаточно образованными или не подкованными в каком-то важном вопросе знакомыми. Зачастую он даже скрыто подшучивал над ними, что проходило для ребят незамеченным, а Вадим при этом с удовольствием отмечал реакцию тех друзей, кто раскусил иронию. С ними-то он и считал нужным продолжать общение. Такое взаимодействие могло для него считаться хоть сколько-нибудь интересным.
Лиза и Вадим понравились друг другу сразу. Казалось, что они сошлись как инь и ян, настолько они были противоположны, но и настолько хорошо друг другу подходили. Была у них и общая черта, – они оба умели предъявлять к себе высокие требования и придерживаться, каждый в своей сфере, очень высоких стандартов.
Когда Вадим окончил обучение в вузе, его уже ждали несколько международных компаний. Выбрав самое перспективное место и одновременно подавшись на соискательство, Вадим сделал предложение Лизе. А через два года, когда Лиза выпустилась из академии, пара уже ждала ребенка, – дочку, которую они решили назвать Дианой и воспитать самой счастливой.
Казалось бы, молодые родители могли дать девочке абсолютно все, в чем та нуждалась, каждый со своей стороны их идеального союза. Вадим собирался прививать дочери любовь к точным наукам и научить ее больше всего на свете ценить остроту ума и интеллектуальное совершенствование. Лиза намеревалась передать дочке свою природную женственность, ранимость, научить ее быть эмоциональной и тонко чувствовать окружающий мир.
***
Крышка ноутбука захлопнулась, хотя в документе “КурсоваяПолитТеор” так ни слова и не появилось. Диана встала из-за стола, сделала два шага и бухнулась на кровать, снова поблагодарив себя за то, что предусмотрительно выбросила торт. Теперь вместо того, чтобы заедать ненависть к себе, она собиралась погрузиться в скроллинг социальных сетей как минимум на ближайшие два часа, пока уже нестерпимо не захочется спать, – или все-таки есть? – и можно будет переключиться на что-нибудь другое. Но телефон зазвонил у нее в руке: звонил Толя, ее молодой человек.