Юлия Atreyu – Под знаком огня (страница 6)

– О, это просто великолепно! Ароматный, свежий и терпкий с кислинкой! Я уверена, этот коктейль при- дется по вкусу нашим посетителям и их… дамам!

Я улыбнулась и кивнула.

– Что ж, покажи мне следующий!

Через несколько коктейлей хозяйка признала во мне великий талант доставлять вкусовое наслажде- ние и крепко захмелела, чего я очень ждала. Она пере- местилась на софу и, не обращая внимания на задрав- шийся подол платья, закинула на нее точеные ножки. Отхлебнув из бокала с последним коктейлем, женщина поставила его на столик, а сама откинулась на обитую синим бархатом спинку и завела тоскливый монолог, из которого я разобрала только начало про ее невыно- симую жизнь в родительском доме с приемными брать- ями и сестрами и побег с любимым. Весьма скоро го- спожа Тайанэль погрузилась в умиротворенный сон, а я вышла из-за стойки и на глазах удивленной слу- жанки выбрала хороший такой тесак. Завернула его в кухонное полотенце, попутно справляясь, где в горо- де можно найти лодку и в какой стороне граница с мед- ведями. Получив ответы на интересующие вопросы, я покинула замок.

Я задумчиво шла к юго-западному склону горы. Туда, откуда меня выловили. Финида поведала, что рыбный промысел на острове частный и арендо- вать лодку у независимого рыбака вряд ли получит- ся, к тому же не на что. Все, на что я могла надеяться, встретить кого-нибудь на берегу и напроситься на борт. Я еще не поняла в той ли степени отчаяния нахожусь, чтобы в случае надобности пригрозить оружием, но, внутренне ощущала, что да, так как другого шанса вы- йти на воду и поискать зеленый туман может не пре- доставиться. Однако эти мысли скорее служили еще одним поводом для волнения. Вряд ли местных рослых мужчин, тела которых развиты трудом и особой гене- тикой, может напугать такая как я, пусть и с клинком в руке. Мой голос, требующий отдать лодку, дрожал даже в собственном воображении, рисующем картину хищения вожделенного средства передвижения.

Я сделала глубокий вдох и тяжелый выдох, злясь на саму себя и на ситуацию в целом. Она была настоль- ко бредовой, что я все еще ждала, когда проснусь дома или очнусь на больничной койке после какого-нибудь происшествия.

Натыкаясь на жителей, я неизменно ловила на себе хмурые взгляды. Как-то они определяли, что я чу- жая, несмотря на одежду. Один единственный раз мне улыбнулся парень лет двадцати. Но едва уголки его губ дразняще потянулись в стороны, взгляд тут же по- холодел и стал отстраненным. Должно быть, молодой человек сначала принял меня за местную, но, осознав, что к чему, осекся, не сдержав проступившей на лице неприязни.

Мне кажется, я шагала не меньше полутора часов быстрым ходом, запоминая знаковые объекты на пути для возможного возвращения прежде, чем оказалась у довольно резкого склона, тонущего в тумане у осно- вания. Сделала решительный шаг вперед с брусчатки на траву, начав уверенный спуск. Через минут пятнад- цать меня с головой плавно окутало белое марево. До- статочно плотное и подвижное. Теплый сырой воздух лизал кожу, словно желая обратить на себя внимание и что-то сказать. За спиной сомкнулась седая стена. Достав тесак из полотенца, я крепко сжала его в руке и замерла на мгновение, пытаясь совладать с трево- гой. С этой секунды в любой момент могло произойти непоправимое несчастье. Но не менее непоправимое несчастье и так произойдет со мной через месяц, если моя невиновность не будет доказана и, как я уже поня- ла, среди местных поддержки ждать не придется, а вся надежда на некоего следователя, кому вверять свою жизнь я не собиралась.

Делая аккуратные, практически беззвучные шаги, я внимательно сканировала пространство вокруг, про-

должая перемещение вниз. Звенящая в ушах тишина давила на психику. Неужели берег так далеко? Поче- му не слышно плеска волн и крика чаек? А они вооб- ще были? К своему удивлению, вскоре я обнаружила вокруг себя мутные столбы, оказавшиеся стволами деревьев. Внезапно воздух содрогнул звук, но совсем не тот, который я ожидала. Неистовый яростный рык оборвался хриплым выдохом и на смену ему в про- странстве разлился звонкий птичий визг. Настолько высокий, что в ушах больно загудело, и я по инерции зажала их ладонями, врастая в землю от испуга. Свозь прикрывающие уши ладони, послышалось свирепое утробное клокотание и пронзительные вскрики. Время остановилось. Меня пробил холодный пот. Я не могла сделать ни шага, внимая тяжелым глухим ударам лап и треску ломающихся под их мощью деревьев. Резко хлынула в мою сторону пелена тумана, словно отрез- вляя. Впереди кто-то сражался. Бешено. Отчаянно. На смерть. Ахнув, я подпрыгнула на месте и, как обе- зумевшая, рванула наверх, что было мочи. Мои легкие работали, словно паровой двигатель, когда я, как мне показалось, за считаные мгновения, достигла верши- ны горы.

Солнце мягко опускалось за крыши домов и, про- щально сияя из-за них последними лучами, сливало очертания города в единый черный контур, словно нарисованный тушью на нежно розовой бумаге неба. Едва обуздав страх, я на трясущихся ногах семенила в курительную, пытаясь хоть немного абстрагировать- ся от воспоминаний о невидимой, но леденящей кровь схватке медведя с грифоном в тумане, которая, веро- ятно, продолжалась и сейчас. Через силу заставляла себя сконцентрироваться на том, чтобы придумать но- вый план с учетом проверенных на себе лично обсто- ятельств. Чтобы подобраться к берегу мне нужно со-

провождение, местные ведь как-то ловят здесь рыбу? Значит нашли способ отваживать вампиров, хотя они и являлись половиной беды наряду с местными оборот- нями. Мне срочно надо было завести с кем-нибудь зна- комство. С кем-нибудь сильным и занимающимся рыб- ным промыслом. Пересекая быстрыми шагами улицы, я сверяла в голове маршрут от одного запомнившегося мне по дороге объекта до другого, я все же несколько раз заблудилась и вернулась в “Золотое перо” уже в гу- стых сумерках.

Внутри было тепло и вкусно пахло едой. Оставив тесак в коридоре, я вошла в залитую желтым светом курительную комнату. Она напомнила мне открытку, где псы, удерживая в зубах сигары, сидят за зеленым столиком и играют в покер. Местные преуспевающие господа кидали камушки с метками и что-то выкри- кивали. Они натужно пыхтели в трубки, проигрывая и выигрывая горстями насыпанные рядом черные жем- чужины. Воздух над их столиками помутнел от дыма. К некоторым из них льнули дамы. Когда госпожа Тай- анэль сказала про комнаты для свиданий на втором этаже, я представляла несколько другими спутниц местных сластолюбцев. Присутствующие женщины ни- чем не отличались от тех горожанок, что встречались мне сегодня на улицах Аскелаза. Самый откровенный наряд был, пожалуй, у служанки Финиды. Роскошные дорогие платья, свежие отдохнувшие лица, умные гла- за и звонкий смех. Не было и намека на фривольный образ жизни или сложные условия, поставившие жен- щин в тупиковую ситуацию. Хозяйка особняка, видно, что слегка помятая, но искусно подкрашенная, лично с подносом обходила столики, перекидываясь с гостя- ми игривыми шутками или задерживаясь на короткую беседу. Заметив меня, она поманила пальцем и верну- лась к барной стойке.

– Где ты была? – тихо прошипела госпожа Тайан- эль. – Я объявила гостям, что сегодня их ждет нечто необычное, и вот уже час тяну время!

Я вздрогнула, припоминая схватку на холме.

– Заблудилась… Хотела сходить во дворец, узнать, как мне встретиться со следователем и запутала в пе- ресечении улиц, – извиняться у меня даже в мыслях не было. Я считала недоразумение со своим попадани- ем в этот странный мир настолько вопиюще несправед- ливым, что играть по его правилам уж точно не собира- лась. Внутри колотили гнев и отрицание, а в сочетании с резко накатившей усталостью и голодом, они, я пола- гаю, проступили на моем лице, так как хозяйка смяг- чилась и произнесла:

– Даю тебе десять минут привести себя в порядок.

На кухне есть еда. А потом быстро за стойку.

Я метнулась в уборную, надо сказать, вполне циви- лизованную, видно, тоже перенятую у попавших сюда людей. Не заглядывая в зеркало, оттуда сразу же от- правилась на кухню. Поскольку курительная не была едальней, а лишь предоставляла закуски к напиткам, горячей пищи не предусматривалось. Я наскоро сже- вала пару холодных пирожков с яблоком, бутерброд с сыром и съела небольшую горсть винограда. Финида и еще одна служанка настороженно наблюдали за мной, как за диким животным, ворвавшимся в хозяйские уго- дья. Я не оставалась в долгу, со злости и голода мери- ла девушек ответным презрительным взглядом. Запив сухой паек холодным мятным настоем, отправилась на свое рабочее место, громко хлопнув дверью.

За баром возился слуга, с равнодушным лицом от- меряя в бокалы равное количество жидкости из бутыл- ки.

– Бисак. Поди собери со столов пустые бокалы. Сей- час мы подадим что-то новенькое, – заговорщически распорядилась она, косясь на меня.

В следующие двадцать минут я ощутила себя почти что дома, только в более ранние годы. Рука, ведомая мышечной памятью, словно кисть дирижера, сжима- ющая палочку, сама руководила процессом, а я лишь наблюдала, мысленно окунувшись в череду давно ушедших дней. Когда бокалы были наполнены, а мой взгляд поднялся на зал, внутри снова больно кольнула реальность, примириться с которой означало бы пове- рить, сдаться, проиграть. Я стиснула зубы.