Юлия Atreyu – Под знаком огня (страница 13)

лу, и я почувствовала волной раскатившийся по телу разряд тока. Парень сел справа от Рьяда и взял третий кубок. Отхлебнул. Продолжая неотрывно смотреть мне в глаза, бархатным с хрипотцой голосом спросил:

– Кто это?

– Пришлая. Она пока живет у грифов.

– С их стороны вечно лезет всякая нечисть, – грубо усмехнулся молодой человек, а я не понимала, что чув- ствую. Удивление, что он сел за наш стол? Выходит, это Колин? Сын правителя Уруза? И еще мне показалось, что между нами пробежала искра, а точнее вспыхнула настоящая молния, но злая шутка парня тут же отсек- ла эти мысли, хотя будоражащее ощущение в теле ни- куда не делось.

– Что за ссадины, что произошло? – голос Рьяда был скорее угрюмым, чем обеспокоенным, будто он и сам знал ответ на этот вопрос.

– Да так. Поговорил по душам со стражем грифов.

– Колин, твой отец хочет видеть тебя сегодня… Ты до сих пор его избегаешь? – на полтона тише спросил Рьяд, меняя тему разговора, а я украдкой рассматри- вала прибывшего за наш стол сына правителя, заод- но пытаясь разобраться, что за помутнение рассудка на меня нахлынуло, отбросив на второй план пережи- вания о смертном приговоре, которые, по праву, долж- ны были занимать ведущее место в списке причин для стресса.

Первое, что обращало на себя внимание, это оре- хового цвета глаза с ярко выраженным желтым отли- вом, сосредоточенные, как у рыси на охоте. Песочного цвета кожу через нос пересекал затянувшийся порез, красная линия, соединявшая верхние скулы. Совсем, как на морде медведя в тумане, провожавшего прави- теля Уруза. Темно-каштановые короткие всклокочен-

ные волосы, стриженые на висках, отдаленно смахива- ли на модную, в моем мире, мужскую прическу. Рьяд что-то прошептал Колину на ухо. Полоска губ брюнета, выглядевшего потрепанно, изогнулась в усмешке, по- том уголки потянулись в стороны сильнее, и он открыто улыбнулся, обнажая белые зубы с неестественно длин- ными клыками, а на щеках очертились аккуратные ямочки, не вяжущиеся с остальным суровым образом. Колин резко мотнул головой в мою сторону, заставив мое дыхание сбиться. Прояснившееся секунду назад улыбкой лицо парня тут же вновь стало серьезным и закрытым. Губы сомкнулись, а взгляд похолодел. Я уперла взгляд в стол и отхлебнула из кубка. В каба- ке было шумно. Двое напротив меня переговаривались в пол голоса, но, когда их эмоции брали верх, до меня доносились обрывки разговора.

– … как видишь, я не стал посылать слугу, что- бы лично с тобой встретиться и сказать, что думаю. Я в жизни за тобой не бегал, хоть ты мой будущий пра- витель и названный брат и сейчас этого делать не ста- ну. Пока твой отец на троне, последнее слово за ним, да и вообще Кирита – его личное дело. Не лезь туда. Возвращайся к своим обязанностям.

– Свои обязанности я исполняю всецело, – вспы- лил Колин, и гневное напряжение зависло над нашей частью стола.

– Не все, – спокойно изогнул бровь Рьяд. Эту ре- плику я прочла по его губам, в ответ на что сын пра- вителя отвел глаза в сторону и что-то тихо недовольно прорычал сквозь зубы. Рьяд так же вполголоса ему от- ветил, и Колин снова вспыхнул.

– Он отдал ей колье матери. Этой корыстолюбивой блуднице, – снова сжал зубы молодой человек и в его глазах желтой бурлящей лавой разлилась свирепость, присущая медвежьей ипостаси.

– Можно подумать, ты приберег его для Ферели- ны, – скептически отсек собеседник.

– Ты забыл про Лунью? – едко усмехнулся Ко- лин. – Бывают такие дни?

Рьяд смутился. В этот момент дверь кабака откры- лась, явив черный силуэт в сумрачной синеве опу- скающегося на город вечера. Я тактично кашлянула в кулак, привлекая внимание увлеченных диалогом, больше смахивающим на перепалку, мужчин.

– Не хотелось бы прерывать важное собрание, но мне пора на другую часть острова.

– Так иди, – резко бросил желтоглазый, сглаты- вая, словно недоговоренную фразу, от чего его кадык дернулся. И дальше обратился уже к Рьяду. – С каких пор пришлые считают, что могут вот так свободно раз- гуливать по землям медведей?

– Твой отец не прогнал ее. Она пришла со следова- телем.

С этой секунды я поняла, мне не показалось, он действительно нагрубил мне еще в первый раз, что, за приливом эндорфинов, я списала на плохое чув- ство юмора парня. Колин пронизывал меня прямым бескомпромиссным взглядом и все очарование его об- разом рухнуло. Наверное, и первое впечатление было реакцией на стресс, а взаимное притяжение иллюзией психики, попытавшейся ухватиться хоть за один спа- сительный мостик положительных ощущений, чтобы совсем не поехать.

Я рывком встала из-за стола. Громко отъехал назад тяжелый деревянный стул. Единственным желанием было скорее убраться из этого отвратительного мира, ну, или хотя бы кабака.

– Передай моему отцу, что, если он хочет видеть меня, пусть вышвырнет из дворца эту девку, – обсто-

ятельно объяснил Рьяду Колин и, поднявшись, напра- вился к барной стойке. Не прошло и минуты, с обеих сторон его облепили две девушки, атлетичные и гра- циозные, как валькирии. Скользя пальцами по высту- пающим буграм мышц на накачанных мужских руках, они стреляли глазами, призывно улыбаясь, в попытке перетянуть его внимание каждая на себя.

Рьяд недовольно хмыкнул и показал мне на выход. Вечерний Шелийваз немного разбавил своим нео- быкновенным, проникающим в душу теплым очарова- нием плотную концентрацию негатива в крови. Повсю- ду зажглись огни в стеклянных колбах, погруженных в плетенки из лозы. Некоторые стояли прямо на тол- щинках стен и у их основания, другие висели на верев- ках, обвивающих сосуды красивой декоративной сетью с узелками и бахромистыми хвостиками. На улицах слышался веселый смех, а во влажном воздухе улав- ливались сладко-терпкие ароматы растений. Я успоко-

илась.

До перешейка мы добрались без разговоров и напут- ствий. Рьяд довел меня ровно до середины моста, кото- рый сейчас был кадром к фильму ужасов. Седой туман опустился ниже, щупальцами цепляясь за каменные края, и лишь местами змеей огибал перешеек, размы- вая его границы. Там следовало быть вдвойне осторож- ной, чтобы не сорваться вниз на скалы. Стена темно- ты впереди навевала мысли о вампирах и еще о том, что дорогу до “Золотого пера” различить во мраке будет весьма сложно. Я оглянулась, но Рьяд уже исчез, лишь угрюмо смотрел мне вслед страж-медведь, придавая энтузиазма моей нерасторопной ходьбе.

Странное чувство, знать, что тебя ненавидят без адек- ватной на то причины, просто по месту происхождения. Я снова это ощутила, ступив на землю грифонов. Те са-

мые, кто возводил медведей в апогей недружелюбия и агрессии, активно проявляли порицаемые в них ка- чества. Чего следовало ожидать, в потемках я заплу- тала и бродила по незнакомым улицам даже без воз- можности спросить нужную дорогу. От меня попросту отмахивались, в лучшем случае пренебрежительно, в худшем грозили сбросить обратно в воду, из которой я появилась. Вскоре зажглись масляные фонари, жел- тым светом сливающие коридоры узких улочек в запу- танный лабиринт. На мое счастье, взлетная площадка дворца Гэбриэла тоже обозначилась мерцающими ог- нями. У меня появился ориентир.

Ступив на порог “Золотого пера” в неизвестном мне часу, я тут же напоролась на разгневанную хозяйку замка, которая отчитала меня, как первоклашку, опоз- давшую на урок, еще больше распаляясь при виде мо- его равнодушного лица. Вернуть леди Тайанэль в при- вычное ей мирное расположение духа помогла новость о том, что оставить записку с браслетом у дерева жела- ний, все-таки удалось. Она, насупившись, еще немного построила из себя возмущенную неблагодарным отно- шением кормилицу-спасительницу, но потом довольно быстро отошла, словно ей самой эта роль была в тягость. Сегодня клиентов в курительной было меньше,

и я сразу приступила к своим обязанностям. Изысканно одетая, с плавной грацией движений посетительница играла на пианино одну грустную балладу за другой. И, может быть, они и были достойны наворачивающих- ся слез, но на меня нагоняли зевоту. Дико устав за пе- регруженный событиями день, я еле дождалась, когда уйдет последний гость и сразу поднялась в свою комна- ту, рухнув на кровать прямо в одежде.

Глава 3

Человек

в

тумане

Утром, как и договаривались, я поджидала следо- вателя у ворот дворца, куда пришла вместе с госпожой Тайанэль. Сюда же стекались горожане, чтобы отдать поклон чести и отправить в последний путь правителя Эйтаху. Заметив меня, они пихались локтями с удвоен- ной силой и намеренно топтались по моим ногам так, что мне искренне хотелось пригрозить тесаком, кото- рый я утром, на всякий непредвиденный случай, при- мотала к бедру ремешком.

Внутрь двора практически никого не пускали, лишь самых почитаемых персон. Был среди них и мой недав- ний знакомый – граф Арестар. Я затесалась в толпу, чтобы не привлекать его внимание, хотя вряд ли он проявил бы его под всеобщими взглядами. Не удосто- енные чести присутствовать на похоронах лично, гла- зели на действо с улицы, как и я. Церемония проходила на взлетной площадке. Оттуда доносилась печальная симфония звуков из сплетающихся воедино мелодий скрипок и флейт, прерываемая резкими порывами ве- тра. Минут через двадцать они стихли, и вспыхнул ги- гантский костер.