Юлия Atreyu – Под знаком огня (страница 1)
Юлия Atreyu
Под знаком огня
Юлия Atreyu
Дорогой читатель!
Благодарю за выбор книги “Под знаком огня”.
Как ты, возможно, знаешь: “Книга − акт сотворчества, где писатель − дирижер, читатель − музыкант”.
Пусть наша с тобой мелодия запустит в твоей душе самую широкую амплитуду чувств, подарит свежие мысли и напомнит, что сила духа, следование зову сердца и действия (пусть и сквозь страх) способны изменить целый мир, как внутренний, так и внешний! С бесконечной благодарностью каждому моему читателю.
Ссылка на плейлист
Шестнадцатое октября. В детстве я любила этот день. Он выпадал на школьные каникулы и практиче- ски всегда на бабье лето. Светило солнце, душа радо- валась, и я приглашала гостей на свой День Рождения. Утром квартиру украшали надувными шарами, яркими огоньками гирлянд и картонными флажка- ми с моим именем и возрастом. Я надевала наряд- ное платье и получала первые подарки от родителей и старшего брата. До сих пор помню их все: от кукол и настольных игр, до косметики и гаджетов. Сколько радости они приносили. Потом я смотрела любимые фильмы в гостиной и принимала бесконечные звонки с поздравлениями от родственников, а мама на кухне резала салаты и пекла огромный шоколадный торт. Мой любимый. Папа без конца бегал в магазин, доку- пая то, что забыли из списка на кануне. Брат, в свою очередь, хоть и старше меня на пять лет, считал сво- им долгом подтрунивать над всем происходящим. Он подшучивал над шумихой, создаваемой вокруг мое- го праздника и надо мной, когда я пыталась присми- рить его. При этом мы оба понимали, что Саша гово- рил не всерьез. Ехидство было присуще его характеру
Глава 1
День рождения
с малых лет и потому воспринималось всей семьей, как должное.
Позже приходили друзья. Да, в детстве у меня было много друзей. В подростковом возрасте с этим стало сложнее. Интересы изменились, и у нас находилось все меньше совместных занятий, тем для разговоров и по- водов для встреч.
Со временем ситуация лишь осложнялась. Я не была закрытой, как не была изгоем. Просто так получилось, что глубокой дружбы ни с кем не случилось, и к двад- цати шести годам я имела всего одну бывшую одно- курсницу и пару приятельниц по работе, с которыми иногда могла встретиться в баре за бокалом вина.
Личная жизнь тоже не стала предметом гордости. Последние отношения, завершившиеся еще в конце прошлого года, оставили внутри глубокий тягостный след. Я до сих пор не могла удалить фото Артема из те- лефона, хотя старалась не открывать его, чтобы вновь не погрязнуть в воспоминаниях, связанных с этим кры- шесносным романом.
Артем, вопреки моему вкусу, был, во-первых, глян- цево красив. До него я обращала внимание на бру- тальных, выглядевших слегка гранжево, парней. Его же с самого утра можно было сфотографировать на об- ложку подросткового журнала. Идеально ровный бе- ло-розовый тон кожи, припухлые губы и ресницы, гу- стоте которых завидовала я сама, вьющиеся светлые волосы, аккуратно уложенные прядками, игриво па- дающие на лицо. Во-вторых, вопреки популярности у женского пола, не требующей дополнительных ма- нипуляций, его поступки привели бы в благоговейный трепет любого пикапера, ибо убийственные поведенче- ские схемы так и сыпались со стороны Артема. Он был то был милахой из корейской дорамы, то вытворял ди- кие поступки намеренно, чтобы меня позлить. Здоро-
выми эти отношения язык бы не повернулся назвать, и, тем не менее, разрыв оказался неожиданно болез- ненным. Кажется, он сказал мне, что за год отношений так и не почувствовал то самое, из-за чего стоило бы продолжать…
И, вроде, я давно переросла такое отношение к себе, но почему-то начать что-то новое с кем-то другим ка- залось более энергозатратным, чем продолжать жить старым, пусть только в своей голове. Нет, все же надо удалить это фото.
Сегодня шестнадцатое октября, и мне исполнилось двадцать шесть лет. Начинаю новую жизнь. Все от- жившее прочь! Я полезла в карман куртки, доставая телефон. Приложила палец. На экране блокировки появилось изображение демона Врубеля. Красивый. Но мрачный и безысходно тоскливый. Надо сменить его на что-нибудь другое. Хватит этого отождествле- ния. Мне нужен новый образ, новое восприятие себя, новый виток.
Я нервно дернула пальцем, желая открыть поиско- вик, но телефон выскочил из руки и, упав в жухлую, спутанную траву, заскользил по ней в самый низ овра- га, у края которого я стояла, любуясь пестрым облаче- нием деревьев на противоположной стороне.
“Вот черт! Этого еще не хватало. Как теперь его най- ти?”.
Я поспешно зашагала вниз, полубоком, неловко осту- паясь на буграх неровной поверхности склона. Трава блестела от влаги, оставленной сырым воздухом. Спуск был резким, еще и я, как на зло, обула в сапоги на ка- блуке и надела платье по случаю дня рождения. Хоть каблук и не высокий, но все же это не самая удобная об- увь для лазания по оврагам. Ноги и без того устали по- сле многочасовой прогулки по парку. Поскользнулась, упав на пятую точку.
“Да чтоб тебя!”.
Поднялась, отряхивая платье, и продолжила дви- жение вниз, пытаясь разглядеть, не застрял ли мой телефон где-то в попутных зарослях. Нет. Видимо уле- тел, гад, в самый низ. Там вообще реально что-то най- ти в этом бурьяне? Еще и туман стелется. Надо было идти в бар, а не переться в одиночку в Коломенский парк. Унылый день рождения, зато, как я и хотела, на- чалась новая жизнь. Без телефона…
Спустившись на дно оврага, я возмущенно нахмури- лась, бурча себе под нос:
– О нет, это что, ручей? – Сверху он казался узкой тропкой.
Тут, внизу, сырость и холодный осенний воздух сра- зу набрасывались на тебя, настырно проникая под оде- жду, словно все это время, притаившись в тумане, на- блюдали со дна, только и выжидая, чтобы урвать кусок твоего тепла, когда по необдуманности ты решишь спу- ститься.
Осмотрев приличный пятачок местности, и не най- дя свой гаджет, я покосилась на ручей.
– Ну, что ж… Это последний вариант ответа… Сделала шаг ближе, вглядываясь в темную воду.
Вроде не глубокий. Присела на корточки и задрала вверх один рукав куртки. Следующие насколько минут я чувствовала себя хирургом, наощупь изучая пальца- ми неглубокое дно ручья. При всем при этом самого дна, на удивление, видно не было, так что смотрела я перед собой. Рука замерзала, потихоньку наступали сумерки, и над оврагом зажглись желтые фонари. Но сюда их свет не доставал, и мне стало крайне неуютно и даже жутковато. Туман густел и во мраке начал казаться ка- ким-то мутно-зеленым, как в фильмах ужасов. Ирра- циональное чувство страха вспышками выбрасывало в голову картинки из всех страшилок, просмотренных
мной за двадцать шесть лет. Я уже почти слышала виз- ги девушек из фильмов про экзорцизм и видела силуэт приближавшейся монахини с того света.
“Черт с ним! Завтра днем приеду еще раз и поищу!”. Резво подскочила я и, оступившись, ушла одной ногой в ручей, да так глубоко, словно дна, которое я трогала секунду назад, там отродясь не существовало. Потеряв равновесие, завалилась назад, целиком погружаясь в обжигающую холодом воду.
“Что?! Это ведь тонкий ручеек! Я от силы могла в нем намокнуть и испачкаться, как в луже, но не уто- нуть с головой!”
Стало не до шуток. Поганый омут, казалось, имел на дне мощную засасывающую воронку. Меня тащило вниз с такой скоростью, что отчаянные гребки руками больше напоминали попытки воробьиных крыльев со- противляться штормовому ветру. Свои плавательные способности я назвала бы средними, но, к счастью, с пе- репугу удалось набрать достаточно воздуха в легкие, и пока что он не заканчивался. Или мне это только ка- залось, и от шока время замедлилось, превращая ка- ждую секунду в вечность под водой. Серое стекло по- верхности ручья нещадно отдалялось, а тянущий вниз поток нарастал. С ужасом осознав, что уже не выберусь, я сделала еще несколько исступленных толчков конеч- ностями, истратив на них последние силы, и на пике неистового всепоглощающего страха, захлебнулась.
Ощущение было, будто ребра до боли сдавило дву- мя гранитными плитами, и меня куда-то вытолкнуло. Легкие содрогнулись. Я, закашливаясь, выплевывала воду, все еще в ней находясь, но уже не на дне ручья, а на поверхности… моря? Океана? Гигантские холод- ные гребни волн захлестывали с головой и где-то вдали шумно бились о скалы. Я ничего не понимала. Отовсю- ду сыпалась белая пузырящаяся пена. Подо мной бу-
шевала вода, прямо над которой, почти ее касаясь, сте- лились молочные облака.
Словно игрушечная лодочка из древесной коры, я резко взмывала ввысь с криками и так же стреми- тельно опускалась, закручиваясь в плену динамичного потока, и, то и дело, заглатывая его соленые брызги. Очередная яростная волна, диким мустангом несущая- ся к берегу, подхватила меня, увлекая за собой в сторо- ну острых массивных скал.
Я, что есть мочи, задвигала руками и ногами, но ни на миллиметр не продвинулась, сопротивляясь бешенному течению. Происходило что-то необъясни- мое, ненормальное, но анализировать времени не было, весь психический и физический ресурс сосредоточился на главном – спасти свою жизнь. Хотя мысль о спасе- нии даже на маленькую толику не была подкреплена реальностью. По собственному прогнозу, в ближайшие пару минут меня ожидала кошмарная кончина от уда- ра о скалы или на дне неизвестного беснующегося во- доема.