Юлия Арвер – Клятвы самозванцев (страница 6)

Он бросился вниз и с силой потянул на себя створку входной двери. Стражник никуда не делся. Он по-прежнему охранял павильон, и тут же преградил Лину дорогу.

– Велено же сидеть внутри и никуда не ходить! – рявкнул он.

– Я слышу зов своего дракона, – с мольбой выпалил Лин.

– Драконы знакомятся с ним. Ни о какой помощи он не просит. Ты же парень, а похож на курицу-наседку.

– Хоть я и курица, зато у меня хотя бы есть яйца, – злобно фыркнул Лин и с грохотом закрыл дверь, оставив за ней ругательства оскорбленного стражника.

Он замер посреди зала и осмотрелся. Через дверь его не выпустят, но что мешает ему выйти в окно? Ради своего дракона он готов нарваться на гнев главы, да и всего Крылатого войска.

Рев Мыша повторялся и повторялся, заглушаемый бешеным биением сердца Лина. Он метался по комнатам в поисках окна, подходящего для того, чтобы в него пролезть. Как назло, все окна на первом этаже находились слишком высоко, а тратить время на то, чтобы двигать мебель, Лин не стал. Несколько окон и вовсе были забраны решетками.

Плюнув на все, Лин бросился на второй этаж. Вот там окна побольше и довольно низко. В них хотя бы можно пролезть. Лин ворвался в спальню, где ему предстояло жить, и распахнул высокую створку окна. Витражное стекло в деревянной раме угрожающе зазвенело. Он перекинул ноги через окно, подготовился и спрыгнул на клумбу с мягким цветочным ковром. Лину – тренированному акробату – прыжок со второго этажа не стоил ничего, а вот цветы под его стопами пали смертью храбрых.

Издевательски показав язык павильону, из которого все-таки выбрался, Лин бросился к большим ангарам. Благо, в темноте его рыжие волосы уже не горели факелом, и потому редкие служащие комплекса не обращали на него лишнего внимания.

Лин бежал и бежал по аккуратным дорожкам, иногда все же ловя на себе изумленные взгляды. Он миновал ровную улицу, по обе стороны которой стояли те самые дома всадников, о которых говорила Орбай. Одинаковые, не слишком большие, но помпезно украшенные и окруженные красивыми садами.

Сердце Лина замерло, когда за ангарами мелькнули отблески огня, а затем последовал оглушительный рев. Это не Мышь. Окрестности вновь озарились пламенем, но уже гораздо более мощным.

Ангары приближались, а вместе с ними до Лина доносилось все больше голосов. Он бежал изо всех сил, не жалея натруженных ног. В висках звенел дикий страх за Мыша. Как бы старшие драконы не разорвали на части его малыша!

Когда Лин достиг ангаров, у него перехватило дыхание. На огромном поле, засыпанном песком, топтались десять драконов. Мышь с воинственно поднятым хвостом и расправленными крыльями злобно смотрел на Могучего – дракона Тархана – и огромного светлого дракона, цвет чешуи которого в темноте, хоть и подсвеченной факелами, Лин рассмотреть не мог. Сына защищал Разящий. Он глядел на Могучего и его дружка с таким величественным видом, что те не могли не склонить головы. И они склонили, хоть и громко дышали паром, будто вот-вот выдохнут пламя.

Другие драконы рычали и как будто вели разговор, которого Лин, конечно же, не понимал. Они держались в стороне, но с интересом «обсуждали» происходящее.

Лин не смог удержать себя на месте и бросился к Мышу. Тот заметил хозяина и приветливо мурлыкнул, потянувшись мордой навстречу. Не обращая внимания на крики служащих, что мельтешили неподалеку от драконов, Лин врезался в морду Мыша и обхватил обеими руками. Дракон заурчал, обрадованный встречей, а Лин едва сдержал слезы. Малыша обижали, и он понял это. Мышь казался нескладным подростком по сравнению с другими драконами. В свои десять лет он никак не мог считаться взрослым, потому за него вступился отец. Лин вдруг проникся к Разящему острым чувством благодарности.

– Позовите всадников! Пусть утихомирят драконов! – крикнул кто-то из служащих, а в ответ ему прилетело:

– Уже позвали! Поздновато ты допетрил до этого!

Лин не обращал внимания ни на кого вокруг. Он прижимался в горячей морде своего дракона, поглаживал гладкую, будто мрамор, чешую, и улыбался.

– Ты не давай себя в обиду, Мышонок, – ласково убеждал он, не отлипая от дракона. – Ты у меня грозный и сильный. Можешь дать отпор. Да и отец твой новоиспеченный, как я посмотрю, вступается за тебя. Я, хоть и смелый, но защитить тебя от драконов не смогу. Они меня поджарят просто, да и все. Но я бы очень хотел, Мышонок, очень.

Мышь его понимал – с самого рождения он слышал шанъярский язык, на котором говорили в Хаате. Правда, ответить не мог. Зато его любящий взгляд всегда говорил с Лином без слов.

– Всадники здесь, – прокатился шелестящий шепот над полем.

Лин оторвался от Мыша и взглянул на Аман Нарана, что торопливо подошел к Разящему, тут же склонившемуся к хозяину, и что-то ему сказал. Дракон рыкнул и мотнул головой в сторону Мыша. Наран кивнул, потом подозвал к себе Тархана и незнакомого Лину мужчину лет сорока. Они тихонько переговаривались, кивая то на Мыша, то на остальных драконов. Лин тем временем рассмотрел еще шесть фигур, рассредоточившихся между драконами. Кажется, его пока не заметили.

Стоило подумать об этом, как суровый взгляд Аман Нарана пронзил его насквозь. Лин поджал губы, решив, что оправдываться не станет. Пусть завидуют те, у кого нет такой связи с драконами.

– Я приказал тебе оставаться в жилом павильоне, – грозно заявил Аман Наран, отчего взгляды всадников и служащих сошлись в одной точке – на лице Лина. – Приказы командира обязательны для каждого всадника. Неужели ты настолько глуп, что не понимаешь простых слов?

– Я все прекрасно понял, командир, – ответил Лин, особенно выделив последнее слово.

– Значит, ты нарушил приказ намеренно?

– Я спешил к своему дракону. Его обижали.

– Никто не обидит его, пока рядом Разящий, – отрезал Аман Наран, приближаясь к Лину. Угрожающе приближаясь, надо отметить. Его алая с золотом накидка угрожающе развивалась на ветру кровавым парусом. Любой испугался бы этого внутреннего величия, но не Лин.

Он лишь снова удивился, как при их небольшой разнице в росте этот человек умудрялся выглядеть статным и суровым? Тренировал испепеляющий взгляд перед зеркалом, чтобы слушались всадники в два раза старше него?

– Я должен был убедиться, что он цел.

– Я не услышал ответа на свой вопрос, акробат: ты намеренно нарушил мой приказ? – еще холоднее процедил Аман Наран, сурово вглядываясь в лицо Лина. Казалось, глава Крылатого войска вот-вот проткнет его своими янтарными глазами, как клинками, исполосовав тело и вывернув наружу кишки.

Лин задрал подбородок, показывая, что не боится. И вправду не боялся. Что могли сотворить с ним такого, чего Лин еще не переживал? Разве что убить и навсегда отобрать Мыша.

– Наказание за нарушение приказа – карцер. Ты сейчас же отправишься туда.

Лин усмехнулся и произнес:

– Что-то я не припомню, чтобы вы отдавали мне приказ оставаться в павильоне, командир. Мне передал его стражник, но могу ли я доверять ему? Сказал ли он правду или добавил что-нибудь от себя? Услышь я приказ из ваших уст, никогда не посмел бы ослушаться.

Лин замолчал и самодовольно сложил руки на груди, ожидая реакции командира.

– Это ты сейчас меня подловил? – угрожающе сведя брови на переносице, уточнил Аман Наран.

– Как бы я посмел, командир? Всего лишь разобрался в ситуации. Согласитесь: несправедливо обвинять меня в нарушении приказа, которого я не слышал своими ушами.

Со стороны послышалось фырканье, которым кто-то пытался замаскировать смех.

– Наран, кажется, сегодняшняя битва за этим мальчишкой, – сказал тот самый мужчина, которого глава отчитывал вместе с Тарханом. Он окинул Лина одобрительным взглядом и усмехнулся.

– У тебя слишком хорошо подвешен язык, – с ехидцей добавил Тархан. – Никогда бы не поверил, что ты циркач. Скорее, актер и мошенник.

– Разве один человек не может вмещать в себе несколько талантов? – Лин приподнял бровь и улыбнулся. Аман Нарана даже передернуло от его жизнерадостной улыбки. Кажется, с ним не найти общего языка, как ни старайся.

– Сегодня я освобожу тебя от наказания. Но только сегодня. Иди спать, акробат. Завтра мы с Ее Величеством допросим тебя.

И он ушел, взметнув за собой полы широкого одеяния. Лин удовлетворенно выдохнул. Победа осталась за ним.

– А ты молодец. Не растерялся, – услышал Лин веселый женский голос и обернулся. Девица одного с ним роста и, возможно, возраста оказалась рядом совсем неслышно, как змея. – Таких здесь любят.

– Кто любит? Что-то я пока не заметил.

– Я люблю. Разве кто-то еще нужен? – самоуверенно хохотнула девица, чем вызвала у Лина ответную улыбку. Кажется, одного союзника в этом змеином клубке он все же отыскал.

Глава 3. Рыжая смерть Шанъяра

Дворцовый комплекс «Город мира» впечатлил Лина до глубины души – огромное количество строений строгой прямоугольной формы, тонкие линии улочек и садов, множество украшений и золота, сотни фигур драконов. И невероятное количество стражи. «Город мира» охранялся лучше любой крепости. Драгоценную жизнь королевы ценили, как подарок богов. И потому Лина сопровождал десяток стражников, как будто вели на казнь. Как же ему надоели такие походы, кто бы знал!

Аман Наран, высокомерно заявивший, что они с королевой допросят Лина, наверняка прибыл во дворец раньше. Не пристало главе Крылатого войска тащиться рядом с рыжим преступником, от которого и рад бы избавиться, да пока никак.