Юлия Арвер – Клятвы самозванцев (страница 25)

– Вполне вероятно, Ваше Величество, что даже в Государственном Совете затесались предатели.

– Господин Сансар, я бы не удивилась, если бы предателем оказался каждый из них.

Сансар Арат по-доброму хмыкнул, явно поддерживая ее мнение. Каждый из стариков, давно и прочно сидевших на высоких должностях благодаря поддержке своих знатных семей, вызывал подозрение. Все они плели интриги против друг друга и, не стесняясь, пытались опутать королеву своей паутиной в попытке побороть врага. Вот только она мало прислушивалась к их ядовитым кляузам.

Они проговорили с Сансар Аратом еще немного, условившись обсудить дату свадебной церемонии после казни предателей из Ин-Хуа. Будущий супруг даже не скрывал желания пожениться как можно скорее. Наверняка не терпелось сесть на столь желанный трон и примерить корону. Глядя на Сансар Арата, Цэрэн понимала, что не доверяет ему даже больше, чем всем советникам, вместе взятым. Пожалуй, ей понадобится усилить охрану. Кто знает, вдруг будущий муженек решит организовать ее «случайную» смерть?

Распорядившись, чтобы Сансар Арата проводили в подготовленный для него павильон Золотого дракона, где по традиции жили короли, Цэрэн что есть силы сжала подлокотники трона. Этот павильон пустовал со смерти отца. С той самой ночи, когда его вероломно отравили приспешники наложницы Джиа – коварной твари, которой удалось свести в могилу мать Цэрэн, но так и не удалось стать законной супругой короля. Она грезила троном для единственного сына и, устав ждать смерти короля, решила устранить его сама. Благо, законную наследницу поддержали куда больше придворных и стражников, чем ублюдка, хоть и мужского пола.

Теперь же павильон отца отдан тому, кого Цэрэн с легким сердцем выгнала бы за пределы столицы, навечно запретив входить в городские ворота. Благодаря поддержке отца Сансар Арат получил власть, но никогда не получит саму королеву.

– Ваше Величество, как прошло знакомство? – вырвал ее из горестных мыслей мягкий голос Унура.

Он застыл перед троном, не смея приблизиться больше, чем это допустимо.

– Разве ты забыл, что мы уже знакомы? Впрочем, за десять лет этот паршивец изменился, набрался ума и хитрости. Теперь ему хватает сообразительности не насмехаться и не показывать превосходство, а осыпать меня льстивыми речами. Очень уж ему не терпится сесть на трон.

– Вы знаете, что я хорошо разбираюсь в людях. Так вот, этот… человек не вызывает у меня доверия. Он очень хитер, а еще уверен в том, что вы у него в кулаке.

Цэрэн кивнула, соглашаясь. Унур, как и всегда, ясно видел суть людей. И дело здесь даже не в ревности. Цэрэн видела то же самое.

– Прошу, пусть твои люди следят за каждым его шагом. Я боюсь, что он замыслит дурное против меня.

– Я этого не допущу, Ваше Величество, – с поклоном отрезал Унур. – Если в его хитрой голове зародится мысль, чтобы навредить вам, я снесу эту голову с плеч. Пусть даже сам расплачусь за это смертью, но не позволю навредить вам ни словом, ни делом.

Цэрэн нежно улыбнулась Унуру, больше всего на свете мечтая его поцеловать, но в павильон в любое мгновенье мог заглянуть кто-то из стражи, а прислуга – подглядеть в щель между оконными проемами.

– Ты придешь ночью? – почти шепотом спросила она. – Ради нашей встречи я вернусь от Штормовой раньше.

– Непременно приду, Ваше Величество и буду ждать, сколько нужно, пока вы закончите дела в подземелье. Но попрошу еще об одном: не показывайте Штормовую рыжему чужеземцу слишком быстро. Расспросите господина Аман, как себя показал новенький, и уж тогда принимайте решение. Ему я тоже совсем не доверяю. Что, если он – один из шпионов Неры, засланный в Крылатое войско? Зачем ему знать, что в Шанъяре появился еще один дракон?

Цэрэн прикусила нижнюю губу, обдумывая слова Унура. Она и сама пока не разобралась, готова ли рассказать чужеземцу о Штормовой, но почему-то не ощущала к нему недоверия. Хоть полоумная старуха и назвала его рыжей смертью Шанъяра, Цэрэн чувствовала, что приняла правильное решение, призвав этого мальчишку в войско.

* * *

В подземелье, спрятанном у неприметного павильона в «Городе мира» и связанном тайным ходом с Драконьим городом, никогда не бывало холодно. Тайное место, где с давних времен растили детенышей драконов, пустовало с тех пор, как Пламенный подрос и научился летать. Теперь там расцвела жизнь и окрасила мрачные стены в золото. Маленькая Штормовая уже стала любимицей драконьих лекарей и медом на сердце Цэрэн.

Королева никак не могла отвести по-матерински нежного взгляда от золотистой ящерки, которая по-хозяйски обосновалась в ее руках. Малышка довольно урчала и подставляла голову под ласку. Во всем подземелье царила тишина. Цэрэн приказала прислуге, которая допускалась к драгоценной Штормовой, оставить ее одну в ожидании приговора.

И этот приговор уже спускался по каменным ступеням – шорох шагов эхом отдавался от стен.

– Байгаль очень заговорщически намекнул, что ты ждешь меня здесь, сестра. К чему такая секрет… – замер на полуслове Наран, вытаращив глаза при виде золотой ящерки на руках у Цэрэн. – Это…

– Это Штормовая. Дочь Разящего. Она наконец вылупилась, Наран. Моя мечта осуществилась, – с восторгом выдохнула Цэрэн, будто вновь становясь восторженной девчонкой. Тяжелый взгляд брата тут же смягчился.

– Я собрался тебя отчитывать, а тут такая радость. Ты хорошо подготовилась к выволочке, – хмыкнул Наран и приблизился, с интересом рассматривая малышку.

Та заметно напряглась в руках Цэрэн, не доверяя чужаку. Однако, стоило ему мягко коснуться ее макушки, как маленькая драконица сменила гнев на милость. Она обнюхала пальцы Нарана и подставила голову под прикосновение. Даже заурчала.

– Надо же, ты влюбил в себя даже Штормовую. Мне-то казалось, что твое очарование распространяется только на человеческих женщин.

Наран закатил глаза и привычно хмыкнул. Наверняка с раздражением вспомнил о паломничестве министров и глав знатных родов, которые вот уже три года осаждали королеву, пытаясь выдать своих дочерей, племянниц, внучек и правнучек за самого завидного жениха Шанъяра. Причем, возраст невест колебался от тринадцати до тридцати лет, в то время как самому жениху совсем недавно исполнился двадцать один год. Для малышек он был староват, а для пересидевших в девичестве женщин – и сам малыш.

Цэрэн не раз говорила брату, что пора задуматься о наследнике, ведь однажды ему придется уйти на покой. Если Наран не хотел, чтобы Разящий получил нового всадника со стороны, его место должны занять сын или дочь. Только откуда ж им взяться, если он надменно отвергал все выгодные предложения? Пожалуй, еще пару лет, и Цэрэн примет даже невыгодное, лишь бы пристроить брата в надежные любящие руки.

– Не тебе говорить об очаровании, сестра, – раздраженно огрызнулся Наран. – Вот уж не ожидал так внезапно познакомиться с твоим женихом. Впрочем, знакомством это не назвать. Мы продолжили с того же, на чем закончили десять лет назад. И когда ты собиралась мне рассказать о договоренности с его отцом?

Ну вот, под его внимательным взглядом Цэрэн, как всегда, ощущала себя не старшей, а младшей сестрой. Младшей, глупенькой и очень провинившейся.

– Никогда, – скривившись, призналась она. – Я решила, что вам лучше столкнуться в походе без меня и обсудить все, как полагается мужчинам.

– То есть, решила, что драка – лучшее начало союзничества?

– Что? Вы подрались? – подскочила Цэрэн, отчего Штормовая недовольно рыкнула в ее руках.

– Слава богам, у нас обоих хватило ума держать чувства при себе. Мы провели столько времени на одном драконе, что почти сроднились. Спасибо тебе и за это, сестра.

– Он отзывался о тебе, как о талантливом командире, – призналась Цэрэн.

– Я тоже признаю, что он совсем неплох. Если б не был таким самовлюбленным ублюдком.

Цэрэн промолчала, чуть заметно улыбнувшись. Пожалуй, подобная похвала – это большее, что мог получить от Нарана Сансар Арат. Брат вообще очень редко кого-либо хвалил, но больше, чем ото всех, он требовал только от себя. Наран достиг своего уровня мастерства потом, кровью и железной волей. Стал всадником Разящего, задавив в себе горе сына, потерявшего отца. Выдержал столько осуждений и насмешек от знати, сколько не пришлось пережить даже Цэрэн в гареме отца, власть в котором разделилась между королевой и любимой наложницей.

– А что ты скажешь о новеньком? Как думаешь, можно доверить ему тайну появления Штормовой? Мне бы не помешал его опыт, – поспешно перевела она тему, пока Наран не распалился еще больше, рассуждая о будущем короле.

Брат не торопился с ответом. Он отвел взгляд от ее лица, что-то обдумывая.

– Акробат со временем вольется в войско, хоть и с трудом. Всадники не расположены к нему, а он и не стремится понравиться.

– Ты ведь тоже не расположен к нему. В первую очередь, все они смотрят на тебя.

– Я изменил свое мнение, – помолчав, признался Наран и со вздохом сел на высеченное из камня сиденье. – Он спас жизнь мне и Сансар Арату. Убил предателя, который целился в нас из толпы.

Цэрэн почувствовала, как все внутри похолодело. Ох, не зря дурное предчувствие преследовало ее изо дня в день, пока Крылатое войско выполняло задание.

– Цирк научил его не только выделывать трюки на драконе, рискуя собой, но и метать ножи. Он хорош в этом деле, признаю. А еще в том, чтобы выпытывать сплетни у простодушных людей. Акробат несколько вечеров крутился среди солдат гарнизона Ин-Хуа и узнал много интересного о происходящем в городе.