Юлианна Орлова – Развод с предателем. Он не отпустит (страница 24)

Ходил, чтобы она согласилась дать показания. И мне было сложно уломать ее это сделать, когда у нее уже совсем другая налаженная жизнь.

—Я сделал последний шаг, теперь у нас полная группа, готовая дать показания. Но есть и цена. Она просит вознаграждение и гарантии безопасности.

—Стерва, бабок захотела, — шипит друг, а я отрицательно машу головой.

Лирика. На ее месте все бы поступили также, учитывая силу врага, способного размазать тебя по стенке одним пальцем.

—Она хочет жить, Марк, а после такого…должна быть уверена, что ее не уберут в качестве мести. Или…как ненужного свидетеля.

—Логично. И чего делать будем?

—Я дал ей эти деньги, налом. Здесь все, что надо знать об ублюдке, — протягиваю флешку, на которой полный пакет информации, и он точно сломает любую защиту. Мы его утопим с легкостью и без всяких преград.

Внутри разгорается огонь, а ощущение победы настолько явное, что мышцы напрягаются как перед прыжком.

Еще чуть-чуть. Совсем малость.

—Ты обманул свою жену, ты в курсе?

—Нет, разговор с последним свидетелем случился до обещаний, — ухмыляюсь, перехватывая стакан с янтарной жидкостью.

—Ага, так и запишем.

А к вечеру я, возможно, впервые за долгое время в хорошем настроении приезжаю в дом, куда в последнее время старался не заходить вовсе. А если заходил, то только в исключительном случае, когда в офисе заканчивалась чистая одежда, а в люди выходить в чем-то было крайне необходимо.

Дошло до смешного, что я заставлял свою секретаршу отвозить грязную одежду в химчистку вместо того, чтобы делать это дома.

Все это лишь бы не видеть той ужасающей картины, которую оставила мне жена в качестве прощального подарка. Никогда не думал, что рисунок сможет так сильно ранить.

Но да, пожалуй, именно это размазало меня по стенке в тот раз, когда я впервые увидел перекрытых волков, на чьем месте красовался феникс. Не закончен, разумеется. Но торкнуло до глубины души.

Никогда меня мазня не впечатляла, нет, про работы своей жены сказать мазня грешно, конечно, и в последнее время я и правда следил за ее работой лишь мельком, но именно у Ани получается создавать шедевр.

Никто другой и рядом не стоял. Для меня даже классиков не существует.

А дом и правда становится тюрьмой без Ани.

И никто не встречает, даже укором. Не готовит, ногу на бедро под утро не закидывает. И я больше не зарываюсь в пушистые волосы, веером раскиданные на подушке.

Но самое жуткое, что перед глазами стоит лицо заплаканной жены, которой я сделал очень больно.

И понял это слишком поздно.

Возможно, с другой сработало бы что-то типа подарка в качестве искупления вины. Например, новая машина и цацки, но здесь не сработает ничего, кроме собственной жертвы чем-то.

Я не дурак и очень хорошо это понимаю, но что самое главное, я больше не хочу никуда бежать сломя голову.

Кризис среднего возраста у многих проявляется по-своему, а у меня …все замерло в одной точке, а я вдруг увидел эту уродскую картину собственной жизни через призму страданий самого близкого человека.

Которого я, очевидно же, не заслуживаю.

А какой-нибудь Глеб Горский вполне.

Тот, который спит и видит заполучить Аню и утереть мне нос.

Не верю, что он просто внезапно появился из ниоткуда и так близко подобрался к Ане. Не верю этому наглому жуку.

Глава 25

ГЛАВА 25

АНЯ

Заканчиваю последние приготовления и отправляю конечный результат редактору, но вместо ответа мне через мессенджер поступает звонок, получается ответить с планшета. Смартфона у меня все еще нет.

—Аня, привет…Работу получила, все прекрасно, но у нас тут проблема, — официальный тон меня начинает пугать. Я растираю леденящие ладошки и внимательно вслушиваюсь, поправляя наушник.

—Добрый день, в чем именно?

—Автор не хочет с тобой сотрудничать, скорее всего, из-за недавнего скандала. Твое имя не должно быть на обложке в качестве иллюстратора. Сама понимаешь, книга про первую любовь, молодежка и все такое, будет большая пресс-конференция, а если ты будешь задействована, то могут прийти разные личности, чтобы обострить скандал. Мы все понимаем, что давят не на тебя, а на твоего мужа, — она замолкает и точно пытается подобрать слова, у меня настроение падает в пропасть, и сразу так противно и тошно, что не могу и слова из себя выдавить.

Обидно до глубины души. Сначала у меня разрушилась семья, теперь работа. Первый отказ — это только начало, а дальше, если скандал будет набирать оборотов, а мое имя будет и дальше полоскаться в СМИ, их станет еще больше.

А работы таким образом не останется вовсе. Последнее у меня отбирают.

—Я все понимаю.

—Ань, это только один заказ, ты не расстраивайся. Все наладится, я ни в коем случае не думаю прекратить с тобой сотрудничество. Ты замечательный специалист и человек, но обстоятельства складываются так, что я не могу приказать клиенту и заставить тоже, — продолжает меня успокаивать, но это дохлый номер.

Мы все всё понимаем на самом деле, и даже если она не произносит мне правду до конца, я могу ее понять сама. Для этого мне помощь совершенно не нужна.

—Есть какие-то еще заказы?

—Ань, может тебе пока в отпуск пойти? Ты не подумай. Он будет оплачиваемый, все как положено и официально, конечно. Очевидно, тебе надо время немного прийти в себе. Как нельзя кстати для этого станут праздничные дни и выпавший на них отпуск, — приговором звучит для меня лестное на первый взгляд предложение.

Наверное, это официально конец моей карьеры в этой компании, надеюсь, что мне удастся найти новую и продолжить заниматься тем, что я так люблю.

—Ясно. Да, наверное, так будет лучше.

Ни к чему закатывать выяснения отношений на удаленке, как и незачем выпрашивать хоть что-то, чтобы не сойти с ума. В конце концов, между нами только бизнес, а никак не дружеские отношения.

Прощаюсь бегло, стараясь успокоиться и не зарыдать. Отвечаю подруге в мессенджере, листаю новости и откладываю планшет в сторону. Неожиданно внутри разливается тишина, мыслей тоже особо нет.

Зато есть отсутствующий взгляд, устремленный в окно, за которым шквальный вечер шатает ветки лысых деревьев.

Прекрасный вид, чтобы написать новую картину. Буйство стихии всегда меня завораживает, дарит то самое вдохновение, за которым стремятся многие.

В комнату пару раз стучат, но я не встаю и внимание на входящую Вику не обращаю.

—Привет, слушай…там твой пришел. Мне его выгнать? Метель начинается, а он собрался тебя куда-то везти. Давай может нафиг пусть идет?

Я киваю и перевожу на нее отсутствующий взгляд.

—Нютка, ты точно норм? Я что-то переживаю.

—Не надо его выгонять, я поговорю с ним. Но ехать не хочу никуда.

Медленно встаю, натягиваю вязанные тапочки, которые мне вручила хозяйка дома и спускаюсь внизу, а там Кир с пышным букетом цветов.

Видит меня и смотрит как на картину. Внутри все переворачивается, потому что я действительно рада его видеть.

—Привет, — произношу первая.

Заприметив меня, он хмурится, очевидно, считывая изменения в настроении. Как только я встаю перед ним, касается костяшками моей щеки и прищуривается подозрительно, пытаясь прочитать между строк.

—Привет. Ты бледная. Все хорошо?

—Тебе честно?

—Хотелось бы.

—Сегодня от моих услуг отказались, намекнув на небезупречную репутацию, связанную с моим мужем, — поднимаю на Кира серьезный взгляд, а он хмурится сильнее.

—Черт. Давай…поедем в ресторан и спокойно посидим поговорим.

—Не хочу.