Юлиана Лелич – Чем дальше в лес… (страница 5)

– Мы – это здесь. Тут ничего нет, кроме маминого дома. И на карте его нет.

– Как же так?.. – Марья совсем растерялась. Вот же, Малый ручей. Вот Большой Ручей. Очень, очень далеко от Лужков.

– Ты головой не ударялась? Может, забыла, как шла?

Голос был сочувственным. Марья чувствовала на себе внимательный взгляд светлых, почти желтых глаз. Не с ума же она сошла, в самом деле?

– Я шла, потом споткнулась, упала, но я не теряла сознание! Вроде… – девушка вспомнила странное падение и головокружение, последовавшее за ним. – Зато потеряла тропу, нашла стену и пошла вдоль нее. Я уверена, что шла на юг! – бормотала она самой себе, пытаясь унять нервирующие мысли.

– Что за стена?

– Старая, почти вся уже в земле, только на полметра выпирала. Каменная, мшистая.

Артемий промолчал, тишина повисла в воздухе вместе с холодным туманом. Марья подняла голову, отрывая взгляд от карты, и увидела, что Артемий очень серьезно, словно с опасением, смотрит на нее. По спине пробежала дрожь, девушка повела плечами и нахмурилась еще сильнее, не отводя глаз.

– Единственная в этом лесу такая стена отсюда на север. Точно сказать не могу, я там не был. Но других стен я не знаю. Только ты на всякий случай, – он чуть замялся и понизил голос, – никому больше про это не говори. Это… нехорошее место.

Марья испуганно таращилась в светло-карие глаза еще несколько секунд, а потом резко отвела взгляд. Чего они, в самом деле, торчат тут над этой картой? Ну ее, эту стену, главное – выйти к людям. Надо девчонок будить и идти. Их бабушка волнуется, а они спят как ни в чем не бывало.

Марья вскочила на ноги, Артемий свернул карту и тоже встал. Солнце золотило их макушки, ползя вверх по небосводу. Так свежо было в лесу, и уже начали просыпаться птицы. Марья почувствовала, что пальцы совсем озябли, и сжала их в кулаки.

Из лесу показалась Татьяна. Видимо, оставила корову пастись, а сама вернулась. Марья посмотрела на нее. Татьяна вошла во двор и прикрикнула на сына:

– Ты чего здесь? Займись рыбой, нечего тебе тут рассиживаться. Сейчас девочек накормлю завтраком, и проводишь их до выхода.

Артемий сделал сразу два шага от Марьи и молча вскинул руки, мол, нечего возмущаться, никого не обижаю, вот я, вот рыба – все как положено.

– Иди в дом, совсем бледненькая, – Татьяна потянула девушку за плечо, бросив на сына хмурый взгляд. – Сейчас блинов напеку, а ты буди пока подружек.

Марья кивнула и послушно пошла за женщиной. Взгляд Артемия буравил ей спину, пока она не скрылась за дверью.

Полина и Вита уже проснулись, но с печи еще не слезли, сонно переговариваясь. Марья растормошила их окончательно и отправила умываться, не обращая внимания на недовольное бормотание. Татьяна навела теста для блинов и ушла на улицу, за дом, где у нее была небольшая летняя печка под крытым навесом. Марья безнадежно потыкала в телефон, грустно посмотрела на 21 процент зарядки и сунула бесполезный гаджет обратно в карман рюкзака. Вернулись сестры, вяло перекинулись парой фраз про лес, Артемия, с которым познакомились снаружи, и скорую дорогу. Полина протерла банданой очки, водрузила их на нос, а потом повязала бандану на голову, пока Вита рассерженно чесала длинные спутанные волосы пятерней.

Блины оказались потрясающе вкусными. Даже запах рыбы, которым еще несло от Артемия, не перебивал аппетита, и девушки обмакивали обжигающие пальцы сверточки в сметану и мед с полнейшим наслаждением.

– Вкусно как, теть Тань, – благодарно выдала Полина с набитым ртом.

Татьяна только посмеивалась, глядя на эту отрадную картину. Артемий откинулся назад, доев последний блин, а потом собрал пальцем остатки сметаны с краешков блюдца, за что тут же получил по рукам от матери.

– Да что ж тебя все в сметану тянет, а? Где твое воспитание?

– Мам… – обиженно протянул парень и облизал испачканный в сметане палец. – Вкусно же.

Полина и Вита хихикнули, Марья сдержанно отвернулась.

– Вкусно, – вздохнула женщина и поднялась из-за стола. – Собирайтесь, а я вам еще блинов в дорогу положу. И воды наберите из колодца.

Вчетвером девушки и парень вышли со двора и повернули так, что уверенно приподнявшееся солнце оказалось по левую руку. Они довольно бодро зашагали вперед, стремясь поскорее выбраться к людям. Помня о том, что до дороги идти всего-то часа четыре, около половины пути они преодолели на одном дыхании. Полина и Вита обсуждали, как их встретит бабушка. Полина считала, что та обрадуется, а вот Вита опасалась, что она разозлится на нерадивых заплутавших внучек, а может, уже и родители приехали из города на поиски. Марья шла молча – участвовать в этом разговоре ей не было никакой нужды – и разглядывала то лес, то спину парня перед собой. Потом Артемий поотстал, прислушиваясь к разговору сестер, принявшему уж совсем фантастические обороты (бабушка в облачении разведки на военном вертолете), и Марья оказалась впереди. Она всегда любила природу. Щебет, ветерок в ветвях, запахи трав и листвы, пружинивший покров под кроссовками, свежесть, золотившиеся солнцем проблески среди крон… И хоть это приключение уже порядком затянулось и временами даже вызывало опасения, все равно и лес, и весь этот август были хороши. Марья вся погрузилась в какое-то общее с просыпающейся утренней природой торжество, ощутила единство, словно она тоже часть этого леса: качающаяся от ветра веточка на ясене, наливающаяся багрянцем ягода рябины, примятая шагами трава…

Вдруг вокруг ее запястья сжались чьи-то пальцы. Марью резко выдернуло из расслабленного единения с природой, в памяти отчего-то стремительно пронесся внезапно вспомнившийся утренний сон, и она резво выдала испуганной скороговоркой себе под нос:

– Земля-матушка, умойся его кровью!..

Артемий споткнулся на ровном месте, выпустил запястье Марьи и едва удержался на ногах, нелепо взмахнув руками. Марья застыла, не понимая, что с ним не так, а парень заглянул в ее глаза с такой искренней детской обидой, словно это не он только что зачем-то схватил ее за руку, перепугав до жути.

– Вы чего? – Вита остановилась позади и придержала Полину за ладонь.

Артемий отвел взгляд от Марьи и зыркнул на сестер, приложив палец к губам. Все замерли, тревожно прислушиваясь. Вита скрестила руки на груди. Полина любопытно распахнула серые глазищи. Шелестели деревья, чирикали птицы.

– А что?.. – не выдержала Полина, но оказалась тут же перебита тихим шипением Артемия.

Через полминуты он вздохнул, и в его выдохе Марье почудилось недовольство. Парень повернулся спиной к девушкам и сделал пару шагов. Среди деревьев там, куда он смотрел, промелькнуло несколько приближавшихся силуэтов. Вскоре незнакомцы вышли к ним из-за деревьев и остановились в паре метров.

Девушки настороженно разглядывали двух мужчин. Один был явно охотником: крепкий, коренастый, лет сорока с небольшим, давно не бритый, с бледным шрамом на щеке, с ружьем за спиной и огромным ножом на поясе, больше похожим на небольшую саблю; одет он был в темно-зеленые штаны и куртку и смотрел на девушек и Артемия с неприязнью, явно читающейся в его темно-серых, почти черных глазах. Второй выглядел моложе, не старше тридцати; высокую стройную фигуру окутывал длинный серый плащ с капюшоном, прикрывающим голову; лицо было слишком красивым для того, кто бродит по лесу, а светло-серые глаза смотрели изучающе и спокойно.

– Это кто? – грубо спросил у Артемия старший, кивая ему за спину.

Кто такой Артемий, мужчина не поинтересовался, из чего Марья сделала вывод, что они знакомы.

– Просто заблудились в лесу, я провожаю до выхода.

– Ты? – насмешливо хмыкнул мужчина и положил ладонь на рукоять ножа, а потом перевел взгляд на незнакомок. – Откуда пришли?

– Простите, – вежливо начала было Полина, выходя из-за плеча Марьи и отпуская руку сестры. – Наверное, вышло какое-то недоразумение, мы просто…

– Откуда? Отвечай!

Полина осеклась и замерла. Мужчина выглядел опасным.

– Мы из Малого Ручья, – сочла за лучшее ответить Марья, пока Вита снова уцепилась за ладонь сестры и настойчиво тянула ее к себе, за спину Марьи и Артемия.

Артемий чуть оглянулся и бросил на нее быстрый одобрительный взгляд. Вспомнилось его предостережение: «Только ты на всякий случай никому больше про стену не говори». Впрочем, уточнять, что сама Марья из неправдоподобно далеких Лужков и оказалась тут неизвестно как, она и не собиралась.

Однако ответ, судя по всему, мужчине все равно не понравился. Он быстро переглянулся со своим спутником и вытащил нож из ножен. До Марьи внезапным озарением дошло, что когда они только заметили среди деревьев силуэты этих незнакомцев, их было явно больше, чем двое. Значит, остальные где-то вокруг, притаились за стволами деревьев и чего-то ждут. По спине прошел нехороший озноб.

– Что случилось, Мирослав? – Артемий обратился ко второму мужчине, который не проявлял никаких признаков агрессии.

– Ищем. Я помогаю. Кое-кто сбежал. И побывал ночью в Ручьях, – спокойно отозвался тот. – Надо проверить, ты же понимаешь.

– Они у нас в доме ночевали, пришли вчера до заката.

Старшему надоела эта болтовня, и он решительно обогнул Артемия, толкнув его массивным плечом. Все три девушки одновременно шагнули назад. Мужчина грозно скривился.

– Не надо бежать, вам ничего здесь не угрожает, – все так же спокойно предупредил тот, кого называли Мирославом.