Юлиана Лелич – Чем дальше в лес… (страница 6)

Артемий снова пролез между мужчиной с ножом и спутницами и решительно вскинул руки.

– Ян, убери нож. Они просто обычные девушки. Можно же без насилия?

– Прочь, чертово отродье!

Ян грубо оттолкнул парня локтем и молниеносным движением перехватил нож так, что лезвие оказалось сзади, почти скрытое под предплечьем. Артемий уставился на Яна каким-то затравленным взглядом, но больше ничего не сказал и попыток подойти не предпринял. Вместо этого он в поисках поддержки отчаянно посмотрел на Мирослава, но тот отвел взгляд.

– Зубы покажите.

Марья замерла. Что за просьба, они ж не кони на торгах… Но дожидаться реакции Ян не стал, вцепился мертвой хваткой в челюсть девушки и надавил, заставляя раскрыть рот. Марья не успела и начать вырываться, как он ее уже отпустил и отодвинул в сторону, чтобы то же самое проделать с Полиной и Витой.

– Эй, вы что себе позволяете? – возмутилась Вита после этого странного досмотра и, потянув сестру за руку, оказалась подальше от Яна и рядом с Мирославом, словно ища защиты у более разумного и не такого бесполезного, как их сопровождающий.

Мирослав глянул на нее спокойно сверху вниз: он оказался как минимум на голову выше Виты, а она среди троицы девушек была самой высокой. Вита замерла, разглядывая его лицо вблизи, а потом закрыла рот и сделала пару мелких шажков в сторону, все еще не отпуская руки сестры.

– Не они, – недовольно заключил Ян для Мирослава и повернулся к Артемию. – Нечего вам тут таскаться. Веди их обратно, сейчас у Татьяны безопаснее всего.

– Как – обратно? – выдохнула Марья. – Нам надо из леса выйти!

– Выйдете. Вот мы всех поймаем, кого надо, и выйдете.

Марья посмотрела на Мирослава. Тот вынул из-за полы плаща тетрадь и начал что-то в ней отмечать карандашом.

– В Ручьях две девушки пропали, не три.

У Марьи внутри все обмерло. Артемий стоял, опустив голову, и не смотрел на нее.

– Нам до этого дела нет, – отрезал Ян и свистнул, подавая кому-то невидимому сигнал. – Эти нам не нужны. А ты, – взгляд на поникшего парня, – кого увидишь – знаешь, что делать.

Мирослав убрал тетрадь, и они с Яном пропали среди деревьев так же быстро, как пришли.

Артемий выдохнул.

– Пойдемте.

И развернулся в сторону, откуда они пришли.

Вита возмущенно воззрилась на него. Полина переступила ему дорогу и, неверяще вглядываясь в его глаза, спросила:

– Ты что, серьезно? Нам же меньше полпути осталось?

– Слушай, – Артемий раздраженно потер лицо. – Если Ян говорит, что здесь опасно, значит надо вернуться. Пока вы со мной, с вами ничего не будет.

– Ага, то-то мы и заметили! – взвилась Вита. – Что это было вообще такое? Что этому твоему Яну было от нас надо?

Артемий устало посмотрел вверх, словно ища ответов среди верхушек деревьев.

– Ну и ничего же с вами не стало? – буркнул он и, обогнув Полину, направился через лес. – Идемте. Завтра отведу вас домой, а сегодня еще погостите.

Сестры переглянулись, а потом выжидающе уставились на Марью, молчаливо предлагая ей принять решение. С чего она вдруг стала у них за главную? Артемий оглянулся и тоже посмотрел на нее. Его взгляд был просящим. Он словно говорил: «Пожалуйста, пойдем со мной, мне не нужны проблемы, которые устроит Ян, если я вас не верну». Тревожное ощущение, щекочущее мурашками вдоль спины, никак не пропадало. Марье казалось, что те, кого они не видели, все еще следят за ними из-за деревьев, подчиняясь свисту Яна. Она посмотрела на Артемия, на сестер… вздохнула и молча пошла за парнем. Тот облегченно улыбнулся ей и резво пошагал сквозь лес.

Сказать, что Татьяна, раскладывавшая по широкому деревянному столу какие-то травы для просушки, удивилась, снова увидев их на своем дворе, значило бы ничего не сказать. Она уперла руки в бока и сощурилась, с подозрением сверля сына взглядом.

– Я ни при чем, – буркнул он, когда они подошли достаточно близко. – Там Ян. Охотится.

Женщина всплеснула руками и поджала губы.

– Устали поди ходить, девочки? – спросила она, переведя тему разговора. Видимо, посчитала объяснения Артемия достаточными. – Ничего, скоро обед поспеет. Не зря я пирог затеяла, всем хватит.

Еще бы не устать. У Марьи ноги и после вчерашнего ныли, а теперь и вовсе едва держали. Татьяна снова гостеприимно пригласила их в дом, усадила и пообещала скоро накормить бедняжек. Артемий хотел было пристроиться на табурете, но мать зыркнула на него строго, и он, не споря, вышел на двор вслед за ней. Неудачливые путницы остались втроем. Полина стянула бандану и опустила голову на стол, пряча лицо за пушистыми короткими прядками. Вита привалилась спиной к стене и вытянула ноги. Марья задумчиво поелозила на табурете и уставилась в окно. В форточку проскользнул рыжий кот, покрутился в ней, словно раздумывая, нагулялся ли, и спрыгнул на стол.

– Кыс-кыс, – подозвала Марья.

Кот моргнул желтыми глазами, муркнул и влез к ней на колени, подставляя голову для ласки.

– Мы так и будем делать вид, что все нормально? – тихим голосом разбила тишину Вита. – Или уже обсудим весь этот происходящий бред?

Никто не пошевелился, но атмосфера вмиг стала напряженной, как будто солнце скрылось за тучами и резко потемнело.

– Мы посреди леса, в избушке ведьмы! – решительно продолжила полушепотом Вита и в доказательство своих слов очертила рукой пространство, предлагая еще раз полюбоваться на пучки сушеных трав под потолком. – Вокруг ходят какие-то маньяки, которые не дают нам выбраться из леса. В Ручьях что-то случилось. И не смейте мне говорить, что я спятила.

– Ты не спятила, – подтвердила Полина, подняв голову. – Но Татьяна кажется доброй. А вот кот странный.

Марья замерла с занесенной над пушистой рыжей мордой рукой.

– С чего это?

– С того, – Полина деловито оглядела животное. – Что все кошки, которых я знаю, всегда лезут к Вите, а этот на нее даже не смотрит.

Вита с лавки хмыкнула, не подтверждая, но и не споря. Кот совершенно проигнорировал обвинения и ткнулся макушкой в Марьину ладонь. Девушка рассеянно погладила его.

– А эти Ян с Мирославом точно что-то скрывают. Особенно Ян.

Марья вгляделась в окно: не услышит ли их Татьяна и Артемий? Никого из них видно не было, и она негромко спросила:

– И что вы предлагаете?

Сестры переглянулись. Вита задумчиво свела брови. Полина пожевала губу и предложила:

– Сбежим ночью сами, пока все спят. Направление мы запомнили. Не будем дожидаться, пока Артемий нас пойдет провожать. Без него обойдемся.

– А если опять заблудимся? – по голосу Виты было понятно, что она полностью поддерживает сестру, но все же опасается.

– Не заблудимся, – ответила за нее Марья. – Я дорогу хорошо запомнила.

Девушки еще раз переглянулись, кивнули друг другу и замолчали. Кот свернулся у Марьи на коленях в клубок и задремал. Тревога постепенно улеглась. День был солнечным, дом – светлым. Щебетание птиц за окном – задорным. Приятно пахло разными цветами, свисающими с потолка.

Пообедав рыбным пирогом, девушки совсем успокоились и даже легли подремать на печке. Все-таки усталость и ранний подъем делали свое дело. День прошел лениво. Вечер пришел незаметно, обволакивая нехитрое убранство дома розовым светом. Татьяна не выказала никакого удивления тем, что гостьи рано легли спать. Каждая из них чувствовала неловкость, будто бы они обманывают добродушную хозяйку своими подозрениями и планом побега. Женщина действительно относилась к ним с добротой и заботой, а Артемий выглядел слишком легкомысленным, чтобы замышлять недоброе. Да и дома после обеда он вовсе больше не появлялся. Но сама ситуация казалась подозрительной, и психопат Ян из леса очень пугал.

Поворочавшись с боку на бок, девушки затихли. Уснула Полина, за ней – Вита. Марья лежала без сна дольше всех, то проваливаясь в какие-то образы и непонятные воспоминания, то снова тревожно выныривая из них. К полуночи и она окончательно уснула. Снова ей виделась каменная стена, опоясывающая городище, состоявшее из маленьких жавшихся друг к другу домиков; снова она ощущала себя маленькой испуганной девочкой; кто-то кричал, кто-то ругался. Марья ворочалась во сне и путалась в колючем одеяле. Потом что-то теплое и урчащее легло на живот, девушка в полусне погладила мягкий комок и уснула уже без сновидений.

Казалось, она вовсе не спала, когда ее разбудила Полина, тихонько потыкав в плечо. Марья распахнула глаза и уставилась в темный потолок, соображая, кто она и где находится. Вита уже слезла с печи, Полина бесшумно последовала за ней. Сложив с себя недовольно муркнувшего кота, Марья шикнула на него и последовала за подругами. Темный дом давил своим молчанием. Беззвучно обходя с кроссовками и рюкзаками в руках скрипучие половицы, запримеченные еще с вечера, девушки прокрались к двери и шмыгнули наружу, молясь, чтоб дверь не издала никакого звука. Кот проводил их прищуренными глазами, потянулся и нырнул в форточку, подцепив ее лапой.

Троица замерла на крыльце, прислушиваясь. Ничто не указывало на то, что кто-то проснулся от их шебуршаний. Тихонько выдохнув, они обулись и поспешили через двор в серый предрассветный лес.

– Я чуть не наступила на мышь, когда слезала с печки, – посетовала Вита нервно.

– Ну, животные к тебе тянутся, – утешила ее Полина и хихикнула.

Однако за первыми же деревьями их ждал сюрприз. На поваленной березке, непринужденно закинув ногу на ногу, сидел Артемий и глядел на них с хитрой улыбкой. Полина ойкнула, испугавшись темного силуэта и не сразу его узнав. Вита настороженно свела брови, а Марья уставилась на парня.