реклама
Бургер менюБургер меню

Юли Велл – Предатель, секрет в кармане моего пальто (страница 7)

18

— Простите, задержалась, — она подошла к столу, опустилась на свободный стул рядом с Артёмом. — Дорогой, налей мне.

«Дорогой». Артём поморщился, но налил. Потапов и остальные партнёры заулыбались, переглянулись. Все всё понимали.

— За успех! — подняла бокал Алина.

— За успех!

Вино лилось, разговоры перетекали из деловых в личные. Потапов рассказывал про детей, про дачу, про жену, которая заставила его купить новый чайник. Артём слушал вполуха, кивал, улыбался. В голове было другое.

Где она? Что делает? Вернулась ли?

Алина под столом положила руку ему на колено. Он не убрал, но и не ответил.

Когда партнёры разошлись, они остались вдвоём. Алина подвинулась ближе, её духи — терпкие, дорогие — заполнили пространство.

— Ну что, доволен? — спросила она, касаясь его плеча. — Ты сегодня великолепен, Артём. Когда ты ведёшь переговоры, я смотрю на тебя и думаю: вот мужчина. Настоящий.

— Спасибо, — сухо ответил он, допивая вино.

— Может, поедем ко мне? — её пальцы скользнули по его руке. — Отметим успех. Как следует.

Артём посмотрел на неё. Красивая. Умная. Доступная. Всё, что нужно. Но вместо привычного желания он почувствовал раздражение.

— Не сегодня.

Алина нахмурилась.

— Что-то случилось?

— Всё нормально. Просто устал.

— Артём, — она взяла его за подбородок, повернула к себе. — Ты какой-то не такой последние дни. У тебя всё в порядке? Дома?

Он перехватил её руку и убрал.

— Не надо.

— Что не надо?

— Обсуждать мою жену. Не надо.

Алина откинулась на спинку стула. Её глаза сузились.

— Я и не собиралась. Просто спросила.

— Я сказал — всё в порядке.

— Ладно, — она подняла бокал, допила остатки вина. — Как скажешь. Но, Артём... — она посмотрела на него с лёгкой усмешкой. — Если она тебя выставила, зачем прикидываться, что ничего не случилось? Я всё вижу.

Он резко встал. Стул скрипнул по паркету.

— Я сказал — хватит.

Алина тоже встала, поправила платье, взяла сумочку.

— Хорошо. Не буду. — Она подошла ближе, коснулась его галстука, поправила. — Но если передумаешь — ты знаешь, где меня найти.

Она развернулась и вышла, оставив за собой шлейф духов.

Артём остался один за столом. Допил вино, посмотрел на часы. Половина одиннадцатого.

Он набрал домашний номер. Длинные гудки. Никто не ответил.

Набрал мобильный Маши. «Абонент временно недоступен».

Сжал телефон так, что побелели костяшки.

— Счёт! — крикнул он официанту.

*****

Квартира встретила его тишиной и темнотой. Он включил свет в прихожей и замер.

Коридор, по которому всегда разбегались Дашкины игрушки, был пуст. На вешалке — только его пальто. Машина куртка исчезла. Дашкин розовый комбинезон тоже.

Он прошёл в спальню. Её сторона кровати — пустая. Шкаф приоткрыт. Он дёрнул дверцу: её вещи висели на месте. Не всё забрала. Значит, вернётся? Или просто не влезло?

На тумбочке он заметил что-то белое. Фотография. Их свадебная. Она в белом платье, смеётся, он держит её на руках. Красивые. Счастливые.

Рядом — обручальное кольцо. Её.

Он взял его в руки. Холодное. Она оставила его сегодня? Или вчера?

Он сжал кольцо в кулаке и вдруг понял, что у него трясутся руки.

— Чёрт, — выдохнул он.

Телефон пиликнул. Сообщение от Алины: «Спокойной ночи. Скучаю».

Он не ответил. Лёг на кровать, на свою половину, и долго смотрел в потолок.

Её подушка пахла её шампунем. Он не мог заснуть. Ворочался, вставал, пил воду, снова ложился.

В голове крутилось одно: «Ты никуда не денешься». Он сказал это. А она взяла и ушла.

Впервые в жизни кто-то посмел так поступить с ним.

И впервые в жизни он не знал, что делать.

*****

Утро следующего дня. 7:00.

Он не спал. Под утро провалился в тяжёлую дрёму и проснулся разбитым.

Первое, что сделал — потянулся к телефону. Ни звонков, ни сообщений.

Он набрал тёщу. Долго не решался, но набрал.

— Алло? — голос тёщи был спокойным, даже слишком.

— Зинаида Петровна, здравствуйте. Это Артём.

— Здравствуй, Артём. — Ни тепла, ни холода. Просто констатация факта.

— Маша у вас?

Пауза.

— У меня.

— Можно её позвать?

— Она не хочет с тобой говорить, Артём.

Он сжал телефон так, что пластик затрещал.

— Это наш семейный разговор, Зинаида Петровна.