Юай Чоксахват – Метод и тень (страница 2)
— Мне, наверное, лучше уйти, Аркадий Петрович.
— Ни в коем случае, Дмитрий. Оставайтесь. Без моего верного летописца я как без рук. К тому же, обещает быть интересно. Нельзя такое пропускать.
— Но ваш клиент…
— Не беспокойтесь о нем. Мне может понадобиться ваша помощь, да и ему тоже. Вот он идет. Садитесь в кресло и будьте внимательны.
Тяжелые шаги, раздающиеся на лестнице и в коридоре, затихли у самой двери. Затем последовал громкий, настойчивый стук.
— Войдите! — крикнул Аркадий Петрович.
В комнату вошел мужчина ростом никак не меньше двух метров, с фигурой атлета. Его одежда была роскошной, даже вызывающей. Мех соболя обрамлял воротник и манжеты дорогого кожаного пальто, а на плечах был накинут кашемировый плащ цвета морской волны, застегнутый у шеи массивной золотой брошью в виде двуглавого орла. Дорогие итальянские ботинки из крокодиловой кожи завершали образ человека, привыкшего к роскоши. В руке он держал широкополую шляпу, а лицо до скул скрывала черная медицинская маска, которую он, видимо, только что надел, так как его рука все еще была поднята к ней. По нижней части лица можно было судить, что это человек волевой, с толстыми губами и выдающимся подбородком, говорящим об упрямстве и решительности.
– Вы получили моё сообщение в Телеграме? – спросил он, голос звучал низко, с ощутимым прибалтийским акцентом. – Я предупредил, что приеду. – Он обвёл нас взглядом, словно не решаясь, к кому обратиться.
– Прошу, присаживайтесь, – предложил Олег. – Это мой друг и коллега, доктор Андрей Смирнов, он часто помогает мне в моих расследованиях. С кем имею честь беседовать?
– Можете называть меня господин фон Крамер, я из старинного остзейского рода. Полагаю, ваш друг – человек чести и рассудительности, которому можно доверить деликатное дело. В противном случае, я предпочёл бы говорить с вами наедине.
Я уже привстал, собираясь выйти, но Олег жестом остановил меня и усадил обратно. – Либо оба, либо никто, – заявил он. – Можете говорить при Андрее всё, что сказали бы мне.
Фон Крамер пожал плечами. – Тогда начну с того, – произнёс он, – что обязую вас обоих хранить молчание в течение двух лет. По истечении этого срока информация потеряет актуальность. Сейчас же, без преувеличения, могу сказать, что дело касается вопросов государственной важности и может повлиять на международные отношения.
– Обещаю, – ответил Олег.
– И я, – подтвердил я.
– Прошу прощения за эту маску, – продолжил наш необычный гость. – Высокопоставленная особа, которая меня наняла, желает остаться неизвестной. Признаюсь сразу, титул, которым я представился, не совсем мой.
– Я догадывался, – сухо заметил Олег.
– Обстоятельства крайне щекотливы, и необходимо принять все меры предосторожности, чтобы предотвратить скандал, который может серьёзно скомпрометировать одну влиятельную семью. Говоря прямо, речь идёт о доме Разумовских, потомственных графах и видных политиках.
– Мне это известно, – пробормотал Олег, устраиваясь поудобнее в кресле и прикрывая глаза.
Наш посетитель с удивлением посмотрел на расслабленную фигуру человека, которого ему, несомненно, представляли как самого проницательного аналитика и эффективного специалиста в стране. Олег медленно открыл глаза и взглянул на своего крупного клиента.
– Если бы вы, господин, соизволили изложить суть дела, – заметил он, – я бы лучше понимал, как вам помочь.
Человек вскочил с кресла и начал нервно расхаживать по комнате. Затем, с отчаянным жестом, сорвал маску и бросил её на пол. – Вы правы, – воскликнул он, – я – Разумовский. Зачем мне это скрывать?
– Действительно, зачем? – пробормотал Олег. – Вы не успели и слова сказать, как я понял, что имею дело с Кириллом Игоревичем Разумовским, крупным бизнесменом и влиятельным политиком.
«Но вы должны понять, — проговорил наш необычный гость, вновь усаживаясь и проводя ладонью по высокому, бледноватому лбу, — вы должны понимать, что я не привык лично заниматься подобными вопросами. Но ситуация настолько щепетильная, что я не мог доверить её своему помощнику, не поставив себя в зависимость от него. Я прилетел из Берлина под чужим именем, чтобы получить вашу консультацию».
«Тогда, пожалуйста, консультируйтесь, — ответил Орлов, вновь прикрывая глаза.
«Суть дела такова: примерно пять лет назад, во время продолжительной командировки в Минск, я познакомился с одной известной аферисткой, Инной Волковой. Это имя, уверен, вам что-то говорит».
«Доктор, поищите её в моей базе данных, пожалуйста, — пробормотал Орлов, не открывая век. Он уже много лет использовал систему регистрации всех сведений, касающихся людей и событий, так что трудно было назвать тему или человека, о котором он не смог бы быстро предоставить информацию. В данном случае я нашёл её досье, втиснутое между биографией раввина и отчётом подполковника, написавшего диссертацию о применении дронов-камикадзе.
«Дайте взглянуть! — произнёс Орлов. — Хм! Родилась в Смоленске в 1989 году. Модель, актриса, блогер — хм! Снималась в рекламе криптобиржи — да! Уехала из России — ха! Живёт в Дубае — совершенно верно! Ваше Величество, насколько я понимаю, были связаны с этой дамой, отправили ей несколько компрометирующих сообщений и теперь хотите их вернуть».
«Именно так. Но как вы…»
«Был ли заключён тайный брак?»
«Нет».
«Какие-либо юридические документы или расписки?»
«Нет».
«Тогда я не понимаю, Ваше Величество. Если эта дама предъявит ваши сообщения для шантажа или иных целей, как она докажет их подлинность?»
«Там есть мой стиль общения».
«Ерунда! Подделка».
«Мой личный аккаунт в Telegram».
«Взломан».
«Моя цифровая подпись».
«Скопирована».
«Там есть наши совместные селфи».
«О, Боже! Это очень плохо! Ваше Величество действительно совершили глупость».
«Я был ослеплён — помешан».
«Вы серьёзно себя скомпрометировали».
«Тогда я ещё не был губернатором. Я был молод. Сейчас мне всего тридцать пять».
«Это должно быть возвращено».
«Мы пытались, и у нас ничего не вышло».
«Ваше Величество должны заплатить. Это нужно выкупить».
«Она не продаст».
«Тогда украсть».
«Было предпринято пять попыток. Дважды нанятые хакеры взламывали её облачное хранилище. Однажды мы перехватили её телефон во время перелёта. Дважды на неё устраивали кибератаки. Результата ноль».
«Никаких следов?»
«Совершенно никаких».
Орлов усмехнулся.
«Это довольно интересная задача, — сказал он.
«Но очень серьёзная для меня, — с укоризной ответил губернатор.
«Действительно. И что она намерена делать с этими селфи?»
«Уничтожить меня».
«Но как?»
«Я собираюсь жениться».
«Я слышал об этом».
«На Веронике Беловой, дочери влиятельного депутата Госдумы. Вы, вероятно, знаете строгие нравы её семьи. Она сама — воплощение скромности и порядочности. Тень сомнения в моей репутации поставит крест на моей карьере».
«А Инна Волкова?»
— Она грозится слить компромат. И она это сделает, зуб даю. Ты её не знаешь, у неё внутри стальной стержень. Ангельская внешность и воля бульдога. Она скорее мир в труху превратит, чем позволит мне жениться на другой, — он замолчал, тяжело дыша. — Ни перед чем не остановится.
— Вы уверены, что она ещё не отправила?
— Абсолютно.