Ёжи Старлайт – (Не) Пофигистка Имперского масштаба (страница 11)
– София Михайловна! – отвлек меня от размышлений голос Любаши, ворвавшейся ко мне в комнату с подносом, уставленным мисочками, тарелками и пиалами. Я сжала медальон в руке и встала с кровати.
– Чай я чуть позже принесу… – пыхтя, произнесла горничная, ставя поднос на стол.
– Куда столько, голубушка? – я растерялась, увидев такое изобилие.
– Миссис Клэптон так разволновалась, когда узнала, что вы себя плохо чувствуете. Сразу побежала на кухню, ну а там, понятное дело, Елизавета Павловна расстаралась.
– Оставайся, Любаша. Поужинаем вместе, одна я столько не съем. – Мне хотелось с кем-нибудь поговорить, чтобы отвлечься от неприятных воспоминаний. – Кстати, мальчиков покормили?
– Конечно. Этот, как его… рыжий… Бенджамин! Уже домой убежал, а молодой граф еще в библиотеке. Что-то рисует. – Горничная замолчала, разглядывая поднос. – Сейчас чаю принесу. Вы творожную запеканку с изюмом будете? Там еще сырники есть и варенье…
– Любаша…
– Хорошо, тогда только запеканку, – и девушка выскочила за дверь. Я подошла к туалетному столику и засунула медальон в одну из шкатулок. Там ему самое место. И Николай, и то, что было между нами, – все это осталось в прошлом.
Глава 6
Глава 6
Воистину просто замечательно, когда твои задумки реализуются так, как планировалось. Вот уже неделю шли работы по благоустройству парка. Рабочие, которых подобрал мистер Мэтьюз, показались мне ответственными и трудолюбивыми. Первые дни я много времени проводила в парке, наблюдая за их работой. Наконец они поняли, что я от них хочу, а я разобралась с тем, что им нужно, и получила выговор от Елизаветы Павловны, за то, что занимаюсь не тем, чем, по ее мнению, должен заниматься управляющий.
Ее пламенная речь меня не убедила, но после разговора с кухаркой я решила, что, если работа по благоустройству идет своим чередом, пора заняться следующим вопросом. Узнать все, что можно, про старинный замок, обломанным зубом торчащий на скале и неуклонно привлекающий к себе мое внимание.
Сказано-сделано, и вот уже час я еду в бричке по отвратительной проселочной дороге по направлению к городу. Прощаясь, Джеймс вручил мне написанный его каллиграфическим почерком адрес антикварного магазина мистера Эндерсона и письма графу. На последнем я настояла сама. Зачем гонять лошадь в город два раза? Перед посещением магазина я вполне могу заглянуть на почту и отправить письма, мне это совсем не трудно.
Мы простились с Тихоном, кучером графа Новодмирского, на центральной площади, договорившись встретиться здесь же в пять часов вечера. Отсюда до почты и лавки антиквара было рукой подать.
В первую очередь – дело, поэтому сначала я отправила письма, и лишь потом пошла к антиквару. Шагая по улицам, я пришла к мнению, что город был достаточно большой и как многие подобные ему имел старинную центральную часть, бывшую когда-то крепостью. От неё в настоящее время осталась лишь полуразрушенная стена, камни из которой местные ремесленники использовали для строительства примыкающих к ней жилых зданий, узких улочек с каменными мостовыми и расположенными вплотную друг к другу домами. Тихон сказал, что в городе есть вокзал, большой рынок, а на центральной улице расположены модные магазины, куда поставлялись вещи из центральной части Империи. Я заметила несколько острых башен костёлов и решила, что городок очень даже ничего, хотя с моей любимой Казанью точно не сравнится.
Маленькая, вымощенная камнем улочка привела меня к небольшому антикварному магазину, где из-за стеклянной витрины за мной пристально наблюдало чучело совы. Я перешагнула порог, вслушиваясь в веселую трель дверного колокольчика. Чучело медленно повернуло в мою сторону голову и моргнуло круглыми оранжевыми глазами. Выходит, сова живая? Я на секунду замерла, а потом позвала:
– Мистер Эндерсон! – кричать я опасалась, чтобы не спугнуть птицу. Может, поэтому мой голос прозвучал как-то жалко и по-детски.
Мне пришлось подождать какое-то время, периодически пытаясь привлечь внимание хозяина. С каждым разом мой голос звучал все тише, пока я не замолчала и, дав волю своему любопытству, стала обходить магазин, стараясь держаться подальше от птицы.
Деревянные шкатулки, вырезанные из каменного дерева, китайские веера, множество книг, порой в таких необычных переплетах, что я не могла даже представить, из кожи какого животного они были сделаны, посуда и целые ряды стеклянных баночек с притертыми крышками и надписями на неизвестном языке. Перемещаясь от одной витрины к другой, разглядывая стоящие на полках необычные, а порой весьма странные вещи, я потеряла счет времени.
– Выбрали что-нибудь, мисс? – голос, напоминающий карканье вороны, так резко прозвучал в тишине, что я вздрогнула.
Обернувшись, я увидела пожилого мужчину с совершенно седыми волосами, которые торчали во все стороны, делая его похожим на одуванчик. Взгляд черных глаз был пронзительным и умным, а длинный нос покраснел от любопытства, хотя не исключаю, что причиной мог быть виски или какой-нибудь другой крепкий напиток.
– Я ищу книгу, и мне порекомендовали ваш магазин, – я заставила себя улыбнуться.
– Книгу? Позвольте поинтересоваться, какую именно? – совершенно бесшумно на плечо старика опустилась сова и снова, не мигая, уставилась на меня.
– Мне нужна информация о старинном замке, расположенном рядом с имением графа Новодмирского. Может быть, у вас есть книги, в которых рассказывается о том, кто и когда его построил, о его нынешних хозяевах…
– Зачем?
Честно говоря, на столь конкретный вопрос мне отвечать не хотелось. Это заняло бы слишком много времени, да и как-то глупо рассказывать об истинной причине моих поисков. Оборотни, домовые, русалки, лешие – это все вымышленные сказочные персонажи. Наверняка хитрый старик поднимет меня на смех, как только я заговорю об этом.
– Мистер Клэптон, наш дворецкий, сказал мне, что последними хозяевами замка были некие Мэнсфилды. Может, мне с ними поговорить, если у вас нет интересующей меня книги? – Я решила зайти с другой стороны и тут вдруг вспомнила, что не представилась.
– Прошу простить. Меня зовут Софья Михайловна Рябова, я управляющая имением графа Новодмирского…
Старик усмехнулся, но взгляд его, как мне показалось, потеплел.
– Старуха Мэнсфилд ничего не скажет вам, барышня. Она давно уже свихнулась и целыми днями только и говорит, что о своем пропавшем сыне.
– А вы? – я с надеждой взглянула на старика. – Вы мне поможете?
– Есть у меня одна книга… – мистер Эндерсон стряхнул с плеча сову, которая перелетела на шкаф и сердито уставилась на меня, приоткрыв крючковатый клюв. – Где же она? – и старик исчез за одним из шкафов. Теперь до меня доносился лишь его дребезжащий голос:
– Корешок такой приметный, с золотым тиснением… Да где же она… Вот! – раздался торжествующий вопль, и антиквар снова появился передо мной немного растрепанный, словно все это время искал книгу на нижних полках своих многочисленных стеллажей, из-за чего ему пришлось часто наклоняться.
– Я книгу не продам, – заявил он, сверкнув глазами не хуже своей ручной совы. – Могу дать в аренду на десять дней. Что вы готовы отдать в залог?
Я посмотрела на висящую на руке сумочку и беспомощно развела руками:
– У меня ничего нет…Я не знала, что книга не продается… А давайте я заплачу вам за нее, как будто купила, и напишу какую-нибудь расписку, – я чуть не добавила: кровью, но вовремя прикусила язык.
Старик подозрительно взглянул на меня, явно ожидая какого-нибудь подвоха:
– У вас есть паспортная книжка? – наконец произнес он, а я, вздохнув, неохотно полезла в сумочку. Как все-таки сильно отличаются некоторые люди! Например, мистер Клэптон, обнаружив меня на дороге, в первую очередь пытался помочь и не слишком интересовался моей личностью. Мне даже пришлось настоять, чтобы он все-таки проверил документы и убедился в том, что я именно та, за кого себя выдаю. А здесь доверия не было и в помине. И если бы не книга, которая была мне очень нужна, я бы и не подумала подтверждать свою личность, тем более хозяину магазина.
Антиквар поднес книжку к носу и долго ее изучал, бросая на меня оценивающие взгляды. Наконец, он вернул ее мне, буркнув:
– Пишите расписку.
Устроившись за небольшим столиком в дальнем углу магазина, я написала расписку и отсчитала нужную сумму. Старик в это время перебирал многочисленные склянки, стоявшие на полке за прилавком.
– Все, мистер Эндерсон, готово!
Я промокнула записку пресс-папье и, захватив деньги, направилась к старику. Он, даже не взглянув на мою расписку, вместе с деньгами сунул ее в ящик стола и протянул мне книгу. Потом секунду помедлил, снял с полки баночку и молча вложил мне ее в руку.
– Что это? Зачем?
Поджав нижнюю губу, старик с сомнением смотрел на меня. «Неверное, у меня был такой же задумчивый вид, когда он спросил, зачем мне нужна информация о замке. Он что-то знает, но не хочет говорить».
– Вы ведь сегодня возвращаетесь в имение?
– Да.
– Если, не приведи Бог, с вами что-то случится в дороге, разбейте эту баночку.
– И что произойдет? – мне действительно было любопытно.
– Увидите.
– Я обязательно верну вам книгу, не сомневайтесь. – Старик сделал вид, что не услышал меня. – До встречи.
Я положила баночку в сумочку, а книгу, оказавшуюся неожиданно очень тяжелой, сунула под мышку. Мистер Эндерсон взмахнул рукой, прощаясь. Видимо, предназначенные мне слова у него закончились. Неудивительно, что все время, пока я находилась здесь, никто из покупателей и просто случайных посетителей не зашел в магазинчик. С таким-то гостеприимным хозяином…