Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 3. Стойкость (страница 45)

— Вражеский флот впереди на 11–30!

Услышав доклад оператора систем наблюдения, напряжение охватило тела и умы всех членов экипажей флота. Так как их сборный флот насчитывал пять тысяч кораблей, было очевидно, что враг превосходит их численностью более чем вдвое. Не было никакого способа, с помощью которого они могли бы одолеть врага, сражаясь лицом к лицу. Им оставалось только ждать, пока их товарищи из Изерлона не появятся в тылу противника.

Ян молился, чтобы его подчинённые в Изерлоне приняли верное решение. Если они останутся бить баклуши в крепости, то, сильно уступая врагу числом, он проиграет, став жертвой тактики имперцев «разделяй и властвуй». Для выполнения плана Яна был обязательным условием тот факт, смогут ли они без слов найти взаимопонимание с товарищами в Изерлоне.

Меркатц, воин, закалённый в бесчисленных битвах, был там. Несомненно, он должен оказаться достойным той веры, что возлагал на него Ян. И ещё там был Юлиан — при мысли о нём красивое лицо подопечного всплыло у Яна в памяти. Он часто обсуждал с юношей стратегию и тактику военных действий и не раз повторял: если враг отступает без очевидных причин, следует остерегаться. Также он рассказывал о различных вариантах того, что может за этим последовать. Окажет ли ему Юлиан любезность, вспомнив об этом? Если да… нет, постойте. Разве не был он против того, чтобы Юлиан поступил на военную службу? И стоит ли теперь ожидать от него столь многого?..

— Враг на дистанции огня!

— Хорошо, просто действуйте согласно плану, — Ян сделал глоток чая из картонной чашки. — Постепенно отступаем. Удерживайте дистанцию с противником!

Через Мортона и Аларкона его приказы дошли до всех каждого корабля.

Тем временем, подозрительные взгляды всех в имперском флоте были обращены к обзорным экранам и всевозможным системам обнаружения.

— Враг отступает. В последние пять минут расстояние между нами не меняется, — оператор изо всех сил старался сохранять деловой тон, но не смог скрыть слабой дрожи.

Кемпфф сидел в командирском кресле, раздумывая над ситуацией. Затем он с некоторой тревогой спросил:

— Возможно ли, что вражеский флот построен в длинные глубокие колонны, и они пытаются втянуть нас в середину?

Человеческие и электронные разумы пытались найти ответ на вопрос командующего, пока, наконец, не пришли к единому мнению: вероятность подобного крайне мала. Их основное предположение состояло в том, что вражеский флот, находящийся перед ними — это все корабли, пришедшие на помощь Изерлону.

— В таком случае, они, должно быть, пытаются выиграть время. Видимо, ждут подхода флота из крепости, чтобы зажать нас в клещи. Какая наглость! Неужели они и правда думают, что я попадусь на это?

На этот раз интуиция Кемпффа оказалась абсолютно верной. Оперевшись могучей ладонью на стол, он отдал приказ продвигаться вперёд на максимальной боевой скорости и через три минуты открыть огонь. Он быстро уничтожит это подкрепление, а потом развернётся и займётся Изерлоном. И это будет только началом — следуя предложению Мюллера использовать Гайесбург для блокирования Изерлона, им удастся достичь того, что прежде считалось невозможным: преодолеть Изерлонский коридор и выйти на другую его сторону. И что тогда сможет помешать ему двинуться дальше после победы и прорваться на территорию Союза?

— Враг в зоне поражения.

— Хорошо. Открыть огонь!

Десятки тысяч сверкающих стрел пронзили темноту космоса.

На одно короткое мгновение узкий Изерлонский коридор превратился в бесформенную трубу, с одного конца которой на другой неслась огромная волна энергии. Когда на корабли Союза обрушился яростный удар, кругом взметнулись яркие вихри, и корабли стали взрываться, исчезая во вспышках света. Даже те суда, что избежали прямых попаданий, всё равно сильно тряхнуло, и временный флагман «Леда-2» не стал исключением.

Ян, как обычно, командовавший флотом с вершины своего стола, был сброшен с него сотрясением и стукнулся бедром о командирское кресло. Он совсем забыл, что находится на борту «Леды-2», на треть меньшей по размерам, чем линкор «Гиперион», и заметно уступающей ему по защищённости.

Застрявший в своём кресле Ян представлял собой иллюстрацию беспечности. Наконец, с пылающим от смущения лицом, он всё же смог подняться. Обеспокоенная Фредерика уверенным шагом подошла к нему. Очевидно, что чувство равновесия девушки было развито гораздо лучше, чем у её командира.

— Построение D… — произнёс Ян. Так и не усвоив урок, он снова забрался на стол.

— Всем кораблям: построение D! — громко повторила его приказ Фредерика.

Офицер связи передал приказ, отправив его не по каналам связи, ставшим бесполезными, а в виде закодированных сигналов, отправленных с помощью сигнальных огней.

Построение D представляло собой цилиндрическую формацию и, в более сложном варианте, могла заключать врага практически в кольцо. Когда имперский флот попытался проскользнуть сквозь этот сверкающий круг сияющих бликов, корабли Союза омыли их орудийным огнём со всех сторон: сверху, снизу, справа и слева. Этот огонь, естественно, направлялся от краёв кольца к центру и, фокусируясь в одной точке, его разрушительная сила значительно увеличилась. Движущиеся вперёд имперские корабли время от времени пронзались сразу несколькими лучами энергии, пришедшими одновременно с разных направлений и разрезающими их на части, прежде чем они вспухали огненными шарами.

Когда это построение использовалось в безграничном пространстве открытого космоса, враг мог мгновенно рассредоточиться, развернуться и сам окружить построение кольцом ещё большего радиуса. Однако внутри узкого коридора подобное было невозможным. Ян разработал эту тактику специально для использования с учётом топографии коридора: после того, как противник нанесёт первый удар, они развернутся и перейдут в оборону. И тогда…

— Враг атакует нас с тыла! — прокричал оператор.

Шокированный адмирал Кемпфф вскочил со своего командирского кресла, когда Патрульный флот Изерлона под командованием Меркатца вдруг с удивительной скоростью и напором атаковал их сзади и сверху. Если бы эту сцену можно было наблюдать с расстояния в несколько световых лет, она выглядела бы очень красиво — словно водопад света, льющийся вниз.

Тыловое охранение имперских сил ни в коем случае нельзя было назвать беспечным или неосторожным, но, не в состоянии отойти от потрясения, его корабли гибли один за другим под плотным потоком лучей, испускаемых орудиями кораблей Союза. Наблюдающие за этой сценой издалека члены экипажа флота Яна закричали от радости.

— Построение Е! — скомандовал Ян.

Хотя кольцеобразное образование, составленное из его лоскутного флота, показало в процессе некоторую разобщённость действий, его форма всё же быстро сходилась к центру, завершая превращение в воронку. Имперский флот, движущийся вперёд, внезапно оказался под огнём множества слоёв атакующих лучей, выпущенных с одного и того же направления, и стал исчезать в мутных потоках раскалённой энергии. Аттенборо, Нгуен и остальные, увлечённые уверенностью в победе, предпринимали яростные атаки с использованием сосредоточенного огня — отличительной черты ведения стрельбы флота Яна — стремясь отправить врагов в могилу.

В подобные моменты глупый командующий мог бы сказать: «Передовой отряд, сражайтесь с врагом перед нами, тыловой отряд — сражайтесь с врагом позади». На самом деле, такой приказ мог бы даже помочь избежать критической ситуации. В конце концов, неожиданные возможности для победы рождаются из хаоса напряжённой битвы. Однако, как стратег, Кемпфф не испытывал недостатка в опыте и гордости, и он не собирался отдавать приказа, означавшего отказ от его долга и авторитета командира.

Заместитель командующего Нейхардт Мюллер чувствовал, как чёрные пятна отчаяния постепенно разъедают его разум, но, несмотря на это, он решил сделать всё возможное. Семенам его сожалений не было счёта, но сейчас он обязан был предотвратить разрушение строя и спасти своих людей. Встав на ноги, он отдавал один приказ за другим, пытаясь вывести флот из опасной зоны. Но он находился в невыгодном положении, и его усилия не принесли видимых результатов, хотя скорость ухудшения ситуации немного замедлилась.

И всё же даже эти усилия вот-вот должны были достигнуть своего предела. Кемпфф и Мюллер видели, как их корабли взрываются один за другим. Расстояние между линией столкновения и командным центром теперь практически равнялось нулю. В любую минуту флот Империи мог, подобно лавине, сорваться в пропасть полного разгрома.

— Не отступать! — яростно прокричал Кемпфф, обливаясь потом. — Мы не должны отступать. Ещё один шаг. Ещё один шаг, и вся галактика будет нашей!

Даже в таких обстоятельствах слова Кемпффа никоим образом не были пустым бахвальством. За линией обороны сил Союза, за выходом из Изерлонского коридора лежало обширное море звёзд и планет, оставшихся практически беззащитными.

Прорвавшись через эту линию обороны, Кемпфф и Мюллер смогли бы прорваться на территорию Союза. Что в таком случае предприняли бы силы, охраняющие Коридор? Погнавшись за Кемпффом и Мюллером, они оставили бы проход полностью открытым. И когда сюда придут другие адмиралы Империи, вроде Мюллера и Ройенталя, в данный момент ожидающих на Вэйве-2, со своими флотами, их некому будет остановить. Впоследствии, при упоминании Изерлонского коридора всегда будет говорить, что он сыграл историческую роль, открыв Империи путь к господству во всей Галактике.