Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 3. Стойкость (страница 29)
— Адмирал Ян, нам будет трудно задавать вопросы, если с нами разговаривают так. Мы не враги. Так давайте попробуем лучше понять друг друга, говоря спокойно и обдуманно.
Услышав сухой, хриплый голос Оливейры, Ян решил, что ненавидит этого человека. В том же Негропонти, который мог впадать в бешенство или растерянность, чувствовалось куда больше человеческого.
— Судя по вашим словам и действиям, у вас, похоже, довольно предвзятое отношение к этой следственной комиссии, но вы ошибаетесь на наш счёт. Мы вызвали вас сюда не для того, чтобы обвинять. По сути, можно сказать, что эта следственная комиссия создана для того, чтобы улучшить ваше положение. Но, естественно, для этого нам нужно ваше сотрудничество. И мы тоже хотим всячески сотрудничать с вами.
— В таком случае, я бы хотел кое о чём попросить.
— И что же это?
— Если у вас есть лист с предполагаемыми ответами, не могли бы вы показать его мне? Потому что мне и в самом деле хотелось бы узнать, на какие ответы вы надеетесь.
Мёртвое молчание на несколько секунд наполнило комнату, а потом его сменил шквал разгневанных голосов.
— Предупреждаем! Пожалуйста, воздержитесь от слов и действий, оскорбляющих следственную комиссию или выражающих презрение к её власти и авторитету! — председателю комитета обороны еле удалось удержать свой голос на грани того, чтобы не сорваться на бессвязный крик.
«Если в этом фарсе есть что-то, что можно назвать «авторитетом», то покажите его уже», — подумал Ян.
Разумеется, от продолжения спора его удерживала не покорность и не сожаление о сказанном. На виске председателя комитета обороны Негропонти пульсировала толстая вена. Ян со злостью посмотрел, как Оливейра что-то шепчет ему на ухо.
Наконец первый день следственной комиссии закончился, но это не означало, что в его фактическом домашнем аресте что-то изменилось. Лэндкар доставил его обратно в то же самое здание. Как только он встретил приставленного к нему в помощники младшего офицера, Ян сразу же попросился выйти поужинать.
— Ваше превосходительство, я приготовлю вам ужин здесь. Так что нет никакой необходимости куда-то выходить.
— Я хотел бы поесть снаружи. Не в такой пустой унылой комнате.
— Вам нужно разрешение контр-адмирала Бэя, чтобы выйти за ворота.
— Мне не особенно хочется получать от него разрешение.
— Хотите вы этого или нет, оно необходимо!
— Что ж, в таком случае, вы можете связаться с контр-адмиралом Бэем?
— Он в данный момент отсутствует. У него официальные дела в офисе председателя Верховного Совета.
— И когда он вернётся?
— Я не знаю. Это всё, что вам нужно?
— Да, можно сказать и так.
Младший офицер отдал честь и покинул комнату, и Ян некоторое время стоял, уставившись на закрывшуюся дверь. Даже зная о присутствии жучков, он не смог сдержаться и прорычал:
— Думаете, вы можете так со мной поступать?
Ян швырнул свой военный берет на пол. Потом поднял ни в чём не повинный головной убор, отряхнул от пыли и надел обратно. Скрестив руки на груди, он стал бродить по комнате.
«С меня хватит. Клянусь, на этот раз я действительно уволюсь!» — он думал об этом с тех пор, как год назад захватил Изерлон. Эти самые люди раз за разом отклоняли его прошения об отставке, вместо этого назначая его на всё более и более высокие посты, вместе с увеличением власти расширяя его круг его обязанностей.
Когда его наконец отпустили после заседания следственной комиссии, он почувствовал лёгкое удовлетворение. В этот раз ему, по крайней мере, удалось одержать тактическую победу. Он разбивал их ложные обвинения одно за другим и даже, хоть это и было непросто, смог смутить этих толстокожих следователей.
Однако тактическая победа не всегда приводит к победе стратегической. Хоть он и предпочёл бы, чтобы все эти высокопоставленные чиновники сдались и прекратили наконец этот фарс, было вполне вероятно, что они станут действовать ещё боле одержимо. А он уже сегодня достиг предела своей выносливости во время сегодняшнего допроса и ему казалось невозможным продолжать сдерживаться и завтра, и ещё дальше.
«В таком случае, у меня не остаётся выбора, кроме как уйти, верно?
Ян сел за письменный стол и начал думать о прошении об отставке.
Фредерика Гринхилл в это время отнюдь не бездельничала, бросив всё на самотёк. Она приступила к работе, как только вошла в свою комнату в многоквартирном доме для женщин-офицеров, за три часа сделав четырнадцать звонков по видеофону и определив местонахождение контр-адмирала Бэя. Как только тот вышел из офиса Иова Трюнихта, Фредерика тут же подошла к нему в сопровождении Машунго.
— Как адъютант адмирала Яна я требую встречи со своим командиром. Где адмирал?
— Это секретная информация, являющаяся государственной тайной. Я не могу разрешить вам встретиться и не могу сказать, где сейчас адмирал.
Фредерику такой ответ не устроил.
— Понятно. Видимо, эта «следственна комиссия» относится к разряду пыток, проводимых за закрытыми дверями?
— Лейтенант Гринхилл, следите за словами.
— Если вы считаете, что я ошибаюсь, то я требую, чтобы вы доказали это, обнародовав информацию об этой следственной комиссии, позволили присутствовать адвокатам и разрешили обвиняемому принимать посетителей.
— Я не обязан отвечать на подобные требования.
— Почему вы не можете ответить?
— Мне не нужно отвечать на это.
Но высокомерное отношение контр-адмирала не заставило Фредерику отступить.
— В таком случае, вы не станете возражать, если я сообщу прессе, что члены правительства подвергают психологическим пыткам адмирала Яна, национального героя?
Эти слова вызвали вспышку паники в глазах контр-адмирала.
— Т-только попробуйте. Вы нарушите закон о сохранении государственной тайны и сами окажетесь под трибуналом.
— Для трибунала не будет никаких оснований. В законе о сохранении государственной тайны не сказано ни слова о какой-то «следственной комиссии». А значит, в обнародовании информации о ней нет никакого преступления. Если вы намерены навязать адмиралу Яну эту тайную следственную комиссию и отказываете ему в его гражданских правах, то и я тоже могу использовать любые методы, имеющиеся в моём распоряжении.
— Хмф. Яблоко от яблони недалеко падает, да? — ядовито выплюнул контр-адмирал.
На лице прапорщика Машунго промелькнул шок, а затем и ярость, но Фредерика и бровью не повела. Лишь карие глаза на миг сверкнули. Когда Бэй повернулся, чтобы уйти, оставив за собой жестокие слова, она не сделала ничего, чтобы остановить его.
В прошлом году, когда она узнала, что её отец является руководителем заговорщиков, совершивших государственный переворот, она приготовилась сложить с себя обязанности адъютанта Яна. Но адмирал, тоном неловкого школьника, сказал, что ему трудно будет без неё. Те простые слова поддерживали её с тех пор и, вероятно, продолжат поддерживать и дальше. Фредерика повернулась к своему крупному и мускулистому спутнику.
— Прапорщик Машунго, я не хотела этого делать, но похоже, что выбора нет. Давайте встретимся с адмиралом Бьюкоком и спросим у него, что происходит.
Истратив около десятка листов бумаги, Ян наконец закончил писать прошение об отставке. Он чувствовал, что после этого не сможет смотреть в глаза Юлиану, Фредерике, Кассельну или остальным, но он просто не мог и дальше оставаться на одной стороне с Трюнихтом и его пособниками. Даже если его не будет, пока Изерлон остаётся в руках Союза, Империи будет трудно организовать вторжение. Подумав так, ему удалось успокоиться.
Совершенно истощённый, Ян рухнул на кровать. Он не мог знать, что за несколько тысяч световых лет от Хайнессена крепость Гайесбург летит сквозь холодную пустоту космоса. Ни бог, ни дьявол не сделали Яна всезнающим или всесильным.
Глава 6. Сражение без оружия
10-го апреля группа из шестнадцати боевых кораблей, в числе которых были линкор «Эспаньола» и крейсер «Кордоба», обнаружили
— Если вы наткнётесь на противника, то ни при каких обстоятельствах не вступайте с ним в бой. Просто отступите к крепости и доложите о том, что обнаружили, — строго напутствовал всех командиров патрулей контр-адмирал Алекс Кассельн, исполняющий обязанности командующего. В отсутствие Яна Вэнли им следовало избегать ненужных битв, насколько это возможно.
Оператор систем обнаружения на крейсере «Кордоба» пил очередную кружку кофе, поглядывая на экраны своих приборов. Вокруг всё было мирно — а значит, скучно. Ему нечем было заниматься, кроме как пить кофе, однако желудок уже подавал сигналы, что с него достаточно кофеина на сегодня. Внезапно глаза оператора загорелись, и он яростно отставил кружку на угол консоли.
— Прямо по курсу наблюдается искажение пространства, — доложил он. — Что-то сейчас завершит переход. Расстояние: 300 световых секунд. Масса объекта…
Взгляд оператора застыл, прикипев к экрану измерителя массы, и он забыл слова, которые собирался сказать. Потребовалось несколько секунд, чтобы голос вновь начал подчиняться ему.
— Масса… Невероятно огромна!
— Назовите точную цифру! — крикнул капитан.
Оператор откашлялся, потом ещё раз, и только с третьей попытки ему удалось слегка справиться с шоком, сдавившим горло.