Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 3. Стойкость (страница 30)
— Масса около сорока триллионов тонн! Это точно не линкор!
На сей раз наступила очередь капитана замолчать. Но спустя пару мгновений он вздрогнул и помотал головой, после чего, постаравшись придать голосу уверенности, отдал приказ:
— Полный назад! Иначе попадём под сотрясение пространства!
Капитан Гибсон, командующий этим патрульным соединением, тоже отдал точно такой же приказ к немедленному отступлению. Шестнадцать кораблей стали разрывать дистанцию со всё сильнее искажающимся пространством так быстро, как только позволяла мощность их двигателей. Огромные волны космического землетрясения мчались за ними, изгибая и сотрясая само пространство-время, сжимая их сердца невидимыми руками.
Кофейная кружка упала на пол с края консоли и разбилась. Но на неё никто не обратил внимания. Операторы не отвлекались от своих прямых обязанностей, наблюдая за всем происходящим в космосе. Наконец они увидели, как на них надвигается ударная волна, и на корабле поднялся крик…
В командном зале Изерлона воцарилась безумная атмосфера. Операторы находились в постоянном движении. Ни их рукам, ни глазам, ни голосам не было покоя. Контр-адмирал Кассельн вместе с остальными членами командования стоял, наблюдая за происходящим.
— Похоже, патрульная группа снова наткнулась на врага…
— Да, враг не дремлет. Может, они пытаются заработать сверхурочных.
Пустые разговоры в такой обстановке были, конечно же, запрещены, но люди не могли сдержать себя и подчиняться этому правилу, когда чувствовали себя не в своей тарелке. Наконец старший оператор передал исполняющему обязанности командующего отчёт капитана Гибсона.
— Совершивший переход объект имеет приблизительно сферическую форму, состоит из металлических сплавов и керамики, а его масса…
— Сколько?
— Масса по приблизительной оценке превышает сорок триллионов тонн.
— Вы сказали
Старший оператор продолжил отчёт:
— Судя по массе и форме, это, скорее всего, искусственный планетоид диаметром от сорока до шестидесяти пяти километров.
— То есть… крепость вроде Изерлона? — глухо спросил Кассельн.
Бригадный генерал Шёнкопф, командующий обороной крепости, скривил губы в ироничной улыбке и сказал:
— Не думаю, что Империя когда-либо посылала к нам послов доброй воли в такой форме.
— Значит, то нападение в январе было лишь пробой сил перед этим? — с горечью произнёс Кассельн. Он думал, что враг получил тот же урок, что и они, и будет осмотрительнее в будущем. Неужели он всё это время ошибался? — Итак, у нас имеется имперский флот, притащивший с собой на этот раз и собственную базу?
— Стоит признать их старания, — откликнулся Шёнкопф, хотя похвалы в его голосе не было.
Контр-адмирал Мурай, всегда серьёзный, бросил неодобрительный взгляд на командующего обороной.
— Как бы то ни было, задуманное ими просто невероятно. Притащить сюда на буксире целую крепость… Имперские военные, должно быть, разработали совершенно новую технологию.
— Технология не нова, — возразил Шёнкопф. — Они просто увеличили масштаб. В поразительной мере, должен добавить.
— В чём мы можем быть уверены, — сказал Кассельн, вставая между спорщиками, чтобы вернуть разговор в конструктивное русло, — так это в том, что их силы огромны, а нас застали врасплох. К тому же, адмирал Ян отсутствует в крепости. Пока его нет, здесь командуем мы, а значит, нам и придётся разбираться с этим. По крайней мере, пока.
После слов Кассельна по просторному командному залу пронеслась волна напряжения. Люди обменивались взглядами, полными вполне объяснимого беспокойства. Они были уверены в неуязвимости Изерлона, но теперь в краеугольном камне этой уверенности появилась трещина сомнения, грозящая перерасти в панику. Изерлон выдержал все выстрелы, обрушивавшиеся на него, но это были выстрелы корабельных пушек. Огневая мощь главных орудий появившейся поблизости крепости могла оказаться на совершенно ином уровне.
Среди солдат давно ходила шутка про то, что получилось бы, если выстрелить по Изерлону «Молотом Тора», но теперь нечто похожее могло произойти на самом деле.
«Изерлон, — говорили люди, — имеет четыре ряда многослойной брони из сверхтвёрдой стали, кристаллического волокна и суперкерамики. Это самый крепкий орешек во всей Галактике». Возможно, после этой битвы такие слова будут произносить только в прошедшем времени.
— Дуэль между орудиями крепостей?.. — Кассельн почувствовал, как по его позвоночнику прошёлся холодок. Представляя возможное столкновение этих огромных энергий, он не мог не чувствовать озноба. Не зря же говорили, что видевший выстрел «Молота Тора» собственными глазами, не забудет этого зрелища никогда.
— Вы только подумайте, какой великолепный фейерверк мы сможем увидеть!
Разумеется, это сказал Шёнкопф. Хотя на этот раз, под влиянием испорченного настроения, острота у него получилась не слишком удачной. Описанная им картина выходила за рамки того, над чем могли бы посмеяться солдаты, находящиеся на передовой.
— Нам нужно, чтобы адмирал Ян вернулся со столичной планеты как можно скорее, — произнёс коммодор Патричев.
Судя по его виду, он сразу же пожалел об этих словах, которые могли прозвучать как неуважение к исполняющему обязанности командующего. Кассельн, однако, лишь согласно кивнул, не проявляя ни малейшего неудовольствия. Он прекрасно понимал, что был
И всё же, даже если Ян отправится обратно, как только сообщение по сверхсветовой связи достигнет Хайнессена, расстояние оттуда до Изерлона слишком уж велико.
— По самым грубым прикидкам, — заметил Кассельн, — нам придётся каким-то образом сдерживать их в течение как минимум четырёх недель до возвращения командующего.
— Неплохой прогноз, — сказал Патричев, но его голос прозвучал не столь бодро, как он рассчитывал. Им предстояло сразиться с беспрецедентно сильным противником без своего командира. И не просто командира, а непобедимого героя войны, «Волшебника», «Чудотворца Яна», чьё присутствие само по себе придало бы им сил и уверенности.
По телу Патричева прошла дрожь, достигая каждого отдельного нерва. Он покрылся гусиной кожей, а холодный пот намочил его одежду изнутри. И это было вполне естественно.
В крепости Изерлон и приписанном к ней Патрульном флоте было, в общей сложности, более двух миллионов солдат и офицеров. И даже в нынешнем состоянии, когда многих ветеранов сменили зелёные новобранцы, они по-прежнему были самой грозной военной силой Союза Свободных Планет. Но свою силу они извлекали из абсолютной веры в непобедимость своего командира.
— Как, по-вашему, что случится, если мы потеряем крепость Изерлон? — глухо выдавил контр-адмирал Мурай. — Гигантский флот под командованием герцога Лоэнграмма пройдёт через Коридор и вторгнется на нашу территорию. Если это случится, то Союзу…
Он не произнёс слов «придёт конец», но это и так было понятно всем.
В прошлом, флот Союза много раз сталкивался с имперским флотом, прошедшим через Коридор. Но теперь всё было не так, как два года назад. Не считая Первого флота, силы, имеющиеся по эту сторону Коридора, состояли в основном из новобранцев, сил планетарной обороны, неспособных к дальним перелётам, патрульных эскадрилий с низкой огневой мощью и слабой бронёй и подразделений, пока что находящихся в стадии формирования. Безопасность Союза полностью зависела от крепости Изерлон и Патрульного флота. Фактически, только благодаря им у тех, кто находился в тылу, была возможность обучать новобранцев и создавать новые боевые соединения.
И всё же, в такой критический момент, главнокомандующий был отозван на Хайнессен! И ради чего? Чтобы предстать перед какой-то следственной комиссией, которая не была ни срочной, ни необходимой.
Вдалеке от линии фронта, на столичной планете, политики из фракции Трюнихта, не защищающие никого, кроме собственных шкур, тепло одевались и сытно ели. А заскучав от такой жизни, вызвали Яна Вэнли и теперь развлекались, играя в Звёздную Палату. Представив себе их лица, Кассельн почувствовал, как где-то глубоко внутри разгорается ярость. Ради защиты власти и привилегий этих людей, солдатам, находящимся на передовой, каждый день приходилось отдавать жизни. Так было во время государственного переворота в прошлом году, и так же было и до того. Кассельн не удержался от того, чтобы со скепсисом подумать, есть ли вообще смысл в этих войнах.
Если что-то во всей этой ситуации и поднимало ему настроение, так это то, что теперь Ян будет освобождён от бессмысленной борьбы со следственной комиссией на Хайнессене. Если уж придётся сражаться так или иначе, то даже Ян предпочёл бы столкнуться в бою с грозным врагом в космической пустоте. А долгом Кассельна и остальных было удержать Изерлон до его возвращения.
Рассмотрев худшие сценарии, Кассельн принял несколько превентивных мер. Все тактические и стратегические компьютеры были настроены так, чтобы данные с них можно было полностью стереть в любой момент. Секретные документы на материальных носителях также могли быть при необходимости уничтожены. А гражданское население Изерлона в количестве трёх миллионов человек начало готовиться к эвакуации. Быстрота и точность выполнения всех этих мер отражали самую сильную сторону Кассельна.